Обыграть босса

Адлер Оле

— Нет. Уж точно не сейчас.

Похоже, не только я впервые видела Даню таким. Остаток поездки прошел в молчаливом напряжении.

Шок, страх и переживания постепенно отпускали меня. Комок невыплаканных слез провалился в желудок, а потом защекотал ниже. Наверно это был какой-то нерастраченный адреналин. Он не нашел выхода, так и остался в моей крови, грозя вскипятить кровь. Я пыталась совладать с собой, искала успокоения в Дане, но его решительный и грозный вид не помог мне прийти в себя.

Мы заехали на парковку.

Дан вышел из машины, кратко попрощался

с матерью, даже извинился за несдержанность, обещал отвезти ее завтра на вокзал. Она собиралась еще и в Москву завернуть к старой подруге, раз уж оказалась в России.

Проводив маму глазами до лифта, Дан вернулся в салон, положил руки на руль, но трогаться не спешил. И тут на меня что-то нашло. Мы оба нуждались в чем-то бурном и позитивном. Нужно было выплеснуть энергию, а не переваривать ее внутри.

Я провела рукой по плечу Дана, безмолвно прося повернуться, посмотреть на меня. Едва он сделал это, я подалась вперед и поцеловала. Сначала осторожно, прощупывая пределы дозволенного, его лимиты. Но Ерохин не был против. Его ладонь сразу легла мне на затылок, пальцы утонули в волосах, ломая хитрозабранный пучок. Дан притягивал меня ближе, целовал все жарче. Я постанывала и ерзала, стараясь придвинуться к нему ближе. В машине это было проблематично. Но кого волнуют такие мелочи, если надо.

Задрав подол платья, я неуклюже перелезла Дану на колени, оседлала его.

— Малыш, — выдохнул он со свистом, — Что ты вытворяешь? С ума сошла?

— Да, сошла, — призналась я без ложной скромности, — И это все ты виноват.

Дане такой ответ понравился, он обнажил зубы в хищной улыбке и снова завладел моими губами. Его ладони сжимали грудь через лиф платья, пока я расправлялась с молнией на брюках и возилась с бельем.

Он был возбужден. Очень сильно. Собственно, как и я.

— Так скоро? Ты уверена? — продолжал он уточнять мои действия и мотивы.

— Еще немного и я взорвусь.

Я заерзала, устраиваясь на нем, а Дан сдвинул в сторону мои трусики. Он задел влажную плоть и получил достойное доказательство моего нетерпения.

— Черт, — выругался Ерохин, когда я резко и нетерпеливо опустилась.

Салон машины наполнился хриплыми стонами и влажным горячим дыханием. Дан держал меня за бедра, помогая двигаться. Его губы прижимались к моей шее, щекам, обжигали рот. А я даже целовать не могла, кусала его за мочку, продолжая скакать и сжиматься.

Разрядка настигла нас внезапно и остро. Так ярко, что я ослепла на несколько блаженных мгновений и обессиленная упала Дане на грудь. Тихо постанывая, почти всхлипывая, я терлась щекой о его рубашку, как кошка, которая просит ласки.

— Что это было? — спросил Дан через минуту, чуть отдышавшись.

Я отодралась от него и увидела, что этот засранец смеется. Правда, он хихикал, как девочка. Надо мной.

— А тебе не понравилось что ли? — наехала я в ответ.

— Понравилось, конечно. Я не жалуюсь, ты не подумай, — продолжал веселиться Ерохин, — Просто ты и я. Секс в машине — это как в плохой молодежной комедии.

Я сузила глаза и щелкнула его по носу.

— Ты такой злопамятный. Сам говорил, что

если обоим хочется, то без разницы где.

— Господи, как же полезно быть убедительным.

Я услышала, как открылись ворота, и кто-то въехал на парковку. Моментально спрыгнув с Дани на свое место, стала поправлять одежду.

— Салфетки в бардачке, — подсказал Ерохин.

Я взяла себе одну и ему выдала, проговорила:

— Поехали уже отсюда.

Дан посмеивался и дразнил меня всю дорогу до отеля. Я сваливала все на его тлетворное влияние, которое рушит мое целомудрие и сдержанность.

Напряжение ушло, мы снова стали сами собой, отвлекшись от неприятных событий вечера. Припарковавшись, Дан помог мне выйти. Держась за руки, мы прошли через холл отеля, но у лифта Дан развернулся на пятках в сторону ресторана.

— Пойдем выпьем, — предложил он.

Я не возражала.

Мы прошли через коридор и оказались в уютном ресторане. Народу было немного, играла фоном приятная музыка, свет был приглушен.

Дан отказался от столика, повел меня к бару. Улыбчивый парень в белой рубашке и черной бабочке плеснул нам коньяка в бокалы. Обычно крепкий алкоголь меня настораживал, но сейчас хотелось проглотить чего-то обжигающего и насыщенного.

— За нас, — объявил Даня тост.

Я тихонько стукнула своим бокалом о его. Не хотелось звенеть о нашей любви звонко. Мы и так слишком эффектно объявили о ней. К чему это привело…

— За нас, — повторила я почти шепотом и опрокинула бокал следом за Даней.

Коньяк был хорош. Сразу стало тепло, а на языке осталось приятное послевкусие. Я бросила в рот кусочек горького шоколада, который заботливо предложил бармен. Стало еще лучше.

— Потанцуй со мной, — попросил Дан.

Я оглянулась. Как такового места для танцев не заметила. Но играла музыка, и мы оба были не против. Забыв о стеснении и правилах, я вложила пальцы в ладонь Дана. В конце концов, мы только что занимались сексом в машине на парковке. Что нам потанцевать там, где это не принято.

Даня отошел на несколько шагов от бара, привлек к себе. Я положила руку ему на плечо и отдалась неспешному ритму мелодии. Это было приятно и правильно. Спокойно и чувственно. Дан то и дело задевал носом мои волосы, и я улыбалась от этой легкой ласки.

— Прости меня, Лен, — проговорил он спустя минуту, — Я должен был прийти раньше. Видел, что Влад за тобой пошел.

— Почему не пришел? — спросила я глухо.

— Убедил себя, что ты сама справишься, что должен доверять тебе, а не сводить с ума ревностью. Не думал, что Самойлов совсем ума лишился.

— Он выпил.

— Понятно. Хотя это его не оправдывает. Как и меня.

— Ты не виноват, Дань. Я тоже… ревновала тебя.

— К Полине?

— Ко всем. Но Полина была последней каплей. Поэтому я и потащилась на это проклятый балкон. Не могла выносить ее флирта.

— Как я тебя понимаю, — он горько усмехнулся, — И что со всем этим делать?

— Не отпускать друг друга, — выдала я самый очевидный вариант.

— Хочешь уедем?

Я отклонилась, чтобы удивленно на него взглянуть.