Обыграть темного эльфа
Шрифт:
Это Эшэр целую басню успел придумать. Стоит сказать ему спасибо, тогда бы меня не пустили в комнату к полуэльфу. В деревнях все это куда строже, чем в городах. Но больше меня поразило, кем Эшэр представился — братом Трэшена. Сыскалась семейка! Хорошо, что Эшэр прятал лицо в глубоком капюшоне. А то вряд ли хозяйка обрадовалась бы дроу. Впрочем, сейчас я была не в том состоянии, чтобы что-то комментировать.
Женщина принесла одеяла, которыми я укрыла Трэшена. Однако это не слишком помогало, он все равно дрожал, несмотря на то, что в доме было очень жарко и душно.
— Простите,
— Литицет и ромашка есть, — задумчиво проговорила женщина. — Идемте, я покажу вам кухню и дам нужные травы.
Я на мгновение замешкалась, не желая оставлять Трэшена с Эшэром, но, понимая, что другого выхода просто нет, последовала за хозяйкой на кухню, чтобы сварить зелье для полуэльфа.
4
Литицет— распространенная трава, использующаяся как жаропонижающее.
5
Корень махара растет в диких лесах. Используется во многих отварах и зельях как успокаивающее или сильное снотворное. Это зависит от количества растения и наличия других ингредиентов, с которыми его варят.
6
Карас— редкий горный цветок.
Стоя у печи и готовя зелье, я то и дело оглядывалась в сторону комнаты, что не укрылось от женщины.
— Не волнуйтесь, с вашим мужем его брат. Да и мой сын, если что-то понадобится, покажет.
Это нисколько меня не успокоило, а даже наоборот. Я настолько нервничала, что у меня даже немного дрожали руки. Я сама от себя такого не ожидала. Хоть и понимала, что всего лишь банальная простуда, а все равно беспокоилась. Наверное, главной причиной было чувство вины. Он же из-за меня тогда прыгнул в ледяное озеро, притом, что плавает как топор!
Через полчаса отвар был готов. Налив его в кружку, пошла в комнату. Увидев меня, Эшэр улыбнулся, встал со стула и предложил место. Но я лишь отрицательно мотнула головой, присаживаясь на край кровати. Трэшен спал, до подбородка укрытый одеялом. Его грудь незаметно поднималась и опускалась в такт почти неслышному дыханию. Мне не хотелось его будить. Словно догадываясь о моих мыслях, Эшэр меня опередил, объявив о моем приходе:
— Просыпайся, спящая красавица, к тебе твой принц явился.
— И вот не можешь, чтобы без ехидства! — недовольно заметила я, но тут же замолчала, встретясь с усталым взглядом Трэшена.
— Выпей, пожалуйста, тебе станет легче, — попросила полуэльфа, помогая ему приподняться и выпить отвара.
— Ты смотри, какая ласковая и милая. Интересно, если бы я заболел, ты бы так же обо мне беспокоилась? Что-то сомневаюсь.
Я промолчала и только метнула
— Это намек, чтобы я ушел? Ладно, не буду мешать вашей сладкой парочке, — протянул Эшэр и вышел, лишь на миг остановившись у дверей, дабы насмешливо добавить:
— Все-таки я не ошибся, когда назвал вас мужем и женой.
— Эшэр! — Однако он уже не слышал моего окрика, закрыв за собой дверь.
— Не обращай на него внимания, — тихо прошептал Трэшен, ослабленно откидываясь назад на подушки и неожиданно беря мою ладонь. — Просто посиди рядом.
Вскоре Трэшен заснул, а я продолжала сидеть с ним, сжимая его ладонь. И мне совершенно не хотелось уходить. Я могла спокойно любоваться профилем Трэшена, все яснее понимая, что меня одолевает болезнь, над которой сама всегда смеялась.
Нет, я не люблю его! Этого не может быть, я ведь даже не знаю, что такое любовь. Но, несмотря на доводы разума, мое сердце с каждым разом все сильнее билось, только стоило нежно провести ладонью по горячему лбу полуэльфа. А когда я вспоминала его поцелуи, мое тело замирало, словно его кто-то околдовывал. Разве не это любовь? Нет, хватит. Я резко мотнула головой, стараясь отогнать надоедливые мысли.
Сколько так просидела, не знаю, но вскоре меня саму стало клонить в сон. Однако я не позволяла себе заснуть и продолжала наблюдать за Трэшеном до тех пор, пока у него не утих жар. А произошло это только под вечер. Зато могла с уверенностью заявить, что теперь все в порядке. Этому отвару нас научили на зельеварении. Действует он не сразу, но эффективно. Простуду убивает за один прием. Поэтому завтра мы уже спокойно сможем отправиться в путь.
За все это время, что я просидела с Трэшеном, в комнату никто не заходил. Это немного удивляло. Даже Эшэр, и тот не заглядывал. Что уж тут скрывать, меня это даже наоборот — устраивало, не приходилось терпеть его ехидные замечания.
Зевнув, протерла сонные глаза, спать хотелось дико. За окном в свои права потихоньку вступала ночь, и комната погружалась в полумрак, однако я не спешила идти за свечкой или зажигать магический огонек.
Пока я сидела рядом с Трэшеном, в голове проносились самые разные мысли, и одна хуже другой. А ведь это впервые, когда я действительно за кого-то волнуюсь и сопереживаю. Обычно, взять, к примеру, того же Рэна: когда он болеет, я только посмеиваюсь над ним, с наслаждением поедая перед ним булочки, друг просто их очень любит. Да и он делает так же. Я невольно улыбнулась. А что ни говори, Рэна мне тоже не хватает.
Я лежала на мягкой постели, накрытая теплым одеялом. Меня крепко обнимали сильные руки, прижимая к себе. Отчего совершенно не хотелось вставать. Лежа вот так, я в кои-то веки задумалась над своим кредо — никогда не выходить замуж: кажется, в замужестве есть и положительные моменты — просыпаться в объятиях любимого так приятно!
— Доброе утро. — Тихий голос Трэшена все-таки принудил меня высунуть голову из-под одеяла.
— Как ты себя чувствуешь? — Я внимательно посмотрела на полуэльфа и с облегчением заметила, как светятся его ярко-желтые глаза.