Обсидиан
Шрифт:
— Ты идеальна для меня, — прошептал я на своем собственном языке.
Она переместилась, и мне снилось, что она отвечала мне взаимностью, хотела меня, не ненавидела.
Я прижал ее сильнее, и моя рука потянулась под ее майку. Ее кожа казалась шелком под моими пальцами. Нежная. Бесценная. Если бы она была моей, я бы лелеял каждую частичку этой девушки.
И я хотел этого. Сейчас.
Моя рука поднималась все выше, выше, выше.
Кэт всхлипнула.
Сонный туман, окутывавший мое сознание, исчез в ту же секунду,
В комнате слышалось только равномерное тиканье настенных часов.
Черт.
Я дал волю своим рукам во сне.
Я приставал к ней во сне.
Я поднял голову и посмотрел на нее сверху вниз. Ее серые, подернутые дымкой глаза смотрели вопросительно.
Черт. Черт.
— Доброе утро, — выдохнула она, и ее голос был все еще хриплым после сна.
Оперевшись на руки, я приподнялся, но даже сейчас, зная, что это был не сон, не мог отвести от нее глаз. Не хотел. Я ощущал бесконечную жажду в себе, в ней. Жажду, которая заставляла меня склонить перед ней колени, и я хотел этого… я никогда в жизни не хотел ничего больше.
Единственное, что смогло избавить мою голову от вожделения и идеалистичной тупости, так это яркий след, мерцавший поверх всего ее тела. Она выглядела, как ослепительная звезда.
Она была в опасности.
Она была опасностью. Для нас.
Взглянув на нее еще раз, я рванулся из комнаты с нечеловеческой скоростью, с силой захлопнув за собой дверь. Каждый шаг, отдалявший меня от этой комнаты, от той постели давался невероятно трудно и почти вызывал боль.
Завернув за угол, я чуть не врезался в Ди.
Ди недоуменно взглянула на меня, сузив глаза.
— Молчи, — пробормотал я, проходя мимо нее.
— А я ничего и не сказала, идиот, — в ее голосе звучала издевка.
Оказавшись в собственной комнате, я натянул спортивные штаны и кроссовки.
Столкновение с сестрой в коридоре помогло мне прийти в себя, но мои нервы все еще оставались натянутыми, как струна, и мне нужно было во что бы то ни стало вырваться отсюда — подальше от этого дома, подальше от нее.
Даже не переодев майку, я набрал скорость и помчался прочь через коридор к двери. Как только мои кроссовки коснулись порога, я сделал рывок и в считаные секунды оказался в лесу.
Небо над головой было низким и серым. Моросившие капли дождя вонзались в лицо, как тысячи мелких иголок. Я дышал полной грудью, все дальше и дальше углубляясь в лес.
А потом я избавился от своей человеческой формы, обратившись в световой поток.
Это неправильно.
Вспомни про Доусона.
Посмотри,
Хотел ли я рисковать точно так же, как он? Оставить Ди совсем одну?
Потому что даже сейчас я чувствовал ее кожу, ее вкус.
В моей голове начала формироваться спасительная идея — одна из тех, которую Ди, скорее всего, возненавидит, но я не видел другого выхода. Я мог пойти в МО и получить разрешение на перемещение в другое сообщество Лаксенов. Мы бросим свой дом, своих друзей, но это к лучшему. Это будет правильно.
Ди будет в безопасности. И это убережет от опасности Кэт.
Потому что Ди не могла держаться от нее в стороне, точно так же, как и я.
Хотя… куда бы я ни пошел, та, от которой я бежал, все равно будет оставаться со мной.
Кэт.
Она теперь была не просто в моем доме, в моей постели. Она была со мной, во мне. И от этого уже нельзя было убежать.
БЛАГОДАРНОСТИ
Если бы не Лиз Пеллетье, никакого «Обсидиана» попросту бы не случилось. Ты — лучшая, так и скажу. Серьезно. Забавно, как всего-то письмо может превратиться в такую сумасшедшую идею. Сколько понадобилось времени? Несколько минут, часов… а потом дней — постой, часов? Да ты просто ниндзя редактирования. Спасибо!
Спасибо замечательной, потрясающе потрясающей команде издательства Entangled Publishing. Хизер Хоуланд, мне так нравится твой аватар в Твиттере! Я уже говорила тебе об этом?
Спасибо Сюзанне Джонсон, которая своей правкой превратила мою рукопись в прекрасную рождественскую ель! Хайли Страйкер — а тебе большое спасибо за то, что ты первой прочитала «Обсидиан» и подумала: «Ого, кажется, это круто?!»
Обращаюсь к моему пресс-агенту Льюису Поллаку — спасибо за то, как ты ко всему относишься.
Обращаюсь к моему агенту Кевану Лайону — ты как мечта, которая стала явью.
Отдельная благодарность агентам Ребекке Манчини и Стефани Джонсон. Когда бы я ни слышала ваши имена, мне становится тепло и уютно.
Моя семья и мои друзья, спасибо за то, что не отреклись от меня, когда я перестала отвечать на звонки или вдруг прекращала обращать на вас внимание во время разговора. Знаю, что время от времени я погружалась в себя и в свои мысли, и спасибо вам за то, что были так терпеливы ко мне.
Леса Родригес и Синди Томас — вы помогали мне сохранять рассудок, пока я писала «Обсидиан».
Я благодарю Кариссу Томас, которой было по душе искать фотографии горячих парней и вести мой блог, превращая его в нечто супер-горячее.
Джулия Феддерсон, ты самый лучший критик моего творчества и лучшая чирлидерша в мире.
И огромное, ГИГАНТСКОЕ спасибо всем книжным блоггерам и там, и здесь, которые помогли распространить и обложку книги, и каждое ее слово.
Я сердечно благодарна каждому из вас.