Объявлено убийство

Кристи Агата

Филлипа Хаймес разогнула спину и откинула прядь волос со вспотевшего лба. Она пропалывала цветочный бордюр.

— Я вас, слушаю, инспектор.

— Сегодня утром мне было сделано одно заявление. Оно касается вас.

Филлипа приподняла брови.

— Миссис Хаймес, вы утверждаете, что Руди Шерц вам незнаком?

— Да.

— И впервые вы увидели его уже мертвым? Так ли это?

— Разумеется. Я никогда его раньше не видела.

— А мне сказали, что у вас был разговор с Руди Шерцем в оранжерее Литтл Педдокса. Он спросил, где ему спрятаться, а вы ответили,

что покажете место, и назвали время: четверть седьмого. Как раз в четверть седьмого Руди Шерц должен был добраться от автобусной остановки до усадьбы в день налета.

На мгновение воцарилось молчание. Потом Филлипа презрительно хохотнула.

— Я догадываюсь, кто вам сказал. Очень неуклюжая ложь. По каким-то причинам Мици ненавидит меня больше, чем остальных.

— Значит, вы отрицаете?

— Конечно. Я ни разу в жизни не встречала Руди Шерца, да меня и дома не было в то утро. Я была здесь, на работе.

— В какое утро?

Секундная заминка.

— Каждое утро. Я прихожу сюда каждое утро И не ухожу до часу дня. — Она презрительно добавила: — Не стоит слушать Мици. Она все время лжет.

Мисс Марпл приходит к чаю

Если Летиция Блеклок и была немного рассеянной, когда миссис Хармон вместе со своей гостьей пришли к чаю, то мисс Марпл, та самая гостья, вряд ли это заметила, поскольку видела хозяйку дома в первый раз. Мисс Марпл оказалась одной из тех пожилых дам, которые обожают истории про грабителей.

— Они куда угодно могут проникнуть, моя дорогая, — уверяла она хозяйку. — Столько появилось новых американских способов! Но я придерживаюсь старых обычаев. Крючок и глазок. Они могут взломать замок и вытащить засов, но перед медным крючком и глазком они бессильны. Вы когда-нибудь пробовали?

— Боюсь, мы плохо разбираемся в замках и засовах, — Содро сказала мисс Блеклок. — У нас нечем поживиться.

— Наверно, налет был очень страшный? — спросила мисс Марпл.

— Я чуть не умерла. — сказала Банч.

— Да, мы поволновались, — призналась мисс Блеклок.

— Это прямо провидение, что он споткнулся и застрелился. Грабители пошли теперь такие жестокие! А как он пробрался в дом?

— Боюсь, мы плохо запираем двери.

— О, Летти! — воскликнула мисс Баннер. — Я забыла тебе сказать, что инспектор сегодня утром вел себя странно. Он настоял, чтобы открыли вторую дверь, ну ту, что никогда не открывают. Он выспросил все про ключ и сказал, что дверь недавно смазали. Но я не могу понять зачем, ведь…

Она слишком поздно заметила, что мисс Блеклок делает ей знаки, прося успокоиться, и застыла с разинутым ртом.

— О, Летти, я… прости… я хотела сказать, я… извини меня, Летти, боже, какая я глупая!

— Ничего, — сказала мисс Блеклок, но видно было, что она раздражена. — Только мне кажется, что инспектору не понравится, если об этом будут говорить. А я и не знала, что ты была там, когда он занимался экспериментированием. Но вы понимаете, правда, миссис Хармон?

— О да, — сказала Банч. — Мы не пророним ни звука, правда, тетя Джейн? Но хотела бы я знать, зачем он…

Она

впала в глубокую задумчивость. Мисс Баннер ерзала на стуле, и вид у нее был несчастный, наконец ее прорвало:

— Я все время ляпаю не то. Боже, какая мука тебе со мной жить, Летти!

Мисс Блеклок быстро ответила:

— Ты для меня величайшая радость, Дора. Да и вообще в таком крошечном местечке, как Чиппинг Клеорн, на самом деле нет секретов.

— Это правда, — сказала мисс Марпл. — Слухи распространяются здесь самыми невероятными способами.

— О! — вдруг сказала миссис Хармон. — Я поняла! Ну конечно, если та дверь тоже открывается, кто-то мог пробраться сюда в темноте и устроить налет… только никто этого, естественно, не сделал, потому что налетчик был из «Ройал Спа», правда же? Ничего не понимаю, — вновь нахмурилась она.

— Значит, это было здесь? — спросила мисс Марпл и добавила извиняющимся тоном: — Боюсь, вы сочтете меня ужасно любопытной, мисс Блеклок, но это действительно потрясающе! Прямо как в газетах, а тут случилось со знакомыми… Я просто жажду услышать что-нибудь и представить, как все было, если вы понимаете, что я имею в виду…

Мисс Марпл тут же услышала пространный и сбивчивый рассказ Банч и мисс Баннер, он изредка прерывался поправками и уточнениями мисс Блеклок.

Вошел Патрик, добродушно поддержал компанию и даже исполнил роль Руди Шерца.

— А тетя Летти стояла здесь… в углу возле прохода под аркой. Станьте там, тетя Летти.

Мисс Блеклок послушно встала, после чего мисс Марпл продемонстрировали следы от пуль.

— Какое чудесное, просто божественное спасение! — изумленно сказала мисс Марпл.

— Я как раз хотела предложить гостям сигареты. — Мисс Блеклок кивнула на большую серебряную сигаретницу на столе.

— Люди так неосторожно курят, — неодобрительно отозвалась мисс Баннер. — Никто не ценит хорошую мебель, не то что раньше. Только взгляните, какую жуткую подпалину оставили, надо же — положить сигарету прямо на стол. Позор!

Мисс Блеклок вздохнула:

— Боюсь, мы слишком много думаем о вещах.

Мисс Баннер любила вещи подруги так страстно, будто они были ее собственные. Банч Хармон находила эту черту очаровательной.

— Чудный столик, — вежливо сказала мисс Марпл. — А какая прелестная на нем фарфоровая лампа!

И опять мисс Баннер восприняла похвалу так, словно не мисс Блеклок, а она была владелицей лампы.

— Правда восхитительно? Дрезденский фарфор. У нас таких две. Вторая, кажется, в кладовке.

— Ты все в доме знаешь, Дора… или думаешь, что знаешь, — добродушно сказала мисс Блеклок. — Ты заботишься о моих вещах больше, чем я сама.

Мисс Баннер зарделась.

— Я люблю красивые вещи, — сказала она.

— Должна признаться, — сказала мисс Марпл, — что те немногие вещи, которые у меня есть, тоже мне очень дороги. Столько воспоминаний с ними связано. И то же самое фотографии. Сейчас люди мало фотографируются. А я люблю собирать фотографии племянников, племянниц с тех пор, когда они были в пеленках, и смотреть, как они взрослеют.