Обсессия

Твин Клэр

– Лучше представь парней за этим уточнённым занятием, – хихикнула я, подойдя к своему шкафчику.

Подруга не по-доброму расплылась в улыбке и сложила руки на груди, вынудив своим действием застыть в недоумении. Мне не по душе её многозначительная усмешка.

– А парней это, дорогуша, не касается. На эти уроки будет ходить только женская половина школы.

– Чего? – достаточно сильно хлопнула дверцей, напугав Шиммер. – А им тогда какие добавили уроки?

Вместо ответа Кэндис соединила указательный и большой палец, показав нуль. Значит, ничего.

– Я

собираюсь прогуливать эту долбанную вышивку или как там. По расписанию, кстати говоря, она у нас завтра.

– У директора осеннее вдохновение? Кто в середине октября меняет расписание?

– У него старческий маразм, а не вдохновение, – буркнула брюнетка, поправив красный ободок на голове и помахав двум проходящим мимо девчонкам.

Отлично. Открытие Кэндис смыло мое настроение в унитаз. Захватив нужные тетради и учебники, мы, медленно шагая по коридору, направились в кабинет химии. Быстро хлопая ресницами, подруга о чем-то пылко говорила, увы я ничегошеньки не слышала. Мысли заняты не тем. Не подумайте, я ничего не имею против шитья и рукоделия, но было бы удобно посещать кружки или определённые уроки по этим занятиям. Если они есть в расписании, выходит, что в табель идут и оценки… Зашибись!

Вдруг я повернула шею в сторону и застала миссис Беннет, педагога английского языка. Она перебирала в руках стопку бумажек и время от времени пальцем поднимала сползающие с носа очки. Её вьющиеся от природы волосы завязаны в низкий хвост, из-за чего они свисали на плечо.

– Миссис Беннет! – по привычке подняв руку, окликнула женщину я.

Учительница вопросительно оглянулась. Кэндис, ни о чем не спрашивая, последовала хвостиком за мной.

– Да, барышни?

– Я хотела спросить про новое расписание для девочек. Это правда?

– Да, барышни, правда, – убедительно кивнула миссис Беннет, и брюнетка возле меня чертыхнулась, закатив театрально глаза.

Надежда рассыпалась прямо перед носом. Кошмар.

– Это нечестно. У нас просто-напросто нет времени на это! Мы находимся в школе до четырёх часов, плюс у кого-то бывают дополнительные занятия. Директор Питерс не мог взять и…

– Мисс Додсон, – сигнализируя глазами, откашлялась учительница, мол, я перегнула палку и позволила себе лишнее.

Ой, если говорить откровенно, иногда миссис Беннет меня раздражает. Она словно строит из себя благородную аристократку XIX века. Слышали? «Барышни». Кто так вообще сейчас разговаривает? Очередной идиотизм.

– Директор Питерс уже принял решение. Мы можем только согласиться с ним. Однако, – сделала акцент на последнем слове та, оглядев нас с Шиммер неоднозначным взором из-под треугольных бровей, – вы всегда можете оспорить принятые им изменения. Полагаю, провожать вас до его кабинета мне не нужно?

Что это?.. Мне показалось, или она тонко намекнула, что тоже не согласна с новым расписанием?

Попрощавшись с миссис Беннет, я повернулась всем телом к подруге, которая в замешательстве кусала розовые губы. Она энергично соединила руки в замок и выжидающе взглянула мне в глаза.

– Надеюсь, меня не

исключат, – иронично заметила я, кивнув Шиммер.

Мы дошли до директорского «логова» и договорились войти в кабинет вместе, однако стоило мне постучаться и потянуть ручку двери вниз, как брюнетка бросила меня, кинув напоследок «удачи». Вот же засранка!

– Здравствуйте, – осознав, что уже прошло достаточно времени, а я все также стояла в дверях, поздоровалась я.

На меня со своего законного кресла директора смотрел пухлый мужчина с белобрысыми волосами или точнее с тем, что от них осталось. У него длинный подбородок и глубоко посаженные глаза, да и в целом выглядит он сам по себе смешливо. Только вот не стоит забывать, что внешность обманчива.

– Чем я могу быть полезным? – рукой пригласил присесть на стул директор Питерс.

– Я хотела поговорить о новых уроках, – по вине волнения во рту пересохло, пришлось смачивать слюной.

Мужчина хмыкнул, однако я не успела понять, что бы это могло значить. Он облокотился на спинку кожаного кресла и посмотрел на меня с насмешкой.

– Можно ли не посещать эти уроки? – сама не поняла зачем «стрельнула» откровением прямо в лоб.

Оторопев, я задержала дыхание и сжала пальцами подол кожаной куртки, молясь не быть исключённой, ведь от нашего директора, как мы уже поняли, можно ждать что угодно.

– Любопытно, – хохотнул Питерс, оперевшись локтями на поверхность стола, – и почему же?

– Эм, не знаю… Загруженность? Нежелание? Слабая моторика рук? – прикинула варианты я, вызвав очередной приступ смеха у директора.

– Исключено, мисс?..

– Додсон.

– …Додсон. Эти уроки также необходимы, как математика или история.

Ну и сравнение.

– Но можно хотя бы открыть кружки рукоделия? – директор Питерс не оценил мою альтернативу, одарив таким суровым взглядом, что я была готова откусить и проглотить собственный язык.

– Может, вы желаете занять мое кресло?

– Простите, – опустив со стыда голову в пол, произнесла я.

Уши загорели и будут зудеть весь день, если я прямо сейчас не приложу к ним что-нибудь холодное.

– Я ввёл эти уроки не со скуки, – решил пооткровенничать тот. Язык чесался спросить «разве?», но я вовремя остановила себя. – Мисс Додсон, как вы думаете, какая основная задача женщины?

На секунду задумавшись, я подбирала варианты и хотела было ответить, тем не менее отказалась от этой идеи, решив прикинуться дурочкой. Иногда это полезно делать.

Просто пожала плечами.

– Быть образцовой хозяйкой, женой, матерью, – подобно ученому жестикулировал он и строил важный вид, точно стараясь произвести впечатление великого мыслителя, – но современные женщины отличаются от тех, какими были ваша мама, бабушка или кто-либо.

Моя мама? Тут он глубоко ошибается, если думает, что моя мать образец целомудрия. Мне внезапно до чёртиков захотелось смеяться.

– Я убеждён, что такая мелочь, как шитьё и рукоделие, напомнит современным девушкам их истинное предназначение, – закончил реплику Питерс.