Одержимая
Шрифт:
– В себя придёт, так узнаем, – пожал плечами Анчутка. – К чему гадать?
Велизар посмотрел еще раз на девушку и отвернулся.
– Проследи за ней, – велел бесу. А сам поставил пару охранных заклятий на дом и пошел спать. Последний день был для ведьмака тяжелым.
5. Бажена. Новый мир.
Я открыла глаза и уставилась в потолок. Дом был другой, а ситуация та же: лавка, я на ней, деревянный потолок, и паук возле балки. Только теперь я не могла сказать, что было хуже: выйти замуж за неизвестного мужичка
Как там зовут моего «спасителя»? Вези… Вазе… Мысленно назвала его Вазелином – потом разберемся. Гораздо важнее понять, что делать теперь? Бежать от Вазелина не имело смысла: тут хотя бы крыша над головой, а за стенами его дома неизвестный враждебный мир. И как меня вообще угораздило? На вид байкер казался тут самым адекватным. Надеюсь, с ним не пропаду. Я снова уставилась на паука, деловито перебирающего лапками.
– Пылесоса на тебя не хватает, – сказала ему я.
– Очнулась, девица, – сказали рядом.
Голос говорящего был скрипучий. Не понятно, кому принадлежащий – мужчине или женщине. Я резко села и оглянулась. За столом в стороне сидел Добби и лепил пирожки. После того, как осознала, что я в другом мире, его вид меня не пугал. Ну уши, ну копытца – и ладно, с кем не бывает. Главное, что не пытается меня съесть.
– Ты кто? – спросила я. – Домовой?
А кого ж еще мог позвать хозяин дома в этом мире?
– Скажешь тоже, – засмеялся Добби. – Бес я, Анчутка. А ты, значит Бажена?
– Так и есть, – кивнула я. Бес вроде был дружелюбный.
– Тогда садись, Баженка, пироги лепить. Вот проснётся хозяин, есть захочет.
– Мне бы умыться сначала, – ответила я, озадаченно глядя как ловко Анчутка заворачивает начинку в тесто.
– Так там, возле бани бочка, – махнул рукой бес. И я вышла из дома.
Возле отдельно стоящего здания – видимо, бани – и правда стояла деревянная бочка. Я подошла к ней склонилась над водой. В темной глубине отражалось едва знакомое мне округлое лицо. Будто моё, но лет на десять моложе. Заплетенные в косу длинные волосы вместо модной стрижки. Гладкая кожа, еще не испытавшая на себе многоэтапный уход. Большие глаза без пушистых наращенных ресниц, ради которых я пролежала три часа в кабинете косметолога и тщательно берегла. Губы самые обычные, не знающие, что такое ботокс и стремление к красоте Анджелины Джоли.
Я была сейчас совсем другая. И мир был другой – страшный в своей отсталости и незнакомый. Не удивительно, что меня прозвали одержимой, когда я кричала о карах современности вместо того, чтобы соответствовать приличной местной девушке. Но то ж знал, что всё тут так запущено?
Вообще-то кричать и рыдать в голос, желательно погромче, мне хотелось и сейчас. Судьба была жестока и обладала весьма извращенной фантазией, раз закинула меня сюда. Но расслабляться было нельзя – вряд ли вернуться в родной мир получится так скоро. Как там было? Первое правило попаданца – никому не говорить о попаданстве. А то одержимой обзовут. Вот узнаю хотя бы, кого называют одержимыми и что с
Я обмыла лицо прохладной водой и тщательно вытерла руки. Хочешь-не хочешь, а разбираться с происходящим придется. Стараясь при этом по меньше привлекать внимание своим поведением и одновременно как можно скорее подвести мир к техническому прогрессу. Об интернете и полетах на Марс мечтать пока рано, но водопровод в дом провести надо.
С этой оптимистичной мыслью я пошла назад в дом, хоть пока и не знала, с чего начать свой тернистый путь. Вообще-то попадать в другой мир я никогда не планировала. Даже профессию выбрала не такую, чтобы она могла помочь выжить в дикой природе или отсталом мире. Не думаю вообще, веб-дизайнер может пригодиться в этом месте в ближайшие тысячу лет. Но какие-то знания еще со школьных времен имелись, не пропадём.
Если судить по прочитанным мною книгам, в другие миры попадали исключительно неудачницы, провалившие свою жизнь и получающие второй шанс на счастье, но имеющие рояль в виде подходящего новому месту рода занятий и какого-нибудь принца под боком. Меня моя прошлая жизнь вполне устраивала. Да, мама ворчала, что в свои двадцать семь я еще не нянчу её внуков. Но мне нравилась моя свобода, жизнь в большом городе и тусовки с друзьями. Интересная работа и раз в году отпуск у моря, пусть и в эконом-классе. Даже намечались какие-то отношения. Еще не любовь, но видно было, что человечек надежный, стоит присмотреться.
Теперь же предстояло начать всё заново. Из преимуществ – элементарные школьные знания о технологиях и байкер Вазелин, которого, судя по произошедшему на свадьбе, люди здесь уважали. Стоит держаться за него, пока я тут не освоюсь. Из минусов – всё остальное. И, как уже говорила, о деревенской жизни, хоть как-то приближенной к окружающим меня реалиям, я знаю только то, что она есть. Идей, как улучшить мою жизнь, кроме как съездить в несуществующую здесь «Мегу» купить пару синтетических пледов на жёсткие деревянные лавки, пока не было.
Я уселась за стол напротив Анчутки, закатала рукава и потянулась к тесту.
В последний раз пироги я пекла с мамой ещё в детстве. Сейчас если захочешь сдобы – есть булочные и доставка, ни к чему пачкать всё вокруг мукой. А я, как и многие девушки, следила за фигурой и булки усиленно игнорировала. Потому лепить тесто не умела. За неумение готовить могло прилететь и в современном мире, где готовка не была главным достоинством девушки. А раньше, как говорили мама, это было одним из показателей пригодности к семейной жизни.
– Жалко платье, – покачал головой бес, глядя при этом на то, как я издеваюсь над кусочком теста. – В таком не пироги лепить, а на гуляниях плясать надо.
– Да что платье, – мне красный подпоясанный балахон жалко не было. – Незачем его жалеть.
– Слыхал, хозяин тебя со свадьбы забрал. Не скучаешь о женихе? – продолжил Анчутка, с сочувствием посмотрев на кривой пирог в моих руках. У беса они получались ровненькие, аккуратные, один к одному. У моего тесто не хотело слипаться и расползалось.