Очень простые мы

Delicate Wind

Чернота исчезает. Мы смеемся.

«Видишь? Вокруг тысяча солнц. Пока только солнц. Планет нет. Ты их хочешь? Мы же боги»!

Свет рядом шепчет:

«Да. Я хочу их. Самых разных. И прекрасных и безобразных. Чтоб прекрасные были еще прекраснее».

«Да-а-а. Смотри».

И вот мы раздвигаем солнца. Освобождаем место для планет. Чтобы их не спалило...

«Ты

дышишь светом. Поток голубого пламени создает мыслеформы. Неясные. Молочного цвета. Из них появляются призрачные очертания первой планеты. Она пока не в материальности. А хочешь, будет в духовном измерении»?

Свет прошептал: $(*&ENTER+))

«А пусть их будет два. И материальное и духовное. Иначе, как тогда кто-то узнает о том, что кроме того, что есть, есть нечто иное?»))).

Я свернулся в точку, задумчиво пульсирующую точку...Развернулся и взорвал вселенную радостным фейерверком своего ответа:

«Да, давай ты будешь Матерь Мира. И..Ты создашь духовное измерение на этой планете, а я материальное. Что получится»?....Она за-молчала...

Меня выбросила из нашей вселенной, и я снова за монитором, жду ее ответа. За окном улыбается ночь - пряная и мокрая. Что-то, воображение сегодня плохо работает. Или я устал после работы? Наверно и то и другое. Слов нет секунду, две, три…И…

Я снова в нашей вселенной, рядом с ней, так рядом и далеко...За тысячи парсек..Кабелей и проводов...Сигналов... Слышу в тиши свое дыхание – ускоряющийся гипно-ритм.

Но тут я с ней! Старый Модем, создающий наш мир, барахлит, кашляет, наш космос трещит. И трясется…Она молчит..

«Я шепчу, я кричу, улететь я хочу. Давай сядем вместе на краю звезды. Станем точками пламени и заглянем вниз, в черную бездну».

(Connection)/ ////…Тук…Бип..Бип…Сигналы сердца соединяют нас..

И вот возникает ее ответ: «Давай». Космос стирается. Мы два блуждающих, грустных огонька, присевшие на жарком теле белого гиганта звезды. Мы часть его и мы отдельны от него. Трепещем на космическом ветру!

«Заглянем в бездну», шепчу я.

«Да».

И мы наклоняемся и заглядываем в страшную бездонную черноту космического колодца под нами. Мы хотим осветить его до дна. Что-то найти там, в первобытной тьме. Но наш свет слаб и убог. Он не может...Долететь до туда с этого уютного местечка на теле звезды.

«Мы должны уйти отсюда. Мы не можем отсюда осветить эту тьму. Пойдем туда и создадим новый мир»? Прошелестел я, вздрогнув пламенем.

«Давай. Шагнем вместе. Возьми меня за руку. Мне страшно».

И мы несемся вниз, радостные боги, жертвующие покоем звезды ради создания мира. Летим вниз раскаленными

кометами, и я кричу сквозь вихрь полета:

«Придумай ее. Эту духо-сферу...Для этой призрачной планеты, ждущей там внизу...А я..Я..Потом создам все»...

Мы спустились на самое дно. Оно, оказывается, было, это дно космоса. И зависли около нашей пока еще про-планеты. Планеты без Души.

«Ты видишь дно? Дно. Давай сначала прощупаем его. Оно какое на вкус»? Задумчиво прошелестел огонь рядом.

«Влажное. И напряженное». Сказал я через миг///Показавшийся вечностью.

«Давай оближем его, может за ним что есть»?

«Давай»?

Мы спустились туда, к этому дну, и принялись облизывать его, пытаясь своим огневым дыханием прожечь в нем крохотную дырочку, чтобы заглянуть на иной свет. Но - оно было слишком твердым и - не поддалось. Правда…

Чуть оплавилась его поверхность. Может если часто стараться, то мы сможем?

«Что там», шепнул огонь!

«Не знаю», ответил я.

«Полетим к планете. А потом обязательно сюда вернемся. Чтобы прожечь его до конца».

Мы зависли около планеты… и…

«Ты видишь ее? Я уже создала ее. Душу мира. И поместила в сердце планеты. Она молода, но так хочет чему-нибудь научиться».

«А ты дашь ей часть своей души»?

 «Да? Она это я. Я это она. Она чиста и жаждет действия, но потом. И я нарекаю ей имя Ойкумена, и даю свою женственность».

Увы, я окружаю ее тесными рамками атмосферы, накладываю на прозрачную оболочку планеты километры песка и почвы. Но под километрами Земли бьется Душа.

«Но вот у нас есть душа и твердь. Не хватает чего-то».

«Действия. И форм».

«Да, добавим зеленое в крапинку небо. Пусть трава будет лилово-синей и пусть она тихо поет под нежной лаской меня - ветра».

«Да, ветер. Но все пока абстрактно и, А, душа. Она прорывается, ей тесно в твоей оболочке, но она не повредит твоей работы. Она вырывается на поверхность, а с ней приходит ожидание. Не надежда. Ожидание».

«Хорошо, Душа. И пусть будет белое солнце».

«Но жарко», заметила Душа. Спрятавшаяся в бесконечных равнинах, шевелящейся и сверкающей лиловой травы.

«Тогда - вот оранжевое море. Видишь, вьются и поют волны? Они радуются своему существованию».

«Я волна» - Сказала Душа, угадав мое желание.

«А я океан, ты во мне», улыбнулся я, радуя мир радугой брызг, светящихся красным или оранжевым в лучах белого солнца.