Одаренный
Шрифт:
— Нет, новейшее оружие и боевые костюмы тебе никто изготовлять не будет, это невыгодно. Но насколько я знаю, боеприпасами корпорация себя обеспечивает. Тактический комп и портативный разведкомплекс тебе обошлись по той же цене, как и в центральных мирах Содружества. Если покупать здесь, то выйдет в полтора раза дороже, скупают трофеи они тут тоже за полцены. Хозяева делают деньги на всем, разрешая вести дела только тем, кто отстегивает им процент.
— Угу, их отношение к нам я уже почувствовал на собственной шкуре, — буркнул я. —
— В свое время я оказал ему услугу, поэтому мне он дает самую лучшую цену, — ответил Вохлик. — А если сдавать в конторки хозяев — получится в лучшем случае на треть меньше. Да и берут они не все. Точно знаю — некоторые перекупщики ведут дела с дикарями…
— Здесь уже безопасно, — сообщил командир, покидая неказистый транспорт. — Повсюду камеры наблюдения, а служба безопасности реагирует быстро.
Машинка с хрустом развернулась и покатила прочь. Принюхавшись, я уловил знакомый запах спирта, — похоже, вся местная техника работала на компосте из растительности.
— Мог бы и докинуть прямо до места… — Я ожидал совсем другого сервиса.
— Для местных этот сектор закрыт, — пояснил Вохлик, кивнув в сторону широкой арки, украшенной предупредительными надписями. Я успел прочитать что-то по поводу штрафов: неудивительно, что водила поспешил убраться, получив оговоренную плату — пару мелких камешков.
Этот район больше походил на цивилизованное место — четыре подземных уровня были переполнены всевозможными заведениями, где желающие могли потратить свои кредиты. Яркие вывески и разворачивающиеся прямо перед лицами людей голографические картинки раздражали. С экранов улыбались модно одетые или вовсе раздетые женщины и мужчины, предлагались новейшие образцы снаряжения и эксклюзивная дурь.
Теперь я понял, что подразумевается под агрессивной рекламой — значок входящих сообщений постоянно мигал. А подскакивающие зазывалы норовили всунуть визитные карточки увеселительных заведений. Покрутив одну, я брезгливо отбросил пластиковый квадратик с перечнем услуг наркопритона и листовку, предлагающую поучаствовать в боях без правил. Удалив два десятка однообразных посланий от игровых салонов и секс-сервисов, я настроил интерфейс нейросети, разрешив прием сообщений только от сотрудников корпорации «Слини».
Сорм буркнул что-то невразумительное, скрывшись за одной из неприметных дверей заведения с изображением рогатой морды на фасаде. Я подумал, что верзила решил пообедать, — вероятно, забегаловка предлагала посетителям отведать питательные блюда из инопланетной говядины.
Над головами громоздились стилизованные под старину лавочки и павильоны, предлагающие услуги служителей различных культов. Повсюду — в переходах, у витрин — толпились люди. Наемники, увешанные оружием, специалисты в ярких костюмах с крупными логотипами корпораций… я заметил даже парочку нелюдей.
Ящер в аккуратной
— Странно, — заметил я, — нам посещать сектор негуманоидов запрещено, а эти тут свободно расхаживают…
— Для торговцев сделано исключение, — пояснил командир.
— Ясно. Так, и где тут терминал доступа?
— Здесь есть, — показал Вохлик на вывеску, изображающую облезлого енота, кусающего себя за хвост. Через прозрачную стену я увидел ряды овальных столиков и людей, сидящих за ними. Некоторые принимали пищу, — вероятно, в этом заведении можно было еще и перекусить.
— Тогда мне — туда! — обрадовался я.
— Гильдия Шалассы. Наверху есть номера, персонал оказывает любые услуги за отдельную плату, — сообщил командир, усмехнувшись. — После того как получу премиальные, выдам всем доли. Как получишь оповещение — выдвигайся.
— Куда именно?
— Узнаешь. Тут все рядом, и связь работает. Если возникнут вопросы — обращайся ко мне или Хассу.
Негромкая музыка расслабляла, а размалеванные в серебристый и золотой цвет обнаженные танцовщицы умело крутили своими прелестями на круглой площадке в центре зала. Я подумал, что время активного отдыха наступит немного позже, а сейчас следует заняться делами.
Занял свободный столик и подключился к терминалу, потратив двадцать кредитов — именно столько запросили за три часа пользования устройством. Затем, посмотрев на уплетающих деликатесы посетителей, решил последовать их примеру.
После того как я поочередно отшил двух призывно виляющих бедрами женщин — совсем молодую и заметно постарше, за мой столик попытался присесть подросток с пухлыми губами и капризным выражением смазливого лица. Этот пустил слезу, сильно расстроившись, что привередливый клиент отверг всех предложенных кандидаток.
— У нас есть даже арварка, — пустил он в ход последний козырь. — Сейчас Бваса занята, но скоро освободится…
— Нет денег, — трагически развел руками я, и это сработало. Местные сразу же потеряли ко мне интерес.
Как оказалось, ищущие уединения могли окружить столик голографическим экраном-завесой из блесток, что я и сделал. Потратил еще десятку на скромный обед — через минуту из раскрывшихся створок выдвинулся поднос с инопланетными блюдами.
Я остановился на оширской национальной кухне — в свое время кто-то из наемников, Чань или покойный Шунь, посоветовал несколько названий. На его родине имелся аналог земных пельменей, котлет и наваристого супа. Я забыл уточнить, из чьего мяса делают все это изобилие, но подумал, что священную зверюшку — крысоподобного урша — оширцы вряд ли будут употреблять в пищу.