Одержимость Буйного
Шрифт:
Вижу, как Гор что-то усердно пишет в пухлом блокноте и изредка кусает кончик ручки.
Саша редко отвлекается на разговоры, в основном, увлечён телефоном.
Я молюсь небесам, чтобы этот ужас поскорее закончился.
Хочу забраться на кровать, завернуться в плед, и спрятаться от всего мира.
Но Семён сказал, что данное мероприятие будет длиться сутки. Заметив мой поникший взгляд, быстро объяснил, что мы пробудем здесь до трёх часов дня и уедем.
Потому что Рустам уже несколько
Какая вакханалия будет здесь происходить вечером и ночью, даже знать не хочу. Пусть хоть на головах стоят, а я хочу оказаться дома.
Про себя хмыкаю.
Был бы он ещё, этот дом. Так, какие-то переправочные точки.
Съёмная квартира Егора, ветхая комната на окраине, роскошная квартира Буйного.
И ничего из этого не является тем местом, куда бы я могла вернуться и чувствовать себя в безопасности.
Кэтрин меня не трогает, лишь изредка бросает тревожные взгляды.
И я очень признательна ей за тактичность.
Передо мной стоят несколько пустых стаканов из-под чая, воды, минералки и сока. У меня, кажется, случилось обезвоживание от пережитого стресса.
— Домой, — коротко командует за моей спиной Буйный. — И до завтра чтобы никакая сволочь не смела мне звонить.
— Ла-а-адно, — радостно тянет Гор. — С такими деньгами ты мне сегодня нахуй не нужен.
В сопровождении словесных перепалок, мы добираемся до парковки.
Я стараюсь идти подальше от Гора, слишком уж сильное негативное впечатление он на меня произвел сегодня.
Он садится в машину к Семёну. Счастливо машет мне рукой.
Я неохотно отвечаю на прощание, едва заставляю себя поднять онемевшую руку.
Кэтрин доброжелательно обнимает меня и шёпотом напоминает о благоразумии.
Они уезжают вместе с Сашей, вслед за Семёном.
Рустам задумчиво стоит возле машины и курит. Я покорно стою рядом, но на безопасном расстоянии.
Ему не нравится, что я нахожусь так далеко. Мужчина тянет ко мне руки и властно обнимает за талию.
Его ладони горячие, вмиг вызывают у меня желание вперемешку со страхом.
— Ты голодная, котёнок?
Я только отрицательно качаю головой.
— А чего такая поникшая? — продолжает допытываться мужчина.
Я опять мотаю головой.
Чего он пристал? Мне итак плохо и страшно. Пусть катиться на все четыре стороны, а меня оставит в покое.
— Я знаю, что поднимет тебе настроение, — Рустам обжигающе целует меня в висок и сажает в машину. — Вряд-ли ты нашла мой подарок в шкафу.
Я мысленно фыркаю.
Ничего я не искала. И никакие подарки мне от него не нужны.
Всю оставшуюся дорогу мы проводим в тишине.
На удивление, Буйный даже не кроет матом других водителей, хотя, правила дорожного движения
Я умудряюсь задремать при такой бешеной езде.
Когда мы приезжаем к нему в квартиру, мужчина первым делом достает из шкафа в спальне какой-то большой бумажный пакет.
Пальцем манит меня к себе, и я уныло подхожу.
Ну, что он придумал на этот раз?
Любопытство оказывается сильнее здравого смысла, я аккуратно заглядываю в любезно раскрытый пакет.
— Рустам! — громко ахаю и перевожу на него изумлённый взгляд.
Мужчина выглядит запредельно довольным, как будто себе подарок купил.
В пакете лежит подарочная прозрачная коробка с бантиком. А в ней всевозможная пряжа, спицы, крючки для вязания.
Ничего особенного, но на сердце становится теплее. Я радуюсь, словно ребёнок, на месте пританцовываю.
Как-то почти успокаиваюсь после произошедшего. Надо же, он запомнил мою фразу об увлечениях.
— Спасибо, — я прижимаю к груди коробку, как самое ценное сокровище.
Широко улыбаюсь ему.
Буйный довольно щурится.
Уходит в душ, а я, словно Кощей, чахну над своим богатством.
Уже представляю, как из большой пряжи свяжу плед, а из этой, бежевой и тонкой, салфетки под горячее.
На стол Рустаму положу, пусть ставит на них тарелки и кружки.
Сильный шлепок обжигает ягодицу.
Я с визгом подскакиваю и ругаю себя, за то, что опять потеряла бдительность.
Смотрю на довольного мужчину с возмущением и смущением.
Он обнаженный, проходит мимо меня и падает на кровать.
Ложится на живот, подушку под себя подминает.
Я же, чтобы не искушать судьбу, стыдливо убегаю из комнаты.
27. Рустам
Я просыпаюсь, когда на улице уже темнеет. Потираю глаза и замечаю рядом с собой малышку. Она спит, одетая в мои вещи.
Те самые, которые я дал ей утром. И ведь прекрасно знает, что в пакете для неё лежат сорочки и пижамы.
Интересно, что скажет в своё оправдание?
Ухмыляюсь и руку к ней протягиваю. Касаюсь разбросанных по подушке кудрей.
Член встает сразу, стоит мне подумать о том, как я наматываю её волосы на кулак.
Что она со мной делает? Даже во сне искушает, ведьма. Наклоняюсь и целую в плечо.
Ева вздрагивает, но не просыпается.
Ладонями жадно шарю по её хрупкому телу. Хочу помучать, чтобы извивалась подо мной и просила войти в неё.
А сам сдержаться не могу, хочу везде прикоснуться, и посмотреть, как она будет мучительно краснеть.