Общество самоубийц

Хэн Рэйчел

Он говорил все это, и его лицо менялось на глазах. Вскинутый подбородок, широко распахнутые глаза, раскрасневшиеся щеки — что-то в нем появилось безмятежное и далекое.

Только сейчас Лия заметила, какая чистая у Тодда кожа. Светлее обычного, почти прозрачная, и веснушки сияют тускло-розовым светом.

— Что у тебя с лицом? — спросила Лия.

Поморщившись, Тодд глянул на свое запястье, которое сжимала Лия. Она отпустила его руку, на нежной коже остались полукруглые следы ее ногтей.

— Они же

специалисты, — продолжил Тодд, будто не слышал ее вопроса. — А мы почти ничего не знаем о группах риска. И насколько мы разбираемся в мерах безопасности? В конце концов, меня это тоже касается. Мы несем ответственность друг за друга. И если ты все-таки повредишь себе, я буду за это отвечать. Я хочу сказать, что…

— Тодд, ты себя вообще слышишь? Это же безумие какое-то.

Он непонимающе уставился на нее, а потом изобразил на лице нежную озабоченность, что было еще хуже.

— Знаешь, Лия, ты просто попробуй сделать все как следует, вот что я хочу сказать. Перестань таиться, секретничать. Отнесись к ним серьезно. Отнесись ко всей этой ситуации серьезно.

Лия почувствовала, как кровь прилила к ее лицу. Отнестись к ситуации серьезно! А чем же она тогда занимается? Мотается на другой конец города в группу восстановления, терпит Наблюдателей, даже с собственными клиентами работает под присмотром Натали! И тут вдруг Тодд, богатый бездельник с идеальной кожей и акциями «ХелсФин», доносящий на нее в Министерство, советует ей отнестись к ситуации серьезно!

— Тебе лучше уехать прямо сейчас. Собери сумку, остальные вещи я отправлю курьером.

У Тодда дернулась губа.

— Но я не могу уехать. Даже если бы хотел, не могу. Тебе нельзя оставаться без сопровождения. Это для твоей же безопасности.

И все-таки от Тодда исходило какое-то странное сияние. Кончик носа блестящий и розовый, щеки непривычно румяные. Лии представились крошечные кровеносные сосуды у него под кожей — интересно, легко ли их повредить? Если она ударит Тодда? Внутри снова вскипело то давнее чувство.

Тодд поднес стакан с водой к губам и сделал долгий глоток, не отводя глаз от лица Лии. За мгновение перед ней промелькнуло множество самых разных вариантов того, что будет дальше, а потом Лия взмахнула рукой, и стакан Тодда полетел на пол.

Резкий звук бьющегося стекла оказался громче, чем она ожидала. Он словно воплощал в себе хаос. До сих пор Лия слышала этот звук только однажды в ресторане, когда была маленькая. Он прервал обыденный гул разговоров, люди начали вытягивать шеи и перешептываться, пытаясь понять, что происходит. Было слышно, как невидимый шеф-повар сурово отчитывает виновника. Теперь вещи редко бились. Они имели особую укрепленную структуру и отличались повышенной прочностью. Чтобы что-то разбить, надо было как следует постараться.

Осколки стекла лежали в лужице воды. Стакан

не разбился, а раскололся на пять крупных фрагментов с зазубренными краями. Раскиданные по полу, они выглядели как детали головоломки или художественная инсталляция. Лия опустилась на колени и подняла самый большой. Это было основание стакана — тяжелый кусок стекла напоминал корону и сверкал, как лед. Она задумчиво повертела его в руке — сколотые края заблестели под светом люстры. В стекле она увидела призрачное отражение кусочка собственного лица — нос как у матери, глаза как у отца.

Лия с силой швырнула осколок в стену. На этот раз к звуку бьющегося стекла она была готова. Ей показалось, что этот звук каким-то образом прошел сквозь ее кожу и разорвал невидимую защитную оболочку, которая до сих пор окутывала всё и вся. В голове гулко и жарко стучала кровь. Что-то давно забытое, пьянящее и живое внезапно переполнило ее восторгом — Лия вспомнила: подобное чувство она последний раз испытывала в детстве, когда еще не умела сдерживать себя, если ей хотелось что-нибудь сломать.

Тодд не пошевелился. Он так и стоял с вытянутой рукой, держа в пальцах воздух вместо стакана. После первоначального шока лицо его снова приобрело выражение спокойствия и даже умиротворения. Словно ему доставляло удовольствие наблюдать, как Лия разбивает вдребезги осколки стакана, как топчет их каблуком блестящей лаковой туфли и вытаскивает из-под ногтей острые стеклянные занозы.

Потом, когда она наконец закончила, когда посмотрела на него шальным, полным вызова взглядом, он достал из кармана планшет. Он поступает правильно. Он помогает Лии.

Тодд поджал губы и приготовился записать все происшедшее.

Глава пятнадцатая

Лия ждала, что, после того как она выгнала Тодда, Наблюдатели немедленно придут к ней домой, но они так и не появились. Всю неделю Лия ждала и нервничала.

Поэтому на очередной встрече «Восстанавливаемся вместе», когда Джордж в качестве приветствия положил свою потную мясистую руку ей на плечо, Лия не сумела побороть отвращение и вздрогнула. Рука Джорджа повисла в воздухе, он вроде слегка смутился.

— Привет, — сказала ему Лия с сияющей улыбкой, потом весело помахала рукой остальной группе: — Привет, привет!

Вышло довольно скованно.

Ей ответили вялыми кивками и неразборчивыми приветствиями. Взглядом с ней никто не встретился, кроме женщины с мягким круглым лицом — той, у которой муж. Грег. Сьюзен, вот как ее зовут. Повязка на ее мизинце исчезла, а настроение, судя по обнажавшей зубы улыбке, было отличное.

Джордж занял свое место в круге. Лия впервые заметила, что у него особенный стул: все сидели на складных белых, а он — на полированном из настоящего дерева.