Обыграть босса
Шрифт:
У меня по части машины всегда паранойя. Даже малейший скрип или стук заставляет гнать к механику или хотя бы попросить папу послушать. А тут… такого вообще не припомню. Я сразу съехала в сторону, включила аварийку, вышла, чтобы осмотреть свою «букашку».
Мироздание, похоже, решило меня наградить за сегодняшние праведные труды. Я проколола заднее колесо.
Сразу подумала, что это логичное завершение потрясающего дня. Все самое веселое со мной уже случилось.
Как же я ошибалась. Оказывается, веселье только началось.
Глава 3.
Цирк шапито — это моя жизнь. Я в нем клоунесса, она же круглая дура. Проколотое колесо прекрасно символизировало замкнутый круг моих глупостей и ошибок. Из него не вырваться.
Вздохнув и поблагодарив мироздание за очередной намек, я закончила минутку философии и вернулась к насущному. В качестве моральной поддержки из машины выбралась Милка. Крутилась рядом, жужжа под ухо. Жутко раздражала. Сильнее действовали на нервы только мужики, которые притормаживали, предлагая помощь.
Мила тут же распушала перья у машин покруче, надевала на лицо лучшую свою улыбку, чтобы согласиться. Но я хмуро и жестко отвергала помощь.
— Мы сами справимся, — отсылала я каждого доброхота, не в силах заглушить эмансипированную стерву, которая, видимо, проснулась сегодня во мне вместе с эпической глупостью и чертом.
Да и вообще, что тут сложного? Учили меня на курсах, как колесо менять. Да и папа, который всю жизнь сам справлялся с машиной, не раз показывал. Знал, наверно, что пригодится. В конце концов, случай типичный. Ничего сверхъестественного. Просто сегодня и так не сахарно, вот я нагнетаю.
Развернув ситуацию на сто восемьдесят градусов, я даже обрадовалась проклятому проколу, и заранее представляла, как сексуально буду смотреться с домкратом. Признаюсь без лишней скромности, с ним я справилась отлично. Дело за малым — отвинтить гайки, снять колесо, поставить запаску. И вот тут меня ждала подстава подстав. Как ни старалась, я не нашла в багажнике нужный ключ. Их там было много всяких, но ни один не подходил. Как на зло, и желающие помочь закончились. Мне не нужно была помощь, но я бы с удовольствие одолжила ключ. Кажется, настало время впадать в отчаяние. Мешала только Милка, которой я не спешила признаться в упущенном моменте и сути проблемы. Она отчитала меня в сотый раз за отклоненное предложение помощи из мерседеса в последнем кузове, и ушла дуться в машину.
Не зная, что предпринять, я сидела на корточках у машины и смотрела в одну точку, на одну из гаек, решая, что же делать. Вид у меня, наверно, и правда был хоть и отчаянный, но сексуальный. Узкая юбка-карандаш, туфли на высоком каблуке, полупрозрачная блузка, которую более не скрывал жакет. И сама я на корточках, внимательно смотрю на колесо. Наверно сгодилось бы для постера автосервиса. Или для сюжета к фильму для взрослых. Потому как раз в тот момент, когда я собиралась признаться Милке в отсутствие ключа, рядом кто-то притормозил.
Спаситель.
— Лена,
Ерохин! Сукин сын, а не спаситель. Мирозданию от меня полетела новая порция благодарностей из ненормативной лексики.
— Все в порядке? — добавил Ерохин, потому что я уронила голову, уткнувшись лбом в колени, и не отвечала ему, борясь с истеричным смехом.
Даниил Ильич же прочитал ситуацию быстро и правильно. Он вышел из машины, что я поняла по хлопнувшей двери и шагам, а потом по матовой коже темно синих ботинок, которые разглядела рядом.
Интересно, они дороже моей машины? Или примерно одинаково стоят?
Чтобы в голову не лезла всякая чушь, я брякнула очередную гадость.
— Полный порядок, Даниил Ильич. Разве не видно? — поговорила я, поднимаясь, — Колесо проколола. Можно это считать ущербом, полученным на производстве? Я, пожалуй, могу подать на вас в суд.
Он вздернул брови. Я ждала в ответ резкости или похожей гадости, или, что он пошлет меня подальше и уедет. Но Ерохин в очередной раз удивил.
— Вы, конечно, можете, Елена. Даже лично на меня. Но вряд ли удастся отсудить что либо.
— Даже моральный ущерб?
— Я выдвину встречный иск, — пригрозил Ерохин, продолжая улыбаться.
Он меня с ума сведет этой снисходительно ехидной улыбочкой. Но в его словах было рациональное зерно, и я поспешила это признать:
— Думаю, мне и правда не светит обогатиться за ваш счет.
Он открыл рот, чтобы продолжить, но перебила Милка, которая бросила дуться и выскочила из машины, узрев начальство.
— Даниил Ильич, здравствуйте. А мы тут застряли, — слишком весело для сложившихся обстоятельств проговорила моя подружка.
Как будто без нее не видно.
— Добрый вечер, эээ…
— Мила. Мила Смирнова из кадрового, — поспешила освежить память Ерохина Милка, — Колесо прокололи. Представляете?
— Вот смотрю и представляю. Очень даже представляю.
Он и ей улыбался, но немного не так. Определенно добрее и ласковее. Неужели понравилась эта вертихвостка? Ну а что? Мила не очень эффектная, но приятая. Блондиночка, хрупкая, глаза большие, как у коровки деревенской с пакета молока. Мужчины любят такое.
Я вздохнула и пошла в очередной раз порыться в багажнике.
— Лен, вы собираетесь сами колесо менять?
Что за глупые вопросы? Не видит домкрат что ли?
— А у меня есть выбор? — огрызнулась я опять.
Тут же заработала от Милы «тысумасошла» взгляд. А Ерохин видимо уже привык к моему хамству, поэтому спокойно ответил.
— Вообще-то есть. Можно вызвать выездной шиномотаж.
Я ушам своим не поверила и схватилась за эту идею, как утопающий за соломинку.
— А номер у вас есть? — голос автоматически стал тише, приятнее. Наверно и глаза у меня подобрели.