Одержимость Буйного
Шрифт:
Выстрелы раздаются неожиданно. Я от испуга вскрикиваю и бьюсь в чужой хватке ещё сильнее и агрессивнее. Антон оборачивается, а я замечаю, что двое незнакомых мужчин лежат на земле возле вертолёта.
— Хищный, — в мужском голосе слышится неприкрытое недовольство. — Что такое происходит?
— У меня к тебе тот же вопрос, — Саша с оружием наготове приближается быстро. С ним ещё трое охранников. — Не умеешь ориентироваться на местности? Заблудился? Могу подсказать дорогу.
— Щенок, — Антон нехорошо скалится в ответ. Прижимает меня к себе
— Предпочитаю знать, с кем работаю. Пусть даже косвенно. Один звонок - и тебя сдали сами менты.
— Пиздишь, — Антон вжимает в мою голову оружие ещё сильнее. — Менты не станут работать с Буйным.
— Есть исключения, — Саша перехватывает пистолет поудобнее. — Кому-то в верхах ты перешёл дорогу. Кажется, твоё руководство недовольно.
Антон не успевает ответить. Саша стреляет на поражение, прямо в голову. Я громко взвизгиваю, когда крупное тело падает, увлекая меня за собой. При падении царапаю подбородок. Когда хаатка ослабевает, я скидываю с себя чужую тяжёлую руку.
Со всех ног бегу к Саше. Кошмар, сегодняшний день точно будет мне снится в кошмарах. С размаху влетаю в его грудь, цепляюсь перепачканными пальцами за мужскую спину.
Натужно всхлипываю, тело дрожит от пережитого страха и стресса. Всё, я на грани истерики. Чувствую, как в горле застревает ком. Воздуха становится катастрофически мало. Задыхаюсь без кислорода.
— Всё в порядке, — Саша нехотя поглаживает меня по спине. — Всё хорошо, слышишь? Давай, приходи в себя. Я отвезу тебя к Мятежному. Поедешь к нему?
Я поднимаю голову и начинаю часто кивать. Знаю, как Саша не любит прикосновения. Но мысленно прошу его потерпеть ещё немного. Мне необходимо успокоиться.
— Ч-что в-вообще происходит?.. — голос сильно дрожит и судорожно срывается. Я чуть отстраняюсь, двумя ладонями вытираю слёзы.
В голове набатом стучит одно слово: "Брат".
Я хватаюсь за него, словно за спасительную соломинку. Обхватываю себя руками, в попытке согреться.
— Когда мы приехали, поместье уже загорелось, — Саша делает какой-то жест пальцами, вынуждает одного из охранников остаться возле вертолёта. Чуть прижимает меня к себе, едва касается плеча. — Одичалый и поджёг. Думал, успеет продолжить игру по своим правилам. Но не получилось.
— А что Семён? Ника? Рекс?.. — немного прихожу в себя. Холодный серьёзный тон мужчины поневоле отрезвляет и заставляет прислушаться.
— Твоя подруга под защитой вместе с псом. Ничего серьёзного. Семён сейчас с Буйным, они продолжают брать штурмом поместье. Бойцов много, есть все шансы на успех.
— Антон сказал... — чуть тихо выдыхаю. — Что в лесу устроили... Поисковую операцию...
— Верно, — Саша достаёт из машины свою кожанку и накидывает мне на плечи. — До нас дошла информация, что вы сбежали. Было решено оцепить часть леса. Вторую девушку пока не нашли.
Я только сумбурно киваю. Меня сажают вперёд, поближе к печке. Я с удовольствием протягиваю озябшие ладони к
Значит, всё хорошо. Все живы. Эта мысль растекается приятным послевкусием по венам. Я прикрываю глаза.
Безопасность. Как мантру повторяю про себя, что я в безопасности...
74
Двухэтажный коттедж встречает ненавязчивой тишиной. Охрана пропускает меня без лишних вопросов. А вот Саша заходить отказывается. Выслушивает от меня сбивчивую благодарность, оставляет на попечение Ильи, и уезжает.
Значит, здесь живёт брат... Я с интересом осматриваюсь. Мне любопытно, как выглядит его дом. Часто ли он здесь находится или вечно занят своими делами?
Коттедж выглядит достойно. С хорошим качественным ремонтом и дорогой мебелью. Обставлен со вкусом, но без излишеств. Как и подобает уверенному в себе молодому мужчине.
Каждая вещь на своём месте. Как раз в характере Ильи. Наверное, он купил этот дом сразу после переезда. То есть, около трёх недель назад. Удивляюсь, что брат смог так быстро наладить партнёрство и начать заново бизнес.
Нет, я знаю, что он у меня очень деловой, деятельный и хваткий. Но всё равно удивительно, так серьёзно раскрутиться на новом месте за столь короткий срок.
Прохожу чуть дальше по коридору и слышу из-за приоткрытой двери приглушённые голоса. Не в моей привычке подслушивать, но второй голос кажется смутно знакомым. Настолько, что я вынужденно заглядываю в кабинет.
Тут же вытираю вспотевшие ладони о штаны. Глубоко втягиваю воздух, чувствую, как язык противно прилипает к нёбу. Глаза невольно округляются, я понимаю, что даже не могу схватиться за что-то, чтобы найти опору.
Там, за дверью стоит... Мой отец. Такой же высокий и статный. Только волосы тронула седина, а в руках появилась трость. Но в целом, он остался таким же, каким я его запомнила.
Я жадно разглядываю папину фигуру. Не могу войти, ноги прирастают к полу. Нетерпеливо облизываю пересохшие губы и настороженно замираю. О чём они говорят с Ильёй?.. Вспомнил ли он отца?
Судя по тому, как брат держится чуть в отдалении, я ловлю себя на мысли, что он вряд-ли вспомнил хоть что-то новое. Не представляю, какого сейчас папе. Знать, что твой сын выжил, но совершенно тебя не не узнаёт.
— Ева не должна узнать, — тон отца властный, не терпящий возражений. — Пусть твои люди избавятся от этой женщины тихо, до её приезда.
— Мне кажется, ты преувеличиваешь, Леонид, — Илья складывает руки на груди. — Альбина позволила себе выйти из тени, когда Одичалый объявился, могла бы подставить себя под удар. Всё для того, чтобы встретиться с Евой.
— Не о чем моей дочери говорить с этой предательницей, — плечи папы резко опускаются, когда брат обращается к нему по имени.
— Но без её помощи... — Илья осекается. Недовольно поджимает губы. — Ты и сам знаешь. Нет, я не вижу в её приезде ничего плохого.