Обыграть босса
Шрифт:
Дан отпускал мои губы на миг, когда чувствовал, что я задыхаюсь. Позволял глотнуть воздуха и снова завладевал ртом. Обездвиженная, абсолютно беспомощная, невероятно чувствительная я лежала на столе, словно на самой мягкой перине. Я ни черта не контролировала, ни свое тело, ни чувства. Он знал это. И я знала, что он знает. А еще я хотела, чтобы он это знал.
Мне было плевать на игры. На его мотивы и тайны. Плевать на все, кроме того, что в этот момент заставляло Дана двигаться, целовать меня и рычать, словно он дикарь какой-то.
Кажется, мои звуки были не менее неадекватными. Кажется,
Через какое-то время я вдруг поняла, что стол ни капли не перина, что Ерохин тяжелый и у меня, кажется, в кровь стерта задница. В этот же момент Дан стал растирать мои затекшие ладони и поглаживать руки. Аккуратно приподняв, заставил сесть и сам выпрямился, но не отпускал. Прижал к груди, целовал в макушку, заботливо поинтересовался еще чуть хриплым голосом:
— Не покалечил тебя?
— Если найду повреждения, то точно подам на вас в суд, — хихикнула я глупенько, как восьмиклассница, специально не выучившая урок симпатичного учителя.
Дан хохотнул, чуть отстранился, разглядывая мое лицо, расцеловал щеки. Я положила ладони ему на грудь, стала снова гадить. Не могу удержаться. У него потрясающее тело. А вот рубашка и галстук, от которых мы так и не избавились, выглядели так себе.
— Ох, все испачкано.
Я провела пальцем по шелковой вышивке на галстуке. Он мне нравился. Дан стащил его, бросил на стол.
— Оно того стоило.
— Мы опрокинули какую-то миску, — стала замечать я следы урагана на кухне.
— Ну и что?
— Мука и зелень. Господи, Дань, надо убрать, — едва он снял галстук, я смогла обращаться на ты. Патология, наверно уже.
— Потом, малыш. Не суетись, — он удержал меня, не позволяя спрыгнуть со стола, — давай я отнесу тебя замарашку в душ?
Дан поднял меня на руки, не дожидаясь согласия, но тут я была обязана протестовать. Знаю я, чем этот душ закончится, а кто-то обещал ужин.
— Эй, нет! Все равно придется тут прибрать. Какой смысл мыться сейчас? И вообще, как же ужин? Я есть хочу.
Врала. Не очень хотела, но уходить с кухни хотелось еще меньше. Понравилось мне тут. Очень.
— Опять морю тебя голодом, — Ерохин поставил меня на пол, хлопнул себя ладонью по лбу. — А, черт. Картоха!
Он протянул руку, передвинул сотейник с плиты на подставку, открыл крышку.
— Вроде даже не подгорела.
Я засмеялась. Запах тушёного картофеля заставил вспомнить о голоде. Нет, все-таки хочу есть. Дан уже включал гриль и практически одновременно вытаскивал из духового шкафа… кексы. Почему я не чувствовала их запаха? Но это объясняем муку на столе и, кажется, какао.
Обжигаясь и матерясь, Дан вытаскивал кексики из силиконовой формы один за другим, расставлял на широкой красивой тарелке.
Я вдруг осознала, что выгляжу странновато в одной юбке, болтающейся на талии, решила ее поправить. Топ валялся на полу. Я подняла его, но надевать не хотелось. Дан в очередной раз прочитал мои мысли, стащил с себя рубашку, накинул мне на плечи.
— Прикройся, а то придется
Я не стала спорить.
Гриль щелкнул, оповещая о готовности к работе, и Ерохин переключился на него. Он доставал из маринада яркие куски рыбы, укладывал на решетку. Хорошо, что мы не расколотили миску, в которой лосось ждал своего часа. Уж больно аппетитно он поджаривался.
— А что делать с этим? — я указала на шпинат. Он был потрепан, но все еще лежал кучкой на бумажном полотенце.
— Порвать и перемешать с картошкой. Еще добавь чеснока, немного масла и укроп.
Дан кивнул на уже приготовленные ингредиенты, и я козырнула, берясь за дело. По дороге хлебнула вина и стащила кексик.
— Лен, — укорил меня Ерохин за воровство, — Это же десерт.
Я обожглась, откусывая, но все же не пожалела. На вкус было божественно.
— Если ты сможешь гарантировать мне, что я доживу до десерта, спокойно буду, есть свой ужин, — ответила я цитатой.
— Да, мало ли тебя астероидом прищемит во время ужина, а ты так и не попробуешь то, что больше всего хотела.
Я замерла, не дожевав кекс и не дорвав шпинат.
— Хороший фильм, — подмигнул Дан, довольный моим ошеломленным состоянием.
— «Помни меня», — проговорила я, как дурочка.
— Ну да, — Ерохин подмигнул и стал переворачивать румяного лосося.
Наверно, мне стоит перестать удивляться. Мы похожи. Нам нравятся одинаковые фильмы, мультики, музыка, оба любим учиться, вкусно поесть. Правда, я при этом не очень люблю готовить, но все же.
Чтобы отвлечься от лишних мыслей, я допила вино и попросила Даню налить еще. Помогло. Алкоголь расслабил, позволил не думать лишнего. Я насаждалась приготовлением ужина, потом и едой в компании чудесного мужчины. Дикая близость позволила нам отбросить заморочки и этикет. Дан пристроил меня к себе на колени, стащил перед этим юбку, которую бросил к топу на соседний стул. Он кормил меня то с вилки, то брал кусачки еды прямо руками, закладывая мне в рот. Я следовала его примеру. Разумеется, мы смеялись, как дети, все перепачкались, объелись и лениво прибрали все, что раскидали во время горизонтальной ламбады на столе. Только после этого я согласилась пойти в душ, где игры продолжились по ожидаемому сценарию. Заканчивали в спальне.
В квартире родителей мне казалось, что я не выдержу его напора. Слишком уж Дан был неистов и неутомим в ту ночь. Списала это на первый раз, слишком сильное желание, которое я в нем подогревала. Зря. По сравнению с тем, что ждало меня после душа, это были цветочки. Похоже, дома стены помогали не только мне расслабиться и получать удовольствие. Оказалось, что наши параметры удовольствия не очень совпадали. Удовлетворенная на кухне и в душе, я бы предпочла просто лечь спать, но Дан был категорически против. Против меня так же играло то, что он прекрасно изучил мое тело. Когда только успел. Возможно, просто читал мои реакции и пользовался этим, играя на самых чувствительных зонах. Он знал, когда нужно целовать и где ласкать, чтобы распалить меня. Словно кто-то вручил Даниилу Ерохину инструкцию по эксплуатации меня. Плюс карту эрогенных зон. Нет-нет, не Влад. Влад не знал и половины того, что проделывал Даня.