Одержимость Фенрира
Шрифт:
Она сорвала один плод и протянула мне.
Я хотела взять, но она отдёрнула руку. Посмотрела на меня строго.
– Вот откуда ты знаешь, что оно не ядовитое?! С чего вообще взяла, что из моих рук брать еду безопасно?
Я удивилась, но в то же время стало немного стыдно. Брунгильда совершенно права. Ничему я не учусь. Обвести меня вокруг пальца – раз плюнуть.
И всё равно твёрдо посмотрела ей в глаза.
– Просто я тебе доверю. Даже не знаю, откуда взялась уверенность, что тебе можно. Наверное, это наивно с моей стороны, и я не должна. Скажи – почему вообще мне помогаешь?
Брунгильда вдруг улыбнулась и суровое
– А ты потихоньку учишься! Молодец. Если хочешь здесь выжить, не должна доверять никому. Строго говоря, с чего ты вообще решила, что меня послал Хаг? Ты знаешь это только с моих слов.
Я закусила губу.
Брунгильда рассмеялась, хлопнула меня по плечу и сунула мне в руку плод.
Второй сорвала с ветки и надкусила сама. Понаблюдав за ней, я сделала то же самое.
М-м-м… как вкусно… я даже глаза закрыла от удовольствия.
– Я помогаю тебе не только потому, что попросил Хаг.
Снова открыв глаза, я с удивлением посмотрела на Брунгильду. Она почему-то стала очень серьёзной.
А потом склонила голову, откинула свои шикарные тёмные волосы… и показала шрамы. Они были на её шее сбоку. Это было похоже… на следы от пальцев. Или когтей. Три белые изогнутые полосы. В глазах Брунгильды появилось отсутствующее выражение.
– Раньше я была невестой Муна. Я знаю, что такое жестокость воронов, когда не хочешь им подчиняться. А ты не хочешь, я вижу. Я никому бы не пожелала такой судьбы.
Я не успела ничего ответить. Так и застыла с надкушенным фруктом в руке. А потом Брунгильда вдруг резко поменялась в лице, уставившись куда-то мне за спину.
– Помяни чёрта… - выругалась она тихо сквозь зубы.
Выпрямилась. И на кончиках её пальцев затрепетали синие искры магии.
Неторопливые тяжёлые шаги за своей спиной я уже узнавала. К сожалению.
Нервно обернулась.
Белый ворон приближался неспешно, уверенно, глазами раздевая меня. Всё внутри перевернулось от этого взгляда.
– Наконец-то одна! Это хорошо, - усмехнулся он. – Мы не успели как следует познакомиться.
– Она не одна! – резко возразила Брунгильда. – И мы сейчас заняты.
– А тебя никто не спрашивал, дрянь! – рыкнул Мун, и в его глазах вспыхнула злость, от которой у меня мороз побежал по коже.
Он вскинул руку. Скрюченные пальцы когтями.
Из рук Брунгильды выпал недоетый фрукт. Она прижала ладони к обнажённому горлу и захрипела.
Он душил её… душил, даже не прикасаясь. Она хватала ртом воздух, но ничего не могла сделать. Приподнимаясь на цыпочках, пыталась избежать невидимой руки на своём горле, но это не помогало. А в глазах Муна горело мрачное торжество.
Что-то оборвалось у меня внутри.
Я шагнула вперёд.
И тихо положила руку на его напряжённое запястье. Горячая, как огонь кожа…
– Не смей, - шепнула я.
Вспышка.
Синее пламя слепит.
Низкий рык боли. Мужской рык.
Муна отбрасывает от меня на несколько метров, протаскивает по камням.
Брунгильда падает на колени, опирается руками о камни, судорожно пытается откашляться.
Раскинув крылья по земле, Мун смотрит на меня ошарашенно. По мере того, как он начинает осознавать, что только что произошло, в его глазах удивление сменяется злобой.
Я обнимаю себя за плечи. Трясёт. Нервной дрожью. И откатом от магии, которая проходит по всему моему телу волнами. Странное и непривычное
– Что ж… намёк понятен, - прорычал сквозь зубы Мун. Вскочил, отряхнулся. – Больше никаких разговоров.
Резко отвернувшись, он пошёл прочь и быстро скрылся из виду.
Брунгильда посмотрела на меня с каким-то странным выражением. Кое-как поднялась на ноги и подошла ближе. Мы смотрели друг другу в глаза какое-то время. Я не знала, что сказать. Только радовалась, что смогла ей помочь. Но мне было так плохо, что я была не уверена, получится ли у меня, если придётся снова использовать эту странную магию. Вернулась тошнота и боль под рёбрами.
– Ты поможешь мне отсюда сбежать? – спросила я её прямо.
Какое-то время она просто смотрела на меня. Тишина была мёртвая, ни один листок на этих странных каменных деревьях не шевелился. Только капала где-то с потолка пещеры вода. Кап… кап… кап…
– Если бы была возможность, я сама сбежала бы отсюда. И тебя забрала. И Хага. Но ты всё поняла про подземелья. А путь на поверхности открывается только, если Один откроет завесу по собственной воле. Как тогда, когда сына за тобой отправлял. Да если даже и откроет, я не уверена, что смогу… Дело в том, что все мы связаны нерушимой магической клятвой верности главе вороньего клана, это у нас в крови – у всех потомков первого Ворона. Да, мы, валькирии, тоже. Просто мальчики рождаются крылатыми, а мы – бескрылыми… и бесплодными. Никто не знает причину. Я много думала об этом. Решила, боги так прокляли Воронов за жестокость. Даже небо не хочет, чтобы это продолжалось. Но Вороны нашли способ сохранять своё племя – крадут женщин из окрестных поселений, я тебе рассказывала. Правда, в последние несколько лет из-за катаклизмов люди уходят всё дальше, и это становится всё сложнее сделать.
– Каких ещё катаклизмов?
Она нерешительно глянула на меня. Потом протянула руку.
– Пойдём за мной. Надо на поверхность, там покажу.
– А… нам можно? – запереживала я.
Брунгильда отмахнулась.
– Все знают, что ты без крыльев с Вороньего камня никуда не денешься, так что можешь ходить, куда захочешь. Просто не советую одной. Ты уже примерно представляешь, что может случиться, если Мун тебя подкараулит без охраны. Я слышала, от Одина тебя защищает магия твоего нерождённого дитя. Не думала, что такое может быть, но теперь вижу – правда. Просто… кто знает, вдруг он захочет проверить, станет ли работать этот щит, если тебя, к примеру, оглушить. Ну… будем надеяться, что малыш будет защищать свою маму в любой ситуации.
Я увидела тоску и боль в глазах валькирии.
Остановилась. Прямо посреди какого-то тёмного коридора без окон, и почти без света.
– Я боюсь. Очень боюсь, Брунгильда! – прошептала едва слышно. – Мне кажется, что Один хочет убить моего ребенка, когда он родится.
Гнев вспыхнул в голубых глазах валькирии.
– Ребёнок… я бы руку отдала за такое чудо! Я бы… жизнь отдала. Я не понимаю, как даже мысль могла такая появиться в чьей-то голове! – Она опустила взгляд на мой живот, который я невольно прикрывала руками. – Не бойся, Нари. Я сделаю всё, что будет в моих силах, чтобы ему помешать. Но пока не могу в открытую противостоять. – Её голос почти сел, я догадывалась по движениям губ. – Надо действовать скрытно, иначе Один меня просто убьёт. Ты понятия не имеешь, как он силён. Мун даже в подмётки не годится отцу, хотя он намного более хитрая сволочь.