Одержимость кровью
Шрифт:
– Как вы думаете, это он убил Шерри?
В сумерках я не видела его лица, но, помолчав минуту, он участливо сжал мою руку.
– Мы должны во всем разобраться, да и полиция тоже. Похоже, он беспокойный парень. Но вы поймите, уголовное преследование ему не грозит. Ни тюрьма, ни суд... На худой конец - специальная лечебница.
– Метьюван?
– При упоминании о клинике для сумасшедших преступников в моем голосе звучала горечь.
– Дорогая моя, мы сейчас всего лишь обсуждаем ваши опасения. А они имеют
Опасен, Господи, Джоэл опасен! Если это он убил Шерри, он безусловно опасен. Слово это эхом звучало в ушах.
– Вы не должны встречаться с ним, пока его не госпитализируют.
– Но кто тогда...
– Этим займется доктор Лоренс. Хотелось бы и мне, но не могу. Сегодня вечером я улетаю в Лиму, там все уже расписано и у коллеги очень мало времени: он уезжает изучать племена Сьерра-да-Фуэго.
– Понимаю, - сказала я.
Мы миновали группу людей, выгуливавших собак.
– Сейчас я позвоню доктору Лоренс, - сказал он ободряюще.
Войдя, мы тут же направились к телефону, чтобы позвонить Эрике.
* * *
Эрика открыла нам сама. Босиком и в джинсах она выглядела совсем молоденькой. В руке у неё был кофейник.
– Проклятая зажигалка опять не работает, - пожаловалась она.
– Где-то были спички. У тебя нигде коробок не завалялся?
Я было полезла в сумку, но Питер уже достал коробок из кармана. Мы последовали за Эрикой на кухню по белым мохнатым коврам, под флагами с магическими символами.
Я решила не спрашивать Питера, зачем ему спички - слава Богу, пока мне везет и марихуану они не курят.
– Разве Чарльза нет дома?
– удивилась я.
– И не говори, я вне себя. Он улетел в Амстердам, как я ни просила его остаться.
Я припомнила его голландский роман.
– И когда вернется?
Поставив кофе на плиту, она чиркнула спичкой Питера.
– Черт его знает. Если б я могла его найти, уже выгнала бы.
Питер с Керри, не видавшие её с младенчества, были в восторге. Психиатр с влюбленным дворецким и квартирой в белых коврах произвел неизгладимое впечатление.
Если Эрика и была удивлена нашим появлением в таком составе, то не подавала виду. Приготовив кофе, она достала мороженое и вручила детям "поляроид", чтобы их чем-то занять.
После этого мы наконец-то направились в её кабинет. В отличие от кабинета доктора Райхмана тот обставлен был мебелью тикового дерева и увешан датскими шерстяными гобеленами. Поставив передо мной пепельницу, она опустилась на застланный шерстяным пледом диван.
– Ганс сообщил мне, что Джоэл одержим демонами, - сказала она.
Возражать я не стала. Это было довольно близко к истине.
– Тони мертв, - заявила я.
– Ты уверена?
– Все это подстроить они бы не смогли.
Прикусив
– Он как-то узнал об этом. Может быть, по поведению управляющего?
– Джоэл?
– переспросила я.
– Он вообще не знал о существовании Тони. Тем более о его смерти.
Эрика скептически взглянула на меня.
– Не говори ерунду. Он узнал что-то, и решил разделаться с прошлым. Пытался улететь из страны, взялся за гашиш, ЛСД... И в результате у него раздвоение личности.
– Почему?
– вопрос этот вырвался сам собой.
– А почему бы и нет? Он многое пережил. Депрессия матери, её самоубийство, отсутствие отца, неясное будущее... Не говоря уже о легкомысленной сестре.
– Эрика!
– У меня уже не было сил возражать.
– Ну и что же нам теперь делать?
Вздохнув, она принялась поправлять волосы.
– Курс пентотала, чтобы установить истину, затем гипноз, затем попытки убедить его, что все поправимо... Все зависит от причин...
– Ты собираешься положить его в клинику?
– Завтра он придет ко мне на прием.
– Думаешь, придет?
– Полагаю, да. Куда ему деваться? После вашего ухода у него не осталось никого, кроме меня.
Она немного помолчала.
– Кстати, вам не следует возвращаться домой.
Я кивнула.
– Где вы остановитесь?
– Не знаю. Нас целая компания...
– А Тэд?
– К нему я не могу.
Эрика удивленно взглянула на меня, и я припомнила её спокойные отношения с женой Райхмана.
– Слишком я старомодна, - призналась я.
– И ещё не залечила свои раны. Нужно поискать гостиницу. Правда, в такое время, с двумя детьми, овчаркой и без багажа...
Я запнулась.
– А что ты скажешь о Файр-Айленд?
– Она удивленно взглянула на меня. Впереди пасхальные каникулы. Завтра у детей последний день в школе, они его спокойно могут пропустить. Так что мы можем поселиться в коттедже на пляже.
– Хорошая мысль, - подумав, согласилась она.
– Лучше все-таки уехать из города. Ради детей, если вдруг газеты начнут писать всякие глупости.
О газетах я и думать забыла. Они тут же пронюхают обо всем. "Приятель Шерри в сумасшедшем доме"...
Мне стало страшно и я окончательно решила уехать.
– Как только мы устроимся, я тебе позвоню. Если я понадоблюсь, тут всего два часа езды.
Уже поднимаясь, я, поколебавшись, спросила:
– Завтрашняя встреча не окажется для тебя опасной?
Она покачала головой.
– У нас хорошие отношения, я ему нравлюсь.
– Шерри тоже нравилась.
– Тут я ощутила леденящий ужас своих слов.
– В клинике и охрана, и санитары, - возразила Эрика.
Видя, что я все ещё в нерешительности, она ободряюще улыбнулась.