Обретение
Шрифт:
Проснулся я от того, что меня кто-то сильно тряс.
— Милорд, проснитесь, Вам угрожает опасность! Проснитесь же скорее!
— Кто тут?
— Милорд, это я, десятник Нурвар!
— Нурвар, что случилось? Объясните с толком, поподробнее.
— Милорд, я тут подслушал разговор сэра Персивиля с святым отцом. Говорили о Вас. Не стану скрывать, недолюбливаю я этого святошу. И когда он после попойки последовал за комендантом в боковую комнатушку, я немного навострил уши. Там еще присутствовали секретарь казначейства и глава гильдии Наемников. Оказывается, от барона к секретарю прибыл курьер с приказом задержать Вас. Барон со своей охраной охотился
— Нурвар, скажи, зачем ты сейчас решил предупредить меня?
— Милорд, я сумел разговорить одного из воинов графа. Он немного рассказал о ваших приключениях. Знаете, будет жалко, что такой человек, как Вы, пропадет ни за что. Из рук Святой Церкви, знаете ли, вырваться очень тяжело. У меня они когда-то убили брата.
Наверно, опять проделки инквизиции. Люди там были «идейные». А от «идейных» надо всегда держаться подальше. Не зря же они сумели такую страну разрушить.
— Все, идем, Нурвар! Только мне надо захватить моих девочек и парнишку. Ну и вещи кое–какие.
— Идемте, милорд! Прихватим по дороге! Все равно нам надо к стоянке лодок. Иначе из крепости не вырваться.
Все, сон пропал. Слава богу, пил я совсем немного. Сторожился, и славно.
На постоялом дворе я не появлялся. Там нас поджидал один из воинов из команды паромщиков. Он молча исчез во дворе, и так же молча вывел заспанных девушек и парнишку. Заодно принёс мои вещи и оружие. Невидимыми признаками мы скользили по задворкам и выбрались к сторожевой башне, как оказалось, поблизости от реки. Тут был тайный ход. Сам Нурвар с нами не пошел.
— Милорд, мне нельзя привлекать внимание. Там вас будет ждать верный человек. Он отвезет вашу группу подальше вниз по течению.
— Нурвар, когда-нибудь, если мне повезет, ты мне понадобишься. Пойдешь тогда ко мне?
— Пойду, милорд, если не обидите, конечно.
— Не обижу, Нурвар. Еще маленький вопрос? Нельзя ли достать лошадей?
— Скажите моему человеку, достанет. Только заплатите. К сожалению, мы не богаты. Деньги у Вас есть, я знаю. Прощайте, милорд. Будем надеяться, что еще свидимся.
И воин исчез в темноте. Не знаю, правильно ли я делал, доверившись ему. Но, честно говоря, наверняка у меня не было выхода. Я и так засветился по–полному. Действительно, для меня же лучше будет, пока все не определится, затаиться где-нибудь. Только где? Увидим.
На другой стороне нас ждал незнакомый воин. Мы молча последовали за ним. Там был еще один. В полной темноте, на ощупь, мы кое-как распределились в маленькой лодочке и поплыли вниз по течении. Лодочники отдались течению, и лишь время от времени веслами поправляли положение. Плыли мы долго. Мои девушки и мальчишка, похоже, сразу же заснули, а я, на всякий случай, сидел настороже. И лишь когда забрезжил рассвет, лодка пристала к берегу. Молча, знаками первый воин показал, что нам следует идти за ним. И лишь, когда мы отошли на достаточное расстояние от берега, он заговорил.
— Милорд, здесь недалеко деревушка. Но вы туда не пойдете. Я схожу и принесу вам еды, кое–какую одежду.
— Знаешь, я бы предпочел поехать дальше на лошадях. Можно достать их?
— А мы дальше и не поплывем. Это опасно. Могут появиться купцы, или стража на лодьях. Мы будем легкой добычей.
— Тогда, точно нужны лошади.
— Это будет немного труднее, и займет чуть больше времени. Надеюсь, у Вас денег достаточно.
Я молча залез во внутрь одежды и достал небольшой
— Если золото, то хватит.
— Милорд, я умею ездить на лошадях.
— Хорошо, Салаир. А вы, девушки? И скажите сразу сейчас, что может понадобиться вам по дороге?
— Немного одежды, милорд. А то у нас ничего нет,
Ах, да, я же ничего не приобрел для них. Не до этого было, да и, честно говоря, не думал про это.
— Сможешь что-нибудь подобрать для девушек? И для парня тоже?
— Хорошо, милорд. Я постараюсь вернуться как можно скорее!
Как только воин исчез из виду, я поспешил поменять положение. Никого рядом поблизости не было. Мои чувства обострились, как в степном походе. На всякий случай я приготовился кинуть шарики огня.
— Мириан! Пеллия! Салаир! Как вы думаете, куда нам лучше держать путь?
— Милорд, я предлагаю к нам, в Саларскую империю. Отец с матерью будут Вам очень рады.
— Вот скажи-ка, Салаир, ты всё рассказал мне? И что же утаил?
— Тогда я не решился, милорд. А сейчас расскажу. Я баронет Сакен. Меня похитили разбойники и продали работорговцам.
— А скажи-ка, баронет, почему у вас тут всё время похищают людей или продают девушек? Ну, нельзя же так относиться к людям.
— Для продажи за деньги, милорд. Так было всегда. Деньги всем нужны.
— И что, везде так?
— Везде. Даже в Таласской империи.
Девушки и парнишка в унисон вздохнули. Похоже, веселая у них жизнь. Все время кого-то похищают, продают. Как говорил Ринвар, судя по рассказам отца, рабов везде много, кроме его родины. Но и его уверенность поколебалась, когда он опознал среди пленников своих имперцев. Вот так-то!
— Поспите пока. Отдохните. Дорога будет дальней. Когда надо, я вас разбужу.
Человек Нурвара вернулся не скоро. За это время девушки и парнишка неплохо успели поспать и отдохнуть. Я, хоть и не спал, тоже немного расслабился. Но был настороже. Согласно моим ощущениям, действительно поблизости никого не было. Решив подготовиться к дальнейшей пути, стал проверять свои вещи.
Слава богу, у меня хватило ума поменять трофейное оружие, взятое у степняков, на то, что имел рабовладелец. Даже граф Инвар ничего не сказал на то, как я просто поменял свой ржавый меч на более привлекательный. Оружие рабовладельца оказалось более качественным и удобным. Ещё я прихватил среди его вещей парочку кинжалов, один большой, другой поменьше. Ни один трофейный доспех не подходил мне, и они все, как и оружие, ушли на продажу. Граф Инвар с сыном тоже что-то прихватили, но я на это не обращал внимание. Не до того было. Весь личный состав каравана, особенно красавицы, едва вникли в то, что стали свободными, кинулись сначала к графу, увидев в нем старшего. Но тот быстро спровадил всех ко мне. И дутому барону ничего не осталось делать, как принимать их слезливые благодарности и выслушивать жалобы на нехорошее поведение работорговца и стражи, а также отвечать на осторожные расспросы относительно дальнейшей их судьбы. К слову сказать, люди с каравана пострадали не столько физически, как морально. Да, их хозяин на слова не сдерживался. Но, кроме незначительного количества плетей для особо упертых и неосторожных, больше ничего такого он себе не позволял. И женщин, кроме нескольких, специально прихваченных для него и стражи каравана, не трогали. Что же, товар надо было привести в сохранности и привлекательности. Иначе цена их сильно могла упасть, что было не очень выгодным работорговцу.