Одержимая: расплата за любовь
Шрифт:
– Прячься! – прохрипела Сати. – Быстрее!
Непослушными руками она попыталась указать ребёнку на бак, но девочка лишь отпустила её, да топталась рядом. Сумка мёртвой женщины, зажатая между ними, упала, раскрылась, по асфальту покатились канцелярские вещи, вывалились листы. Девочка, быстро присев, подхватила чёрный прямоугольник и протянула его Сати. Недоумевая, чем им может это помочь, Сати услышала голос и, задыхаясь, медленно опустилась на колени. Перед глазами поплыли круги, и подкрадывающаяся тьма грозила поглотить её основную
– Только не сейчас… – едва вымолвила Сати, и по щеке её скатилась слеза.
Больше не смогла выдавить ни слова, но всё ещё пыталась направить непослушного ребёнка к баку, а справа от них уже маячили быстрые тени преследователей. Взгляд Сати расфокусировался, и она не смогла понять, кто это: опасные люди в масках или же полиция. Тело её словно стало ватным, а звуки исчезли.
Спиной Сати ещё ощущала тепло нагретого солнцем асфальта, перед глазами видела кусочек синего неба в окаймлении голубоватого стекла высотки, а тело тряслось всё сильнее, и мир быстро тускнел…
***
Лука медленно шёл по холлу, и тяжёлые шаги его гулко распространяло эхо. Долгая прогулка измотала, стопы ныли, дыхание стало рваным: Лука не привык так долго ходить и совершал длительные походы лишь раз в год, когда поднимался на холм Печали…
– Эй!
Возмущённый окрик заставил замереть на месте. Лука недоумённо оглянулся на Аббадона: карлик вытаращил глаза, огромный рот его скривился.
– Ничего не хочешь сказать? – разочарованно ахнул Аббадон.
Лука на мгновение задумался и пожал плечами:
– Нет.
Карлик с улыбкой поднял руки и медленно покрутился на месте, словно танцуя или красуясь.
– Как же приятно находиться здесь! – восхищённо проговорил он и, прикрыв веки, глубоко вдохнул: – А дышится-то как легко!
– Рад за тебя, – буркнул Лука.
И вновь, мечтая об отдыхе, двинулся в сторону лестницы, но Аббадон вцепился в его пояс с такой силой, что невольно проехался следом, упираясь ногами в сверкающий пол.
– Стой! – взвизгнул карлик.
– Да что такое? – раздражённо отозвался Лука.
Аббадон обиженно проворчал:
– Да ты глаза разуй. Чистота-то какая!
– И что? – холодно приподнял брови Лука. – Только не говори, что ждёшь моей похвалы. Твоей заслуги в этом нет.
Аббадон вытаращил глаза и всплеснул руками:
– Нет, вы посмотрите на него! Девочка старалась-старалась, а он, мало того, что даже не заметил, так ещё и в ботинках по чистому полу ходит! Завтра киска вернётся и расстроится…
Лука вздрогнул, посмотрел на Аббадона так, что карлик отпрыгнул на пару шагов.
– Завтра? – переспросил Лука, и тон его голоса словно окатил карлика ледяными струями. Аббадон невольно съёжился под строгим взглядом жёлтых глаз, а Лука уточнил чуть спокойнее: – Зачем так часто?
Карлик потоптался на месте и, взглянув исподлобья, пробурчал:
– Она тут не волшебной палочкой махала!.. Только тряпками. Даже то,
– Нет! – От резкого крика Аббадон громко икнул, лицо его побелело. – Чтобы и ноги полуголой Золушки на крыше не было! Понятно? И позвони Иви, чтобы позаботилась об этом…
– Ладно-ладно! – карлик выставил вперёд обе ладони. – Не нервничай! А то опять искрить начнёшь… жутко неприятно. А прикольное погоняло ты девчонке придумал! Ей прям подходит! Но «киска» лучше… – Он замялся: – Кстати, о гиане… Мне бы счёт оплатить. Дай денег, а?
Лука медленно выдохнул и, ощущая, как остатки гнева покидают его, иронично улыбнулся:
– Не поверю, что Иви попросила просто денег. – Аббадон вдруг густо покраснел, взгляд его заметался, и Лука вздохнул: – Говори уже, не тяни демона за хвост.
– Да нет у меня хвоста! – привычно огрызнулся карлик, а потом тяжко вздохнул: – Конечно, Иви попросила не деньги, а услугу… но для этого мне нужны деньги.
Лука коротко кивнул:
– Переведу на карту. Судя по хитрой физиономии, эта услуга доставит тебе удовольствия не меньше, чем Иви. Но помни, когда будешь прислуживать ей, постарайся не высовываться…
Аббадон схватил его за руку и быстро-быстро закивал.
– Да помню я! – воскликнул он и расплылся в благодарной улыбке: – Ах, Лука, ты такой добрый и щедрый! Я тебя боготворю и обожаю! Обещаю не есть крыс целую неделю!..
Лука брезгливо поморщился и вырвал руку.
– Иди уже, демон-крысоед… Целую неделю? Учти, угроза про гараж в силе.
Он проследил, как Аббадон, переваливаясь на коротких ножках и напевая что-то фривольное себе под нос, направился в сторону подвала, где предпочитал проводить вечера, и когда карлик исчез, неторопливо огляделся. А Золушка действительно постаралась на славу! Стёкла окон настолько прозрачные, что, казалось, и нет никакой преграды между ним и тёмной зеленью сада. Лука опустил взгляд и коротко усмехнулся: он и не предполагал, что паркет в холле настолько красивого оттенка… Похоже, это мербау. Аббадон же, делая вид, что прибирается, лишь гонял пыль облезлым веником.
Теперь, когда в доме чисто, возникло ощущение пустоты. Может, купить диван или пару кресел? Лука пожал плечами: а зачем? Аббадон свой подвал давно уже обустроил, а ему хватает и крыши. Выходит, зря уборщица старалась, никому это не нужно. Вздохнул, – зря он согласился! – и снова направился к лестнице. Плохое у него предчувствие насчёт этой Золушки…
***
Сати очнулась и застонала от острой боли, которая пронзила всё тело. Было непонятно, что конкретно болит, но самочувствие было препротивнейшим. Перед глазами всё расплывалось, а во рту ощущался привкус железа. В плече кольнуло, и Сати инстинктивно подняла руки, и что-то коротко звякнуло. Она хотела прижать руки к больному месту, но не смогла дотянуться.