Обуздать зверя
Шрифт:
Макс тоже не особо рассказывал тайны своего сердца, мы говорили о многом, и вроде бы, ни о чем. И вот однажды он спросил:
– Ты любишь закаты?
– Не знаю, – я замялась, – Мне нечасто приходится смотреть в небо. Я все больше под ноги… А что?
– Мне нужно кое-что тебе показать, пошли!
Он стремительно вскочил с дивана и потащил меня за собой, так что я еле успевала переставлять ноги, чтобы не споткнуться и не упасть на пол. Мы бежали вверх по лестнице и забрались на чердак, через который без труда можно было
Романтический вечер
Передо мной открылась необыкновенная картина: посреди плоской, как бильярдная доска, крыши стояли стол на высоких металлических ножках, пара плетеных стульев с лежащими на них пухлыми подушечками. Макс засуетился и выудил откуда-то две чашки, круглый чайник и аппетитного вида тортик. Я изумленно таращилась на происходящее.
– Давай сюда! – он аккуратно усадил меня в кресло и неуклюже плюхнулся в соседнее.
Макс разлил чай по чашкам и быстро нарезал торт, я все еще была крайне удивлена и с интересом наблюдала за ним.
Закончив с приготовлениями, он легонько поднял мою голову рукой и повернул на запад.
– Вот что такое настоящий закат!
– Вот это да! – из груди невольно вырвался восхищенный вопль.
Совершенно красное солнце закатывалось за не менее красные облака, обрамленные ослепительной белой каймой. Закат отражался от стен соседних многоэтажек, заглядывал в каждое окошко и бликовал на стеклах, багряным светом озарял все, куда только мог дотянуться взгляд.
Порыв ветра раздул мои волосы, которые тоже стали красными. В воздухе пахнуло корицей и чем-то таким теплым и знакомым. Макс, затаив дыхание, наклонился ко мне и поцеловал. Я, ни секунды не задумываясь, ответила на его прикосновение, опьяненная закатом и любовью, которая сквозила сейчас отовсюду.
Дыхание сбилось, а сердце в груди отбивало бешеный танец страсти. Я отдала себя Максу всю, без остатка. Он целовал меня так нежно и так страстно, что казалось, до него еще никто и никогда этого не делал, его прикосновения были легкими, почти невесомыми, но тело реагировало на каждое из них фонтаном чувств. Его прохладные пальцы вызывали дрожь, и мурашки послушно бегали по всей коже.
– Макс, я хочу тебя! – сбивающимся шепотом произнесла я. Впервые за долгое время я чувствовала себя так прекрасно наедине с мужчиной.
– Я знаю, – прошелестел он.
Каждое его движение было так чутко, так аккуратно, словно я была старинной фарфоровой куклой, словно Макс боялся меня разбить. Он делал ровно то, что заставляло меня стонать и двигаться так, как я еще никогда этого не делала. Все было на своем месте. Макс двигался медленно, давая мне привыкнуть к ощущениям. Солнце закатилось, и на землю опустились сумерки, я закрыла глаза и поплыла по волнам любви.
– Ты в порядке? – спросил Макс.
– Да, – я глотала слезы, – да, Макс, это лучшее, что со мной
Наверное, это было странно слышать от такой прожженной жизнью падшей женщины, как я. Но это была чистая правда. С ним я не чувствовала себя уже столь грязной и низкой. Хотелось снова дышать и появлялась надежда, что для меня еще не все потеряно.
Он обнял меня и стал что-то ласково шептать на ухо, так что я медленно успокаивалась и приходила в себя.
Прошло еще несколько дней, и в один прекрасный момент Макс попросил меня сходить в магазин. Вид у него при этом был крайне обеспокоенный.
– Купи хлебушка, молока, ну может быть чего-то еще, сама посмотришь. Только мне звони обязательно, хорошо?
Я согласно кивнула и вышла на улицу. Это сделать было весьма непросто, ведь в доме было много этажей, лифт находился за очередным поворотом коридора, а чтобы выйти из подъезда, надо было набрать сложную комбинацию цифр на пульте. Я справилась, пусть и не с первого раза. В лицо ударил свежий, если его таким можно было назвать, Московский воздух. Впервые я была на свободе одна, в голову закрылась смешная мысль о побеге, и я только покачала головой. А ведь я осталась прежней, хоть Макс меня и порядком изменил.
Я ходила между полок в продуктовом магазине, глаза разбегались, и я только-только сообщила Максу по телефону, что у меня все прекрасно и получила рекомендации по поводу выбора молока, как трубка зазвонила снова.
Я не глядя скользнула рукой в карман и поднесла телефон к уху.
– Алло?
– Здравствуй, Лола, а я думал, что никогда уже не дозвонюсь до тебя! – вкрадчиво вещала трубка.
Я с ужасом отшатнулась от телефона, словно он мог меня схватить. Я узнала голос Казимира, этого подонка!
Я закричала в голос и выбежала из супермаркета. Люди расступались и странно на меня смотрели, я распихивала их локтями и поскальзывалась на вымытом полу. Я стала панически набирать номер Макса, но в трубке послышались лишь гудки.
Поступил еще один входящий вызов.
– Да, – голос предательски задрожал.
– Обернись! – хихикнула трубка.
Я резко крутанула шеей и чуть не потеряла сознание от боли и от того, что предстало перед моими глазами. Раскрывая хищные объятия прямо сзади меня стоял Казимир, чуть поодаль – его машина с распахнутыми дверцами, из нее выглядывал водитель.
"А растет-то Казимир!" – подумала я, почти ничего не соображая от страха. Я стала отступать назад. Около магазина, как назло, не было ни одного человека, как сквозь землю провалились! А если кто-то и шел вдалеке, то словно по мановению волшебной палочки переходил на другую сторону дороги. Наверное люди способны чуять, когда где-то пахнет жареным.
Казимир шел и о чем-то рассуждал, но я не слышала ни единого слова. И вдруг он резким кошачьим прыжком кинулся на меня и надел на голову мешок.