Очень не просто
Шрифт:
— Если бы Гонор не лежал без сознания рядом с нашим сыном, я была бы уверена, что он и затеял это покушение.
Король подошел к окну и стал рассматривать лениво плывущие по небу облака.
— Что привело тебя к такому выводу?
— А почему нет?
Даина откинулась на спинку кресла.
— Давай рассуждать беспристрастно, хотя это и тяжело в нашей ситуации. С внутренними врагами мы с тобой, слава Че, разобрались, самые активные заговорщики давно окончили дни на плахе. Бастардов у тебя нет, значит, кроме Максума прямых наследников не наблюдается.
Услышав
— Твои престарелые тетки не в счет, так что ближайшим возможным претендентами на трон Либерии, в случае гибели кронпринца, становятся внуки твоей двоюродной бабки Гелены — Эльчеор и Гонор Сарранские.
Даина не сказала ничего нового, просто ситуацию необходимо рассматривать во всех возможных вариантах, а Либерия, несмотря на свой малый размер и бедность, была достаточно привлекательной страной, чтобы побороться за ее трон. Если с Эльчеором все было более-менее ясно — он сделал ставку на своих орочьих родственников и у него блестящие перспективы в кланах, то с Гонором все было далеко не так радужно — он был вынужден покинуть свою страну, на троне сидел самозванец, а государство стонало под эльфийским гнетом. В такой ситуации намного проще избавиться от пары-другой родственников и занять освободившийся либерийский престол, чем начинать войну с эльфами и доказывать свое истинное происхождение.
— Некоторые из целителей утверждают — кронпринц жив до сих пор лишь благодаря тому, что рядом находится его кузен.
Сирус Сантийский решил возможным вмешаться в разговор супругов.
— Вы же видели, ваше величество, что при попытке унести Гонора в другое помещение ваш сын начинает задыхаться. Поэтому и лежат пострадавшие на одной кровати, рядом, так как то, что удерживает одного на этом свете, помогает и второму.
— Дождались! — Король сказал это, что-то высматривая в окно. — У нас гости, надеюсь, они нам помогут.
Когда Даина подошла к мужу, то увидела, что на дворцовой площади приземляется орочий дирижабль.
Глава 28
Мы, я с дедом и восемь телохранителей, стояли на площади перед королевским дворцом и спокойно ждали, когда нас опознают, сочтут безопасными и пропустят внутрь. Еще на подлете к столице мы с Торрином провели небольшой военный совет, как нам вести себя на территории людского союзника — ситуация была сложная, беспокойная, что могло сказаться на отношении к оркам. Если правда то, что сообщил либерийский король через синира, то все в столице злы и подозрительны,
Наконец двери открылись, и к нам двинулась целая процессия — жрецы, дворяне и много охраны. Я стоял за дедом, поэтому все внимание встречающих было направлено на него. Вперед вышел мужчина и сказал.
— Что привело уважаемых орков в нашу столицу?
— Мы прибыли по приглашению вашего короля. — Торрин взял переговоры на себя. — Арчиб Второй прислал нам синира с просьбой о помощи, так что проводите нас к кронпринцу.
— Не могли бы вы представиться, так как синир не вернулся еще с вашим ответом.
Человек спокойно разговаривал, но я заметил, как несколько десятков гвардейцев постарались взять нас в кольцо — доверять нам на слово никто не собирался, так что придется доказывать, что мы те, за кого себя выдаем. Интересно, как я смогу убедить охрану дворца в своей подлинности, если ни вверительных грамот, ни документов у меня нет? Обычно рядом всегда находились люди или орки, которые могли подтвердить мою личность, но сейчас…
Лететь с предельной скоростью на помощь и встать у крыльца, так как тебе нечем подтвердить свои добрые намерения. Как глупо!
Тут за спинами встречающих началась непонятная возня и раздался женский голос.
— Пусти! Пусти, говорю, дурак!
Тут на крыльце появилась встрепанная женщина — я с удивлением узнал в ней ту девицу, похожую на эльфа, которую магически привязал к Гонору и его телохранителям.
— Господииин!
Девчушка не обратила никакого внимания на стоящего впереди Торрина (похоже, после того, как дед повесил ей синяк под глаз, она нас прекрасно различала), и смотрела прямо на меня.
— Господин!
Яна, я все-таки вспомнил как ее зовут, бросилась ко мне, сбегая с крыльца, споткнулась на последней ступеньке, упала на четвереньки, попыталась вскочить, наступила на подол юбки и грохнулась опять. Девица так торопилась, что не стала вставать, а как была, на четвереньках, странным аллюром, смешно приподнимая зад, кинулась ко мне. Преодолев таким образом пару саженей, она уселась прямо на снег и обхватила руками мою правую ногу с видом моряка, наконец достигшего в бурю безопасной гавани, заорала.
— Господин! Спаси Хозяина!
— Эээ…
Я совершенно не ожидал такой "теплой" встречи и не знал, что сказать, лишь попытался незаметно для окружающих освободить ногу и стряхнуть ненормальную девицу. Та лишь сильнее вцепилась в меня руками и разразилась новостями, обильно разбавив их слезами.
— Господин, Хозяин лежит и молчит, совсем молчит! — девчушка рыдала, но старательно продолжала рассказ. — И мой Светик лежит, говорит чуть-чуть, а встать не можееет! Помоги, господин!
Девица так увлеклась, что вытерла свое лицо, залитое слезами и замазанное соплями, прямо о мою штанину — я был "счастлив". Каждый раз, как ее вижу, она путает меня со своим носовым платком, видно, сказывается пакостная эльфийская кровь.