Обыграть судьбу
Шрифт:
— Я иду за тобой, малыш, — тихо произнёс он и взмыл в небо.
И как только это произошло, все скопом ринулись к алтарю. А через мгновение рядом с Саброном опустился крылатый демон. Он смотрел прямо во тьму пред собой. Без страха. Без сомнения. И улыбался.
— Что происходит? — Восьмая печать непонимающе взирал на асура, спокойно стоящего рядом с ним.
— Солнышка, — тихо позвал Кассиан, игнорируя и его вопрос, и жуткую внешность тёмной сущности. — Я тебя вижу! — И ринулся в темноту.
Спустя пару мгновений все увидели его уже с Джим на руках.
— Не — е–ет! — бесновалась сущность, оставшаяся без тела. — Верните её! Немедленно. Солнце
— Аха, разбежались! — Алисия направила стену пламени в сторону приближающихся к ней личей. Наклонилась, сорвала с мёртвого некроманта жезл подруги, который висел у него на поясе вместе с другими безделушками в качестве украшения. — Это тебе не принадлежит.
Кассиан опустился в центре воинства за спинами друзей и коснулся холодных губ своей жены. Джим открыла глаза и долго вглядывалась в лицо своего доброго путешественника. Дотронулась ладонью до его щеки и тихо произнесла:
— Я знаю тебя!
— О, Боги! — Он притянул её к себе и с силой стиснул. — Я думал, что потерял тебя. Что ты умерла. Что уже всё…Что никогда… — Джим издала какой — то странный звук. — Что ты говоришь? Что? Где болит?
— Если ты меня сейчас же не отпустишь, то точно умру.
— Прости! — в испуге он чуть не выронил её из рук, но вовремя подхватил. — Ты в порядке?
— Странное чувство! — Джим не отводила взгляда от алтаря. — Мне виделся чудесный сон: мои родители живы, я с тобой. — Обвела взглядом поле, на котором продолжалось побоище: некроманты всё ещё продолжали держать оборону возле алтаря. — И нет всего того ужаса, что происходит сейчас. Лишь на мгновение мне открывалась правда, которую я тут же забывала, как только возвращалось видение.
К ней подлетела Алисия, крепко обняла за плечи и сунула в руки магический жезл. За ней тенью следовал Дар с братьями. Принцесса делала вид, что не замечает его, чем сильно ранила дракона.
— Держи свою игрушку. — Укоризненно сдвинула вместе брови: — И хватит уже отлынивать! Тут мир спасать нужно. — Наклонилась к самому уху и прошептала: — Моя мама вступила в битву, но о подробностях потом, — загадочно повела бровью.
К ним подошёл Арникус, и как только Алисия отпустила подругу, бесцеремонно сграбастал Джим с Кассианом вместе, при этом не выпуская из поля зрения Айелет. Юная демоница скромно стояла чуть поодаль, но почувствовав на себе его взгляд, быстро набросила капюшон на голову и смущённо отвернулась.
— Ох и напугали же вы меня! Ну, всё! Теперь я спокоен.
— Пада морхант! — позвал Дер — Хавель голосом, в несколько раз усиленным магией. — У тебя был договор с Саброном: он отпускает вампира, а ты не будешь сопротивляться. Ты обещала!
— Я обманула, — ответила Джим словами самого Дер — Хавеля. Тряхнула кистью и тут же жезл открылся в её руке. — Но я иду к тебе!
Друзья, не сговариваясь, бросились в сторону всё ещё сопротивляющихся врагов. Они напали одновременно со всех сторон. Каждый со своей стихией или оружием. Вот Джим ещё стояла на месте и вдруг закружилась в смертельном танце. И по мере того как движения набирали скорость, магический посох всё быстрее и быстрее раскручивался в её руках, начиная свою смертельную жатву. Оружие пело песню смерти. А рядом с ней, плечо к плечу, с двух сторон шли Кассиан и Арникус. Алисия со своими братьями и загадочным спутником ушли немного вперёд. А Айелет скромно двигалась рядом с королём севера.
Вожаки отогорских оборотней огласили окрестности боевым рёвом, а вампиры приветствовали свою деву ведающую ликующими возгласами.
Солнце взошло в зенит.
— Черви — пожиратели, — в ужасе взвыли некроманты, наблюдая, как маги воткнули их в стену. — Нужно спасти алтарь.
— Ну уж нет! — На алтарь с помощью Давира взобрался Алиар. — Может, ты и есть самое могущественное зло в этом мире, — вогнал древко посоха в прочной камень, резанул себе по ладони и коснулся навершия, — но ты не бессмертен. — И начал читать слова заклинания.
Саброн с яростью набросился на мага смерти, причиняя ему нестерпимые страдания, стараясь сбросить с алтаря и прекратить разрушение последнего своего прибежища. Потому что не было больше клетки, стена медленно истаивала, подтачиваемая червями — пожирателями. Кровь Тведучи текла на алтарь, щедро орошая проклятое место, но юноша продолжал и продолжал читать заклинание, а его посох всё глубже уходил в камень.
Все замерли в ожидании: получится или нет? Маг смерти обессилено рухнул на колени. Всё же не получится. Не хватит ему сил. На алтарь поднялся Давир и накрыл своей широкой ладонью худую руку Алиара, и посох уверенно пошёл вниз. Казалось, сама земля затаилась, из мира ушли все звуки. И вдруг все услышали, как воин — исполин поёт. Он пел о цветочном маленьком городке; о фонтане с золотыми рыбами на старой площади; о старенькой матери, которая изо дня в день приходит к фонтану и подолгу просиживает там. И о том, что она больше никогда не увидит своего блудного сына.
Джим плакала. Она знала, что это значит. Давир, который давно был уже не живым и не мёртвым, прощался с этим миром, с друзьями, со своей матерью. Мужчина поднял голову к солнцу. Он больше не боялся света. И в тот миг, когда зеленоватое навершие должно было коснуться камня, он столкнул с алтаря мага смерти. Алиар свалился на землю, но сил подняться у него не было, и тогда он пополз.
Джим не стала раздумывать. Она разорвала подпространство и помчалась по серой тропе. Джим видела это место, оно было как червоточина в земле. А ещё она видела Саброна. Он смотрел на неё, но ничего не мог сделать ей, привязанный к месту своей смерти. Вынырнула из серого мира, подхватила Алиара, и в этот момент алтарь разлетелся на мелкие фрагменты. Земля содрогнулась. Вся энергия вырвалась наружу, взметнулась вверх и резко обрушилась вниз, исчезая в недрах земли.
Не было больше Восьмой Печати. Исчезла стена. Воины двух империй с ликованием поднимали вверх оружие, празднуя победу, не замечая идущих среди них двух прекрасных дев. Лишь только сильные маги, и то не все, оборачивались и с удивлением провожали их взглядами.
Свет и Тьма, рука об руку, шествовали по обновлённой земле.
Эпилог
Семь лет спустя
В мире Элентар наступил период процветания. Энергия, которая вернулась в недра земли, постепенно оздоровляла тёмные земли и несла жизнь. Менялись отношения между бывшими Тёмной и Светлой империями, начались массовые переселения. Но оставался разлом, сам источник, где был произведён ритуал — он, как червоточина, напоминал о страшном событии в прошлом.