Общая тетрадь

Москвина Татьяна Владимировна

Деньги в «Букере» приличные, но, однако, в десять раз меньше, чем в «Большой книге».

А теперь представьте себе, читатель, человеческую среду, сотканную из зависти, корысти, ревнивой злобы, не проникнутую никакими более высокими устремлениями. И в эту свору кидают не просто кость – но жирный, сочный, огромный кусок живого мяса. Вряд ли это улучшит литературные нравы. И судьба получивших премию тревожит – напишут ли они еще что-либо и как у них будет со здоровьем?

И это почему-то называется «поощрение литературы». Не могу согласиться! Если бы спонсирующий премию «Альфа-банк» и другие благодетели «Большой книги» действительно хотели помочь литературе, они бы

могли учредить на эти безумные деньги целый ряд стипендий для молодых писателей и пенсий для немощных, могли бы помочь литературным музеям, которые бедны, а в провинции бедны вопиюще, могли бы поддержать настоящую филологию и литературоведение… Да мало ли еще что! Проблем хватает. Но богатым господам неинтересно все то, о чем не будут трезвонить СМИ, что зачтется скорее на небесах, чем на грешной земле. Вот и устраивается цирк с миллионами для писателей.

Сам список претендентов никаких чувств не вызывает. За редким исключением, он состоит из профессионалов примерно одного калибра. Гениев сегодня нет. Есть десять-пятнадцать крупных талантов и сорок-пятьдесят нормальных, способных работников. С помощью премии «Большая книга» раз в год можно выбить из литературного процесса три писательские единицы. Значит, на разгром литературы хватит двадцати лет…

Что тут скажешь? Дьявол умнее нас.

2006

Сказок больше нет

Третий фильм из «богатырской серии» студии «Мельница» и кинокомпании СТВ под названием «Илья Муромец и Соловей-разбойник» ничем не хуже и не лучше своих предшественников – анимационных картин «Алеша Попович и Тугарин Змей» и «Добрыня Никитич и Змей Горыныч». Это крепко сделанное кино – художественный «пылесос», выкачивающий из зрителя деньги законным способом. Наши детские представления о киносказке пора сдавать в комиссионный магазин – правда, за них нам нынче не дадут и рубля.

Я долго искала хоть какие-нибудь рецензии на «Илью Муромца» и еле-еле нашла парочку кислых рассуждений среди победных реляций о деньгах. О том, сколько денег за неделю, за две недели, за три недели собрал фильм про главного русского богатыря. «Не мы такие, жизнь такая!» – эту знаменитую фразу из «Бумера» цитирует в картине «Илья Муромец» подручный из банды Соловья-разбойника. Жизнь такая! Просто не жизнь, а прорва, все перемалывающая в деньги. (Очень грамотно названа студия анимационного кино, создавшая трилогию о богатырях, – «Мельница».)

На «Муромце» лежит четкий отпечаток именно современного состояния русского духа, в котором не сыщешь и следа героического пафоса или сказочной мечтательности. Всех разом «перевели на цифру», безжалостно приучив считать и высчитывать. Не к месту тут рассуждать, хорошо это или плохо, единственное, что можно сказать довольно уверенно, – для сочинения и анимации сказок-былин такое состояние духа малопригодно.

Нет веры ни во что – ни в Бога, ни в родную землю, ни в «народ», ни в силу одиноких воинов, ни в любовь и верность, ни в друзей, ни в себя. Есть только лихорадочная страсть к тому, чтобы взять одну цифру и как-то превратить в другую, понажористей. Какие уж тут доблестные Муромцы, Никитичи энд Поповичи?

А потому новый «Илья Муромец» режиссера Владимира Торопчина, сценаристов Максима Свешникова и Александра Боярского, художника Олега Маркелова холоден и насмешлив. В нем нет избытка юмора, музыки, фантазии, хотя все это в нем и есть. Но – строго отмеренное. Всего одна шуточная песенка, несколько комических придумок, пара хороших реприз.

На 200 рублей (средняя цена на билет в кино) достаточно. Видно, что люди нынче себя не разбазаривают, берегут, выдают творчество с дальновидной скупостью. Творят же они не волшебный воображаемый мир, а нечто подобное тому, что знают, – день сегодняшний, сказочными обстоятельствами загримированный.

Легкий привкус цинизма сопровождает всю картину, пропитывает ее насквозь. Основным героем «Ильи Муромца» становится не дежурный силач с могучей шеей, а персонаж, в первых двух частях бывший на втором плане, лукавый, лживый, корыстолюбивый, неверный, трусливый и забавный киевский князь. Он занимает место героя-спутника, в эпосе обычно шутовски снижающего пафос героя главного. Румяный врунишка и пройдоха с круглыми бесстыжими глазами в полном смысле слова одушевлен голосом великолепного актера Сергея Маковецкого, и он ближе, знакомей, понятней, роднее всех прочих персонажей.

Киевский цикл былин приписан к времени правления князя Владимира, но создатели фильма благоразумно порешили это имя зря-то не трепать, и князь остался безымянным. Тем более на нашем князе клейма ставить некуда – за сто монет отпустил Соловья-разбойника, а тот возьми да и укради казну и коня Муромца, богатырского Бурушку, заодно. Пришлось с Ильей мириться и пешком отправляться выручать казну, прихватив на всякий случай с собой в поход корреспондента летописи «Новая Береста» разбитную Аленушку. В этой хитрющей девице с практическими ухватками сильно чувствуется профессиональная деформация личности (кого ни встретит – сейчас же задает дурацкие журналистские вопросы), но нет и следа сказочной чистоты и прелести. Непонятно, почему Илья, который сначала совершенно правильно сторонился этой нахрапистой шалавы, в конце доверчиво накрывает богатырской ручищей ее деловитую лапку и выдает какой-то явный аванс расположения.

Сюжет прям и однолинеен, без завитушек: герои вслед за укравшим казну Разбойником отправляются в Царьград, где правит император-василевс, и забирают, после доброго махача, своего коня и свою казну. Никто им особо не помогает и специально не вредит, так устроен этот мир, где даром ничего не бывает, даже зло. За все плати! Нежные чувства в этом мире остаются уделом не человекообразных персонажей, а бессловесной животины: конь Бурушка, с выразительными глазами и скептически изогнутой губой, да цареградский прогулочный слон Бизнес – самые сердечные, чувствительные, порядочные герои картины. Область душевных движений остается им, не ведающим власти золота. А человекообразные стали рабами корысти, кроме, конечно, Ильи, ему это не положено, зато он на службе у главного корыстолюбца, киевского князя. Который даже из летописи его потом вычеркнет, приписав себе Илюшины подвиги и поставив, с восторженной оглядкой на государство василевса, памятник самому себе. Управы на этого князя никакой нет – в данном состоянии царства вместо Бога тут система суеверий, слово «демократ» ругательное, народ вообще держится как-то в сторонке, а богатырь предпочитает, гордо удалившись от дел, пахать родную землю. С целью пропитания.

Понятно. Сбежав от реальности в сказочный мир, и там находишь ту же мороку, только в гриме и костюме. Обложили кругом!

Поколебавшись в первой части «богатырской серии» между «Союзмультфильмом» и студией Диснея, создатели новой анимации решительно качнулись в сторону «Союзмультфильма», и картинка «Ильи Муромца» убедительно стилизована под старую добрую традицию сказочного советского мультфильма. Но внутри-то все съедено скепсисом и коммерцией, и прежней прелести, наивности, чувствительности нет и в помине.