Одержим тобой
Шрифт:
— Поедем ко мне? — хрипло прозвучало предложение, но я лишь растерянно махнула головой.
Тонкое тревожное предчувствие сплеталось с куражом, который бушевал в Арчи, заражая мою кровь бешеным волнением.
— Никакого интима!
Услышанная реплика с категоричным отказом разрушила всю таинственную магию притяжения между нами. Лопнув как мыльный пузырь от грубого тычка.
Воодушевление слетело с него как-то разом, в один миг, будто он неожиданно получил пощечину.
— Я не отдаю долги телом!
— Нет проблем, — отозвался Арчи,
Небрежность, сквозящая в признании, явно была направлена вызвать ревность. А завистливый укол не заставил себя долго ждать. Мне стало не по себе, когда я в ярких красках представила поджарое тело Арчи с поблескивающей россыпью испарины в страстных объятиях другой женщины.
Подобные фантазии стали для меня в новинку и я поспешила заткнуть внутренний голос, а вслух высказать колкость пренебрежительным тоном, чтобы сбить спесь с развратника.
— Конечно, зачем покупать? Для этого ты наверное носишь очки, — неспешно тронула оправу, как бы невзначай коснувшись металлической серьги в брови. — Чтобы жалобить девчонок и получать секс. Мы же порой так любим помогать страдальцам.
— Так помоги, не тушуйся! Я уверен ты кончаешь громко, — рывком притянул к себе за шею и слишком артистично застонал прямо мне в губы. Во рту стало сухо, словно он иссушил меня, а взамен оставил лишь усмешку. — Такому страдальцу как я, понравится.
— Спешу тебя огорчить, я не фанатею от эгоцентриков, — оттолкнуть получилось не сразу, но Арчи ослабил хватку, дав отстраниться от груди, в которой дико билось сердце.
— Спешу тебя обрадовать, я люблю кошки-мышки. И мне плевать на того идиота, который даже не хочет обозначить права на свою женщину, — он кивнул в сторону, куда-то мне за спину, а мне не захотелось даже оборачиваться, зная, кто там стоял. — Так интересней.
Напоследок Арчи оставил властный поцелуй на губах и смятение на сердце, а сорвавшись на пока ещё пустую автостраду, наполнил тишину визгом резины.
Мне же предстояло выдержать визг скандала.
12. Лика
В носу защипало от запаха палёной резины, но даже он не перебил навязчивого аромата кожи, смешанного с пряным парфюмом. Слишком бодрящее и в то же время пугающее сочетание буквально въелось под кожу, заразив мою кровь. Привычное понимание происходящего покинуло меня столь же стремительно, как это сделал Арчи.
Оставшись наедине с холодным порывом ветра, что так и кусал меня в тех местах, где касался жадный мужской рот, проходясь прохладой по мокрой ткани платья. Я нервно запахнула полы плаща, то ли закрываясь от непогоды, то ли скрывая стыдливость. А может, просто надеясь сохранить наваждение, прокатившееся по телу и задержавшееся на коже дерзкими прикосновениями.
С трудом нащупала болтающийся по бокам концы пояса, затужила покрепче, вдруг,
Теперь мне придётся потрудиться, чтобы развязать завязанные впопыхах узлы.
И хотя стало немного уютнее и даже защищеннее, нежели с распахнутыми плащом. Пальцы продолжало трясти так, что справиться с элементарной задачей вышло не сразу, а по завершении, мне пришлось спрятать руки в карманы.
То сжимая, то разжимая кулаки, безрезультатно пыталась разогнать кровь, согреть ледяные кончики пальцев.
Но если ладони до сих пор мерзло скручивались в кулачки, то по спине буквально стекали капельки пота.
Жар испепеляющего взгляда, что практически физически ощущался всем телом, буравил с особой силой надзирателя. Прицельно бил между сведенными лопатками, причиняя дискомфорт, некое неуютное состояние, от которого хотелось избавиться.
Я гордо повела расправленными плечами, словно стряхивая с себя тяжесть предстоящего разговора. Меня не терзали ни чувство вины, ни желание извиняться за содеянное, тем более перед Сашей.
Я-то и у себя прощение просить не собиралась, мысли о морали расплавились ещё там в "Линче", когда поцелуй незнакомца остался ожогом на губах, а проскочившая искра за малым не спалила предохранители в моей голове.
А сегодняшнее развратное происшествие придавало какой-то дикой уверенности. Ведь если я могла, вот так бесстыдно принимать ласки, так ещё и молиться, чтобы они не прекращались. То уж остальное просто мелочи жизни.
Но даже если моей решительность хватало самостоятельно развернуться лицом к неминуемой разборке, то и у Сашки было предостаточно смелости. Чтобы начать по-хозяйски стискивать в своих объятиях.
Карие глаза смотрели на меня с непониманием и злостью, прививали чувство вины, которого априори не могло возникнуть.
— Объяснишь? — пробасил Сашка, намеренно зрительно вцепившись мне в лицо.
— Что именно? — переспросила непонимающе я.
Мне не пришлось включать дурочку, я на полном серьёзе не понимала к чему вели эти расспросы. Мы по факту друг другу никто, чтобы демонстрировать с таким энтузиазмом ревность и упаковывать слова в грубость.
— Кто это был?
— Знакомый, — сказала почти правду. Приводить в порядок его и без того вдруг проснувшееся чувство собственничества, я не собиралась. — Мне объяснительную написать?
Агрессивный порыв проявился в голосе, пролег морщинкой между бровей и скрипнул на зубах.
— Мне будет достаточно узнать его имя и причины, по которым он так себя вёл с тобой.
От воспоминаний краска прилила к щекам, сосредоточившись от полученного удовольствия приятным покалыванием на губах. А от глупого поведения Саши захотелось либо выть, либо смеяться в голос.
— Ну а чего ты сам у него не спросил? — ледяным тоном отозвалась я, а скинув с плеч ладони, отступила на шаг назад, разорвав слишком давящую близость, но только не жгучее Сашкино желание выяснять отношения.