Очень быстро

Гут Этта

— Тебе, любовь моя, снится то, что тебе вбили в голову. Осознанно вбили, показав левые фотки, взятые из интернета, рассказав сказки о том, что ты убийца и преступница, обвинив в угоне, которого не было, и в аварии, которую ты не совершала. Ильза! За рулем была не ты!

— Как… не я?

Теперь Ильза смотрела с непониманием, с такой болезненно острой растерянностью, что ее стало бесконечно жаль. Миха сунул телефон в карман, торопливо поставил «Ямаху» на подножку, слез с нее и обнял Ильзу, одной рукой обхватив за талию, а другой прижав ее голову к своему плечу.

— Не ты. За рулем сидел Антон Корнеев. До того, еще в клубе, он скормил тебе вместо обещанной

легкой дури сильное снотворное. Потом, когда ты начала отрубаться, он же посадил тебя в машину на пассажирское сиденье, и довез до той самой остановки… Не знаю, что за план у него в отношении тебя был на самом деле, но он тоже был в подпитии и просто не справился с управлением. Ну а потом воспользовался ситуацией.

Понятно, что доказать только что сказанное Миха не мог — анализ, который и позволил установить наличие снотворного в крови Ильзы, доказывал лишь то, что оно было, но никак не мог указать на лицо, препарат Ильзе и скормившее. Но сомнений в том, что все так и происходило, у Михи не было ну вот совсем. Зато остальное запечатлела камера внутри суперкара, про которую как раз и говорил тогда у Левши НикНикыч. Он знал, что их устанавливают, но, понятно, не был уверен, что, во-первых, ее не убрали после того, как машина перешла в собственность к Владлену Корнееву, а во-вторых, что она в рабочем состоянии.

Но как-то добытая им, а после присланная Левше на телефон запись доказывала: нет, не убрали, и да, камера исправно пашет. Видео-то, отснятое ею, было отличного качества. Да еще и со звуком. И на этом самом видео каждый мог увидеть, как Антон Корнеев, сидя за рулем отцовской машины, сначала на полной скорости врезается в остановку — причем так, что удар пришелся на ту сторону, где сидела его пьяная, не пристегнутая, да еще и находящаяся под воздействием снотворного пассажирка; после сидит, нервно грызет ногти, размышляет и… торопливо перетаскивает бесчувственную Ильзу на место водителя, а после уходит!

— Ты никого не сбивала. Там людей-то и не было-то. Мне ребята со Скорой это точно сказали. Я не могу понять только одного: зачем Антон все это устроил. Зачем, Ильза? Откуда эта дикая ненависть? Откуда желание сломать тебе жизнь, издеваться?..

— Эта наркоша… — начал было Княжич, но Миха не дал ему продолжить.

— Я видел анализ ее крови, сделанный тогда, сразу после аварии, когда ее в больницу увезли. И видел другой — позднее, когда сам делал ей операцию… Ну, когда ты мне позвонил и попросил прооперировать твоего сына. Той девушкой, про которую ты ничего не знал, была Ильза. И свидетели аварии тогда хором говорили медикам и ментам, что спровоцировал ее твой сын! Только ментов ты опять заткнул, а о врачах не подумал. Но я сейчас не про это, а про то, что оба раза в крови Ильзы не было маркеров, которые бы хоть как-то указывали на то, что она употребляет наркотики. А ведь следы употребления даже легкой наркоты типа марихуаны держатся по месяцу и более.

— Но тогда… — почти взвыл Княжич и всем корпусом повернулся к по-прежнему прятавшейся у Михи в объятиях Ильзе. — Тогда объясни мне, как случился тот выкидыш?! Как, мать его? Что стало причиной того, что мы потеряли нашего ребенка, если это не твои загулы и не дурь, на которую ты подсела?!

