Очень плохой профессор

Сокол Лена

Девушка ухмыльнулась. Наверняка, матушка не единожды уточнила, что Ольга купила, когда и в каком количестве. А также по-любому знала, в каком кафе девушка обычно покупала кофе и в каком магазине брала мясо на ужин. Да перед ней с невинным лицом сейчас стоял лучший в стране агент слежки, мастер шпионажа и сенсей гипер-опеки!

— Да, в порядке. Я снимаю квартиру. Это недалеко от университета.

— Недалеко?

— Минут сорок ходьбы.

— Сорок?! Если ты твердо решила стоять на своем, то тебе нужен автомобиль.

— Нет!

— Или

наймем водителя?

— Пожалуйста, мама. — Устало провела ладонью по лбу Ольга. — Я обожаю гулять пешком. У меня всё и так хорошо.

— Вся в отца! — Рука матери вернулась на сердце. Любимый жест, означающий всегда одно: «ты меня разочаровываешь».

Как хорошо, что девушку это уже не трогало так сильно, как раньше.

— А этот что тут делает? — Зрачки Паулины Аркадьевны вдруг хищно прищурились.

Ольга непонимающе проследила за ее взглядом. Всего в десяти метрах от них остановился Матвей. Он общался с одной из студенток, что-то отвечал, указывая пальцем на методичку, и та послушно кивала.

— Это… — У Алексеевой в горле пересохло, ноги в момент ослабли. — Это… профессор Озеров, он преподает у нас экономику организации…

Родительница встрепенулась, расправила плечи и выкатила грудь, продолжая оглядывать его настороженным взглядом.

— Человек, который разорил собственное предприятие, преподает вам экономику предприятия? Ты шутишь?

— Я… я не…

— И чему же вы научитесь у такого профессора?

— Мам…

— Думаю, это стоит обсудить с деканом. Я не хочу, чтобы моя дочь получала образование у неквалифицированного…

— Мам! — Ольга развернула ее к себе и заставила посмотреть на себя. — Не надо, мам, пожалуйста. Матвей Павлович замечательный преподаватель, мы все любим… его предмет. Слушай… — Ее вдруг осенило. — А хочешь, мы вместе с тобой выберем кухонный стол в мою квартиру? А? У меня он старый, ножки скрипят. Вместе пойдем и купим? Давай?

Боже, что она несет? По спине побежали ледяные мурашки.

— Пойдем в салон Альберто. — Поставила условие мать. — Жутко талантливый дизайнер, снимает площади в одном из наших торговых центров.

— Хорошо!

— Он еще делает лучшие в стране кухонные гарнитуры.

— Правда?

— Да. — Женщина прищурилась. — А как насчет новой квартиры, Оленька? Неужели, лучше платить за какой-то крысятник, чем иметь приличную жилплощадь в центре города?

— Нет, спасибо. — Улыбнулась Ольга, заметив, что Озеров удаляется по коридору. — Не надо.

— Хорошо, тогда пиши адрес своей халупы. — Фыркнула мать и довольно облизнула губы.

Rouge Dior не подвел — весь остался на ее губах.

Ольга вырвала из тетради страничку, нацарапала на ней адрес и передала матушке. Та взглянула лишь мельком и перевела взгляд на шею дочери:

— И посмотри, как ты выглядишь.

Ну, всё. Одна уступка влекла за

собой целую вереницу попыток матери подчинить Ольгу себе.

— Что со мной не так?

Мать картинно округлила глаза и указала пальцем на область вокруг шеи. Так сказать, показала на себе то, о чем дочери нужно было беспокоиться в первую очередь.

— Что? — Делая вид, что не понимает, переспросила Оля.

— Не хочешь… прикрыться? — Мать нацепила одну из своих фальшивых, вежливых улыбочек.

— Нет, мама. — Прорычала девушка. — Мне и так хорошо.

Развернулась и пошла прочь.

— Ну, прости! — Донеслось в спину. — Я тебе позвоню!

29

Учебный план, приглашение на конференцию, торжественное мероприятие в университете, на котором придется дежурить. Озеров быстро делал пометки в записной книжке. Он присел в уголке и вполуха слушал речь декана. Единственные записи, которые ему сейчас хотелось оставлять, это неподобающе пошлые сообщения для Алексеевой.

Пока декан продолжал раздавать коллегам указания и рекомендации, Матвей Павлович придумывал, как бы им с Ольгой увидеться вновь. Все выходные он будет с дочкой. Сначала у нее тренировка, потом они сходят в парк, потом поужинают где-нибудь — обычный семейный выходной.

Обычно он не дергал тещу в субботу и в воскресенье и занимался Верой сам. Девочка была вполне самостоятельной, могла и одна дома посидеть, но каким бы он тогда был родителем? Конечно, паршивым. Общение с кем-то всегда полезнее для ребенка, чем бессмысленное времяпрепровождение с едой у компьютера или просмотр всякой ерунды по телевизору.

Он вздохнул и пробежался глазами по ежедневнику. Как будто там были какие-то ответы на его вопросы? Так. В понедельник вечером. Во вторник. Или в среду? Как долго ждать! Они только пару часов назад расстались с девушкой, а у него уже от одной мысли о ней случился внеочередной стояк — совсем некстати, когда помещение фактически забито чуть не до отказа его коллегами.

— Бла, бла, бла. — Прошептала Татьяна Михайловна, толкая его плечом. — Всё это мы уже слышали.

Озеров захлопнул ежедневник и положил на колени таким образом, чтобы прикрыть свое неудобное положение.

— Угу. — Он натянул улыбку.

В это время декан вещал о том, что не допустит чего-то там на своем факультете. И кого это должно было напугать? Разве что молодых преподавателей, которые из штанов лезли, чтобы угодить руководству и балбесам, которые учились в заведении.

В кармане зажужжало. Матвей Павлович достал телефон и развернул таким образом, чтобы Татьяна Михайловна не могла видеть того, что было на его экране.

OlyaBadGirl: Никак не могу остыть от нашей ночи. Вспоминаю тебя, и руки сами тянутся… сам знаешь куда…