Одержимость. Семь ночей с незнакомцем
Шрифт:
Юлька вздыхает, глядит в окно.
– О! Смотри! Оттаял наш «авторитет».
– В смысле? – чувствую неприятный укол в сердце.
– А вот с Борунковой вместе приехал. Смотри! – тычет пальцем в окно, а я замираю.
Не хочу смотреть!
– Привёз ее, улыбаются идут, – задумчиво тянет Юля, – неужели наклёвывается служебный роман?
– Нет! – выпаливаю, – в смысле…
– Ты чего, Ян? – обалдевает подруга, – сама же сказала, что тебе плевать.
Почему?
Он же мой аноним… тогда
Вся моя радость растворяется в горькой ревности. Он не мог! Стараюсь не показывать вида. Но подбородок предательски дрожит.
– Ян, ты чего? – повторяет вопрос Юля, – странно реагируешь…
– Ничего, – давлю в себе эти гадкие чувства, – всё хорошо, Юль.
Она права: это и правда эмоциональные качели. Да еще такие, от которых внутри всё вверх дном переворачивается. Нужно встряхнуться!
В конце концов, могло быть много причин, по которым он вместе с Борунковой приехал. Необязательно они вместе ночевали.
Так и сижу, отгоняя от себя противные липкие мысли о том, что мой аноним провел ночь с другой.
– Юль… – бесцветно спрашиваю, когда мы сидим в столовой на обеде.
– Что? Янусь, ты меня пугаешь. Давай после универа сходим в кафе, а?
– Не хочу, – опускаю взгляд.
– Ян… ты пойдешь. И всё мне расскажешь…
– Юдина! Тебя там ищут! У входа в университет! – слышу голос девочки из деканата.
– Кто?
– Мужик какой-то. Говорит, ему нужна ты…
– Иду!
Встаю, хватаю рюкзак и бегу вниз. Интересно, кому я так понадобилась? Спускаюсь и замираю. Ведь вижу…
– Папа?
Глава 10
– Что ты тут делаешь?! – ощетиниваюсь.
– Дочка, – он умоляюще смотрит на меня.
Отец ушел от нас, когда узнал о диагнозе мамы. Я тогда вернулась раньше с учёбы и застала весьма неприглядную сцену…
– Куда ты? – испуганно спрашивает мама.
– С меня хватит, – грубо бросает отец, – я на это не подписывался.
– О чём ты? – тихо говорит она.
– Когда мы поженились, ты была другой! Весёлой, активной. Радовала меня…, а после рождения Янки изменилась!
– Причём тут Яна? Я больна, но этот рак можно лечить…
– И что? Сколько денег нужно будет на твоё это лечение? Сотни тысяч? Миллионы?
Молчание. Я не могу поверить, что мой отец говорит такое маме. Как же так? Она же болеет!
– Мы же семья, – всхлипывает мама, – найдём деньги. Извернемся как-нибудь.
–
Отец идёт к выходу. Распахивает дверь и сталкивается со мной лицом к лицу…
– Давай поговорим? – заискивающе улыбается, – не чужие же люди!
– Ты чужой нам с мамой! – выплёвываю, – не смей появляться в нашей жизни!
– СТОЯТЬ! – он зло хватает меня за руку, тащит прочь от университета.
Все смотрят на нас, но никто не помогает.
– Чего ты хочешь? Отстань! – верещу.
– Я тут видел, что ты канал завела с песнями, – отец вытаскивает меня за территорию университета, затем толкает к воротам, – и у тебя почти тысяча подписчиков. Денежки зарабатываешь?
– Это тебя не касается! – чуть не плачу, – уйди!
– Неет, доченька. Я в тебя бабки всё твоё детство вкладывал, – неприятно скалится, – пора бы и тебе батьке-то ответить тем же. Мне нужен процент с твоих песен.
– ЧЕГО? – пучу глаза, – ты явился за деньгами?!
Но ответить он не успевает.
– ЭЙ! – на отца налетает Юлька, лупит его сумкой, – ты что творишь, а?! Отстань от Яны!
Отец отталкивает ее, затем снова хватает меня.
– ОТПУСТИ! ЭЙ! – вырываюсь.
Закрываю глаза, начинаю молотить руками, но тут…
– Что здесь происходит?! – гремит Абрамов, затем буквально вырывает меня из рук отца, – Яна, кто это?
– Мой отец, – бормочу, затем подхожу к подруге, – ты как?
– Локоть разбила, – морщится она.
– Мы ещё не закончили! – орёт мой папаша, – ты всё мне вернешь! Ты мне должна!
– Пошёл вон отсюда! – рычит Абрамов, заламывая руки моему отцу.
Не хочу смотреть на это! Позор! Хорошо, что мамуля в больнице. Если он припрётся в квартиру…
К Абрамову присоединяется еще один преподаватель.
– Если не свалишь сейчас, полицию вызову, – злится Владислав Львович, – ясно? С ними объясняться будешь. А она напишет заявление.
Затем он что-то шепчет моему отцу и тот белеет. Затем бросает на меня злобный взгляд и быстро уходит.
– Тебе нужно в медпункт, – говорит Абрамов, осматривая руку Юльки.
– Да пустяки… – смеется она, – спасибо, что защитили Яну. Ей сейчас непросто.
– Да? – препод выгибает бровь.
– Влад, я тогда на лекцию, раз всё решилось, – говорит второй преподаватель, – Яна, всё в порядке?
– Да, спасибо большое!
Подмога уходит. А мне вдруг становится очень неловко. Рядом с Абрамовым я совершенно потеряна.
– Ну, давай, я отведу тебя к врачу, – беру Юлю под руку, желая смыться поскорее.