Одержимость Альфы

Бондар Алена

– Он твой внук и ему страшно. Малышу нужен дом, защита и любящая семья. Пойми, что я сделала выбор, что Итан мой муж, а на руках твой внук, – кричу в надежде пробить оборону оборотня.

Кровные узы для оборотней очень важны, и альфа застывают пораженный моим напором и безрассудством. Пока отец девушки оценивающе смотрит на своего внука и на его лице мелькает сожаление при виде его истерики, Морад, недолго раздумывая, становится передо мной, открывая спину противнику.

– Я же просил не вмешиваться, – раздраженно цедит сквозь зубы. – Могла

хоть раз послушать, – добавляет многозначительно, намекая на стычку в секретном проходе замка. А потом склоняется над крохой и ласково произносит. – Тише маленький, папа с тобой, все хорошо. Мы тебя любим успокойся.

Не знаю, как у него это получилось, но несколько слов и ребенок смотрит в его глаза и медленно, но затихает. После Морад берет его на руки, чтобы малыш услышал биение его сильного сердца и успокоился окончательно.

– Я никогда тебя не оставлю, – обещает своему новорожденному сыну.

Уверена, что Итан сказал бы то же самое. Но сейчас эти слова принадлежат моему волчонку.

Он почувствовал себя отцом.

– Как у тебя получилось? – пораженная реакцией ребенка переспрашиваю.

– Так же, как и мясо с картошкой, – отвечает и подмигивает.

Вот же несносный оборотень. Обнимаю самых любимых мужчин во всей вселенной, совершенно не беспокоясь, как это расценят остальные. Мне все равно, главное они рядом и улыбаются. Если этот черствый альфа не примет своего внука, то тут уже ничего не поделаешь.

– Кристоф, – прилетает неожиданное от альфы.

Мы поворачиваемся в сторону мужчины, а он поясняет.

– Так звали моего деда и будут звать внука.

Камень с души падает, значит он оттаял и примет малыша. Новоиспеченный дедушка берет кроху на руки и не говоря ни слова разворачивается, и уходит.

– Папа? – кричу вдогонку и спешу за мужчиной.

– Разжечь костер у реки, – отдает приказ, а потом останавливается и поворачивается к нам.

Застываем с Морадом на месте не зная, чего ожидать от мужчины.

– Мой зять будет из стаи… – делает паузу, а вот я набираю в легкие побольше воздуха, чтобы начать протестовать, но со свистом его выпускаю, услышав следующие его слова. – Я дам тебе новое имя, хоть у тебя и не будет зверя, но ты станешь членом стаи.

Это даже больше того, на что мы рассчитывали. Он принял внука и зятя.

А потом было волшебство. Возможно, преувеличиваю, но этот момент навсегда останется в моей памяти. Как самый трогательный и яркий.

Когда начало темнеть и костер разгорелся знатный, казалось, что языки пламени достигают крон деревьев, не меньше. Перед ликом луны держа на руках младенца, альфа произнес заветные слова, а потом кладет Кристофа на землю. Но не прошло и секунды, как вместо мальчика в подгузниках оказался медвежонок.

Ему явно было некомфортно, и он сам выбрался из пеленок, и зарычал. Он впервые зарычал, показывая всем, что на свете появился новый оборотень. Маленький плод любви его родителей и примиритель семьи.

Маленький кроха, благодаря которому

родители простили и приняли детей. Благодаря которому Итан обрел не только жену и ребенка, но и большую дружную семью оборотней. Ему будет не просто влиться в жизни стаи, но думаю, что у этих ребят все получится.

Пожалуй, мы сделали все, что от нас хотели и можем со спокойной душой вернуться домой, чтобы строить свою семью.

– Мы готовы, – тихо произношу, держа Морада за руку.

Мы переплетаем наши пальцы в знак единения и переносимся. Ожидаемая темнота, но вместо света и нашего домика, мы оказываемся в дымке.

Эпилог

Морад

Открыв глаза, надеюсь оказаться хотя бы у себя в лесном домике, но вместо этого нахожусь в какой-то серой субстанции. Она волнами струится вокруг наших тел, не приближаясь, но и не отдаляясь. Напрягаюсь всем телом, готовый отражать удар.

Ничего хорошего ждать от этих перемещений не следует. Старые ведьмы в очередной раз провернули свой трюк, закинув непонятно куда.

– Да, что им неймется. Умерли так пусть живут себе спокойно в загробном мире, – разгневанно произношу не в силах унять свою ярость.

Она сильнее здравого смысла, сильнее пожалуй, всех чувств вместе взятых. Как же я устал от этого всего, меня ждут в стае, а вместо этого мотаюсь по каким-то глупым заданиям и спасаю чужие жизни, когда мои волки зализывают раны в одиночестве.

Боюсь представить, что они подумали, когда не вернулся через неделю. А по моим подсчетом с этими перемещениями не был в стае уже несколько недель, почти месяц.

– Морад, тише, – шепчет Хелена и поглаживает мой кулак, пытаясь успокоить.

– А смысл сдерживаться? Мы опять непонятно где и в полном одиночестве, – отражаю агрессивно.

Понимаю, что моя ведьмочка ни в чем не виновата, но ее родственницы уже в печенках сидят.

– Кажется, я знаю, куда нас закинуло. Айла рассказывала про это место и умоляю тебя успокойся, не гневи духов, – так же спокойно парирует Хелена.

Поворачиваюсь в ее сторону и заключаю в объятия. Единственная, кто сейчас сможет усмирить мой нрав это ведьмочка. Она рядом, обнимает в ответ и это самое главное. Если у меня отберут эту невероятную девушку, то свихнусь. Попросту сойду с ума и превращусь в одичалого оборотня. Без нее все меркнет, жизнь теряет смысл.

– Кто такая Айла? – немного обуздав свой гнев, уточняю.

– Похищаешь девиц и даже имени не спрашиваешь? – ехидненько отражает девушка.

Отстраняюсь и заглядываю в глаза. В них нет ревности, нет упрека, а только задор.

– Напомни, кого я похитил? – может, неправильно понял.

– Помнишь, ты приказал похитить девушку из лагеря Кириана? – отвечает вопросом на вопрос.

Она явно, что-то путает, либо я не разобрался в хитрых планах минаров.

– Ты путаешь. Из лагеря Рагнара, – поправляю Хелену, на что она закатывает глаза.