Ильза отстранилась от замершего от острейшего чувства неловкости Михи и теперь тоже смотрела на своего бывшего… Жениха, мужа, любовника, с которым все было настолько серьезно, что был зачат общий малыш?.. Малыш, которого эти двое потеряли и, похоже, как раз после и расстались… То самое очень плохое, о котором и говорила Ильза Михе, рассказывая, что напилась в клубе не

случайно? Но он-то думал, что просто в компании со своим любовником — мажорчиком Антошей, а оказалось…

Значит, на самом деле главным мужчиной в жизни Ильзы Эргле был не сын, а отец?..

— Я тебе, Влад, и тогда говорила, что не наркоманка, что не сделала ничего такого, что могло бы повредить беременности, и сейчас могу повторить то же. Но ты ведь по-прежнему продолжишь верить тому, что наврал про меня Антон, да, Влад?

— У меня нет оснований сомневаться в словах своего сына!

— Ну… не сомневайся и дальше, — Ильза отвернулась, шагнула к Михиной «Ямахе», склонилась над сиденьем и вцепилась к него пальцами так, что они побелели.

Правда подвешенную паузу выдержала не долго: эмоции душили ее.

— Я никогда не принимала наркотики, Влад! Никогда! Я любила тебя и хотела того ребенка! Его потеря — огромная боль! Боль, которую я и разделить-то ни с кем не могла! — резко развернувшись Ильза вновь шагнула к Княжичу, и Миха увидел, как тот, бледнея, отступил. — Я не знаю, почему у меня случился выкидыш! Слышишь?! Не знаю! Этого вообще никто не знает. Женский организм… Он иногда поступает так, как ему кажется правильным. И в этом нет ничьей вины.

??????????????????????????— Это так, — негромко вклинился Миха. — Оно просто иногда случается. Само… Если только кто-то не подмешивает беременной женщине препарат, способный вызвать выкидыш на ранних сроках.

— Ты на что намекаешь, Быстро? — вновь мигом зверея, заорал Княжич, стискивая кулаки.

Но Миха и не подумал отступать. Упихал рыдающую Ильзу себе за спину, прикрывая ее собой, а после выхватил телефон, вновь запустил запись аварии и выставил аппарат перед собой:

— Вот на это! На то, что Антон злоумышлял против Ильзы! И не раз. Почему? Я не знаю. Может, из-за того, что она ему предпочла тебя. Может, из-за ребенка — твоего ребенка, еще одного твоего наследника, который отнял бы у него часть твоих денег… Я гадать не буду. Сам думай, что тому может быть причиной. Скажу лишь, что, когда я попытался дозвониться до тебя, хотел встретиться и поговорить о том, что к тому моменту уже узнал или подозревал, он сунул меня у тебя на телефоне в черный список. Взял трубу, послал по матушке, а после отправил в бан. Проверь и убедишься, что мой номер у тебя заблокирован.

Княжич замер. Было очевидно, что все это не укладывается у него в голове. Всего сказанного и показанного было слишком много. А вот простое действие — залезть в телефон, найти там номер Михи Быстро и убедиться, что абонент действительно под блокировкой — казалось действием простым и понятным. Княжич проделал все необходимые манипуляции… И да, убедился. И, кажется, именно этот особо ничего не значащий факт — Миха Быстро, отправленный в бан у Княжича за спиной, без его ведома, — поставил крест на всех еще остававшихся сомнениях.

Потому что, когда подошедший Антон начал что-то с усмешкой говорить отцу, Княжич размахнулся и ударил его кулаком по лицу с такой силой и таким отчаянием, что разом нокаутировал.

Глава 43

Княжич ушел, ссутулив плечи, следом за ним его охрана уволокла мотающего головой, все еще до конца не пришедшего в себя Антона. Миха было попытался всех удержать, чтобы что-то еще довыяснить, задавал Княжичу в спину абсолютно правомерные вопросы про сломанную ни за грош судьбу Ильзы, про правосудие, блин. Он даже попытался пойти следом… Но Ильза встала на пути, обняла, приникла, не пустила.