Очарованная горцем

Куин Пола

— Сегодня вечером? — всполошилась Давина.

Вскочив на ноги, она с тревогой посмотрела на Эдварда.

— Невозможно! Даже если я соглашусь, капитан Эшер еще слишком слаб, чтобы куда-то ехать.

— А вас не спрашивают, девушка, — отрезал Роб. Глаза их на мгновение встретились — этого было достаточно, чтобы Давина поняла, что спорить бесполезно. — К тому же я вовсе не собираюсь тащить с собой капитана Эшера. Выздоровеет — вернется обратно в Англию и…

— Как — в Англию?! Один? — перебила она, изумленно вытаращив на него глаза.

— Угу, — кивнул Роб. И тут

же, забыв о ней, повернулся к аббатисе. — Нам понадобится провизия, — тоном, не терпящим возражений, объявил он. — Несите все, что у вас есть. Ах да… и попросите сестер, может, у кого-то из них отыщется лишнее платье на смену? Я имею в виду — мирское. Адмирал Джиллс ведь ищет послушницу, а так она будет не слишком бросаться в глаза. — Он снова повернулся к Давине. — Это тоже должно остаться здесь.

Роб кивком головы указал на прикрывавшую лицо вуаль.

Ошеломленная сообщением, что Эдварду придется остаться в монастыре, Давина не смотрела на него. И много потеряла, поскольку не увидела, как он скривился при упоминании о ненавистной ему вуали.

— Я никуда не поеду без капитана Эщера.

Роб обернулся, и Давина, расправив плечи, решительно выпятила подбородок. Пусть не думает, что она позволит ему командовать. Она всегда восхищалась умением Роба мгновенно принимать решения и принимать на себя ответственность. Ему беспрекословно подчинялись все, даже аббатиса. Да, он был прирожденный вождь, этого у него не отнимешь. В его присутствии она чувствовала себя в безопасности. Но это вовсе не значило, что она готова беспрекословно выполнять приказы этого громадного горца.

— Вы что, рассчитываете, что в таком состоянии он сможет один добраться до Англии? Чушь! — фыркнула она. — Вы только взгляните на него! Да он и до границы доехать не успеет, как его прирежут!

— А кто у нас едет в Англию?

Обернувшись, Давина заметила бесшумно вошедших в трапезную Финна с Колином. Колин по-прежнему сверлил Эдварда неприязненным взглядом. Уилл, привалившись к стене, вытащил из-под складок пледа яблоко, которое умудрился сорвать где-то по дороге, и с аппетитом вонзил в него зубы.

— Никто, — буркнула она, бросив вызывающий взгляд на Роба. — Он мой друг. Я не оставлю его.

Роб ответил ей не менее твердым взглядом.

— Давина, он — английский солдат. Не думаю, что у нас ему будут рады.

— Ну и что? Между прочим, мой брат — тоже английский солдат. Или ты запамятовал, Роб? — вмешался неугомонный Финн.

И тут же прикусил язык под испепеляющим взглядом Роба.

— Это не одно и то же, — проворчал Колин, проталкиваясь поближе к Эдварду. — Коннор — наш родственник.

Остановившись возле Эдварда, он окинул капитана выразительным взглядом — в точности так же кот смотрит на мышь, собираясь вонзить в нее когти.

— А почему у него до сих пор не отобрали меч? — буркнул он.

— Тише, тише, кузен, — лениво бросил Уилл. Оторвавшись от стены, он подошел поближе, оглядел побагровевшего Колина и снова невозмутимо вонзил зубы в яблоко. — Он ведь не ковенантер [4] все-таки. — Внезапно он перестал

жевать и подозрительно уставился на Эдварда. — Или я ошибаюсь?

4

Ковенантер — сторонник «Национального ковенанта», манифеста в защиту пресвитерианской церкви, движения, которое возникло в 1638 году. Оно быстро, приобрело общешотландский характер, а в политическом отношении стало носителем идеи ограничения королевской власти. Лидерами ковенантеров были граф Аргайл и граф Монтроз.

— Нет-нет, я не ковенантер, — поспешно замотал головой Эдвард, чувствуя себя несколько неуютно в окружении четверых рослых горцев, буравивших его подозрительными взглядами.

Первым улыбнулся Уилл. Впрочем, Эдвард тут был ни при чем. За спиной его маячила сестра Элайн — видимо, она догадалась, что улыбка Уилла предназначена ей, потому что зарделась как маков цвет.

— Бросьте, капитан! Не обращайте внимания на юного Колина! — лениво промурлыкал Уилл.

«Ах ты, негодник», — подумала Давина.

— Парнишка он хороший, вот только становится малость кровожадным, чуть только речь заходит о наших врагах. В точности как его папаша, впрочем, вы сами скоро его увидите, коль поедете с нами.

— Он остается, — прорычал Роб и двинулся к выходу. — Вы только зря тратите время.

Давина беспомощно оглянулась на остальных в поисках поддержки, но тут же поняла, что ни у кого не хватит духу противоречить Робу. Давина вдруг жутко разозлилась. Да кем он себя вообразил, черт побери, что позволяет себе командовать капитаном армии его величества?! Да еще отмахнулся от нее с таким видом, словно ее вообще тут нет! Ей до смерти надоело, что Роб обращается с ней, словно с неразумным ребенком. С нее хватит, решила Давина. Она потеряла всех, кого любила. И вот теперь, когда Господь вернул ей Эдварда, этот горец требует, чтобы она бросила его на произвол судьбы. Ни за что!

— Кажется, я ошиблась в вас, Макгрегор, — крикнула она ему вдогонку. — Я считала, что рядом с вами я в безопасности. А на самом деле…

Роб резко обернулся. Собрав все свое мужество, Давина сжала кулаки и ответила ему таким же разъяренным взглядом.

— Как по-вашему, что будет, если адмирал Джиллс схватит Эдварда? А? Долго ли он сможет молчать, если его будут пытать? И сколько времени потребуется Джиллсу выяснить, где обитают Макгрегоры? Вспомните, у его людей не дрогнула рука сжечь живьем монахинь. Да он примется убивать одного за другим всех Макгрегоров, которые попадутся ему в руки, пока не доберется до вас!

Роб прислушался. На мгновение ей даже показалось, что он взвешивает ее слова. Воодушевленная успехом, Давина ринулась в атаку.

— И даже если Эдварду удастся благополучно добраться до Англии, вы что же, рассчитываете, что он станет лгать своему королю насчет того, что случилось со мной? Вы и глазом моргнуть не успеете, как королевская армия войдет в Скай.

— С какой стати королю посылать за вами целую армию?

— Этого я не могу вам сказать. Не имею права.

— Тогда Эшер остается.