Одержимость Фенрира
Шрифт:
Я кое-как вытерла щёки.
– Какой ещё костёр, тут же, куда ни плюнь, один только…
Резко обернулась на волну тепла, которая коснулась моей спины.
Темноволосый сидел на корточках в сугробе, а с его пальцев срывалось синее пламя. Растапливало широкую прогалину, пока не доползло голодными языками до чёрной земли. Вцепившись в жёлтую пожухшую траву, магическое пламя не угасло, а разрослось, весело потрескивая.
Сложные пассы руками, чужак небрежно стряхивает с ладоней пламя… и у его ног пляшет вполне себе настоящий костерок.
Я
Протянула руки к огню. По телу разлилось блаженное тепло. Вцепилось в обмороженное тело, прям до боли. Я морщилась, но не отстранялась.
– Лучше? – с беспокойством в голосе поинтересовался мой похититель. Теперь, правда, уже чуть ли не спаситель – ещё немного, и я бы точно тут окочурилась.
Я подняла взгляд и твёрдо посмотрела в чёрные глаза.
– Ты мне не кажешься плохим человеком. Скажи честно. Что меня ждёт там, куда мы летим? Кто и зачем приказал меня похитить?
Он молчит. Но глаз не отводит.
– Узнаешь скоро. Мне велено не вступать в разговоры.
– А то, что мы до этого делали, не разговоры разве? – удивилась я.
Темноволосый вдруг усмехнулся. Улыбка очень меняла его лицо, делала не таким угрюмым.
– Подловила! Слушай, ну правда не могу сказать. Он тебе сам всё расскажет.
– Кто это - «он»? – насторожилась я.
Чужак тут же помрачнел. Опять воцарилось неловкое молчание.
– Не спрашивать, ясно, - вздохнула я. Стало вдруг как-то совсем плохо. Я опустила глаза, борясь с желанием снова зареветь. Судя по всему, ничего хорошего меня не ждёт.
– Эй!
Странно напряжённый голос у него. Осторожно поднимаю глаза. Вижу, как на скулах ходят желваки. Мы сидим напротив друг друга, у этого странного магического огня, который бросает синие блики ему на лицо. Чёрные вороньи крылья сложены за спиной. Он как будто колеблется. Но потом слегка смущённый взгляд скользит по моим заплаканным щекам. И чужак говорит – так тихо, словно нас могут подслушать.
– Чем смогу, помогу. Держись меня. Но скажу сразу, вряд ли смогу многое. Никто на Вороньем камне не может пойти против воли Одина.
Я молчу пару мгновений, переваривая информацию.
Что ещё за Один такой? Ох, что-то мне пятая точка подсказывает, скоро узнаю. И ещё буду с грустью и ностальгией вспоминать об этих странно уютных посиделках у костра.
Очень серьёзно смотрю своему похитителю в глаза.
– Спасибо. Думаю, там, куда мы летим, мне не помешает друг.
При слове «друг» он вздрогнул. В чёрных глазах мелькнул шок.
Я протянула ему руку.
– Нари!
С таким же безграничным удивлением он смотрел на мою узкую протянутую ладошку.
В конце концов протянул свою здоровенную лапу и осторожно её пожал.
– Хаг!
===
От автора:
Ну что, девочки! Встречайте нашего нового краша)) Лично я уже вкрашилась по уши))
И – нет, в Нари влюблять мальчика не будем! Пожалеем) Хватит нам любовных многоугольников и страданий от
Кстати, все же сообразили, к чему его имя отсылает? Если что, вспоминаем скандинавскую мифологию ;))
Ну что, как вам?)
Глава 35
Глава 35
Ночь в сугробе была ужасной.
Хотя Хаг соорудил для меня что-то вроде ледяной берлоги, где сохранялось тепло дыхания, и даже отдал свое тяжёлое длиннополое чёрное одеяние, чтобы укрыться.
Не знаю, откуда у меня взялась внутренняя уверенность, что мне его не надо бояться, как мужчины, хотя мы были с ним наедине, а вокруг, сколько хватает глаз, ни души, только бесконечная снежная пустыня. Но я почему-то совершенно не опасалась, когда всю ночь на входе в «берлогу» маячила его широкая спина и тёмные как ночь крылья, почти заслонявшие звёздное небо. Даже спокойнее было.
Он как будто не мой тюремщик был, а мой охранник.
И всё равно сон не шёл. Я не могла не думать о муже. И о будущем. Тревожные мысли раздирали меня изнутри, а снова обосновавшаяся с комфортом у меня в грудной клетке боль казалась на этом фоне самой меньшей из моих проблем.
Под утро я кое-как забылась мутным и неглубоким сном, свернувшись калачиком внутри одежды Хага, словно в коконе.
– Эй, соня, вставай! – на рассвете в мой сон ворвался хмурый голос. Я кое-как продрала глаза, заслоняя их ладонью от блеклого утреннего света.
Села, потёрла шею. Комок в горле и ужасно мутит. Как будто снова в полёте. Отвратительный привкус во рту.
– Уже пора? – поинтересовалась уныло.
Хаг, склонившийся в три погибели у входа в мой импровизированный снежный домик, молча кивнул. Кажется, его настроение было не лучше, чем у меня.
– Извини, есть нечего. Я не рассчитывал на такое долгое путешествие, думал ночевать уже на Вороньем камне будем, - угрюмо извинился он.
– Я не голодная, - торопливо уверила его я. Есть и правда не хотелось. Одна мысль о еде вызвала новый приступ тошноты.
Черноглазый Ворон осмотрел меня с тревогой.
– Зелёная вся. Лететь-то сможешь?
– А у меня есть выбор? – вздохнула я.
Он промолчал.
– Я так и думала, - снова вздохнув, я пригладила волосы ладонью. Потом бросила это бесполезное занятие – всё равно ветер на высоте растреплет. Поглубже натянула капюшон.