Очень Страшный Властелин
Шрифт:
— Вова! — совсем уж отчаянно крикнула мама на мужа, закрыв мне ещё и уши, чтобы я точно запомнил что-то «запретное».
Папа у меня переводчик. Интеллигентная у меня семья, если так подумать.
Стоит ли говорить, что после этого я ещё до школы познакомился с подругой мамы?
Глава 4
Второй раз в первый класс — эта только что выдуманная мной фраза очень хорошо может охарактеризовать мои впечатления и ситуацию в целом. Стоять на линейке среди толпы мелких детей, обсуждающих недавно подаренный папой
Были мысли попытаться избежать школы, но, немного подумав об этом, я понял, что в этом нет никакого смысла. Делать же мне тем более нечего будет — Интернета пока не видать, хоть он уже и появился, желание после школы хвастаться тем, что я был вроде как умным и старательным, в целом, тоже никуда не делось, да и родителей расстраивать не хотел.
Пошёл в школу, где работала мама. Логично, в принципе. Вместе будем ходить (она недалеко), да и связи иметь такого калибра, на мой взгляд, престижно. Единственное смущало — номер школы. Замечательной школы № 666. Я, если честно, едва не поперхнулся, когда услышал её номер впервые. До этого как-то не интересовался, где это мама Катя работает, а как узнал…
Я один вижу закономерность, да? Вот, всё через этот номер у меня и получается. Злыднем расту, определённо. Но да ладно. Плюс один несмешной анекдот в копилку — буду говорить, что учился в адской школе. Или, что учился в Аду. Классно.
— Чо молчишь? — интеллигентно и, кажется, немного обижено повернулся ко мне мальчик, до этого обсуждавший своё йо-йо.
Я стоял в самом конце линейки из-за своего роста. Другие дети уже кучковались и начали общаться, хотя и были такие одиночки вроде меня. Правда, они скорее стеснительные, а мне просто всё равно.
Заметил, что после поглощения силы бабки Светы тело начало меняться — кожа стала ещё бледнее, русые волосы стали чёрными, и даже карие глаза почернели. К счастью, это особого переживания не вызвало — все просто подумали, что я пошёл в папу Вову. Моя бледность немного заставила понервничать маму, конечно, но поход по врачам показал едва ли не идеальное здоровье. Кроме этого, начал быстрее развиваться — есть больше не стал, что странно, а в рост при этом пошёл.
— А чо не молчать? — попытался я понять логику этого чуда, в тон ему ответив.
Дети — цветы жизни, в конце концов. В первых классах они только познают природу и их окружение, из практически невинных существ (зависит от обстановки в семье… или приюте, кхе-кхе) превращаясь в тех, кому дорогу в небесное царство придётся пробивать через трупы врагов.
Вот это я философ, конечно. Мелькают иногда такие мысли. Вроде как много думал об этом после смерти. Не помню уже.
— О-он странный, не трогай его, — нервно схватила за руку мальчика светловолосая девочка, кидая на меня такие взгляды, словно перед ней предстал сам бабайка.
— Это ты просто со мной не хочешь дружить, — показал я ей язык.
Ишь ты, обзывается.
Девочку звали Юля и мы с ней ходили в один садик. Я очень надеялся, что никто из ребят со мной в один класс, а лучше район, не попадёт, но вот эта вот проскочила. Чем я таким занимался в той тюрьме для малолетних? Ну…
Я не очень
Нет, я не настолько ударился головой. Не сам. Меня била по голове тотальная скука и медленно наступавшее безумие в компании пускающих слюни карапузов. Честно говоря, лучше бы я всё время был с бабкой Светой, а не в том неоформленном хаосе, из которого родители меня забирать решительно не хотели. Удивительно, кстати, что родичи о моих проделках не узнали — то ли я достаточно хорошо шифровался, умело передавая истории через других лиц, то ли в садике у них там нужно менять персонал. На меня вроде как дети маленькие жаловались пару раз, и эта девочка одна из них, однако…
Реальность жестока и добро не всегда побеждает зло, хе-хе. Кхм, м-да, на самом деле, мне даже немного стыдно за своё поведение. Я, в конце концов, хороший ребёнок, вон себе какую цель поставил, а тут гадости делаю. Неудобно получается.
— Ниче не понял, — веско заметил паренёк, крутя в руках йо-йо. Там на фоне директор уже начал какую-то речь произносить, но его никто особо и не слушал, продолжая перешептываться. Учителя без особой надежды пытались заткнуть мелких бесов, сами, судя по всему, понимая всю бесполезность этого. Хорошая дисциплина.
— Женщины, — пожал я плечами.
Мальчик от такой незамысловатой шутки довольно засмеялся. Девочка же обиженно насупилась.
— Ну и общайся с ним, посмотрим ещё, как долго будешь смеяться… — ушла она, заплакав.
Блин. Взял, испортил первое сентября ребёнку.
Непроизвольно поднял взгляд на палящее солнце, видя, как над школой пролетают чёрные тени, как мелькают какие-то щупальца, как какие-то души просто смотрят на нас, чего-то ожидая. Видимо, не смогли упокоиться, с таким-то номером школы. Хорошо, что я в той книге вычитал, как можно скрывать свою сущность без всяких амулетов, — или, скорее, «втягивать в себя». Жаль, что там не написано, кто автор книги, для чего она вообще нужна, почему я её понимаю и вот в таком вот духе, но, в любом случае, я благодарен такому подарку бабушки, хотя у меня и есть сомнения, что создана она уж точно не для того, чтобы я просто себе спокойно скрывался, живя обычной жизнью. Почти обычной.
Не научись сдерживать сущность, могло бы всякое произойти, и я, будем честными, не хотел бы, чтобы это происходило в толпе детей. На себя, честно говоря, если и совсем не всё равно, то где-то не так уж и далеко, а вот эти вот все цветы жизни, да и родители расстроятся, если коньки отброшу…
Ох, и как я ещё святым не стал.
— Витенька, что ты здесь видишь? — мило мне улыбаясь, спросила подруга мамы Вера.
Удобно, когда твоя подруга психолог, а сын — псих. И неофициально можно проверить чадо, и новая тема для общения с близкой подругой, и скидки, а если чадо ещё и вылечится в процессе…