Обрести крылья
Шрифт:
– Вы кто?
Удивленно приподняв бровь, мужчина застыл.
– Ты забыла?
Тяжело сглотнув, кивнула.
– Арет... сердечко мое. Меня зовут Арет, - аккуратно взяв мои ладони в свои, он, не отпуская моего взгляда, поцеловал сначала запястья, потом пальцы, остановившись на одном, украшенным колечком из белого металла с черным камнем посредине, играющем на свету яркими алыми бликами, - Я твой жених, дорогая.
Дернувшись, попыталась отстраниться.
– Не бойся, сердце мое, ты все вспомнишь...
–
Внимательно следя за моей реакцией, он рассказывал об аварии, в которой погибла его сестра, обо мне, тоже чуть не погибшей, о наших прекрасных отношениях и намечающейся свадьбе. О том, что будет, о том, как я оказалась в больнице, о том, что он рядом. Конечно, из-за трагедии, придется отложить торжество, скорее всего на год, но не более. Ведь он больше не намерен меня отпускать. Никогда.
Уверенность в каждом слове, уверенность в завтрашнем дне, в себе, во мне. Будет так, как он сказал, все будет.... Но почему я не помню? Не помню ничего! Если у нас была такая любовь, почему не помню?
– Обязательно вспомнишь, верь мне...
Голос убаюкивал, заставлял сомневаться в сомнениях, теряться в фактах, и я, наконец, заснула, но перед самой чертой, отделяющей явь и реальность, четко увидела лицо. Надменное, красивое, волевое. С яркими вишневыми глазами и зовущими губами, нежно прошептавшими:
'Зови меня Арет, дорогая'.
Неужели вспомнила?
В следующий раз я проснулась от горячего лучика, прочно обосновавшегося на моем лице. Поморщившись, отвернулась. Сознание требовало движений, действий, тело же лениво потянувшись, упрашивало полежать и понежиться в постели еще минуточку, еще две, десять, пятнадцать.
Вспомнив последнего посетителя, улыбнулась. Арет. Я вспомнила его. Мы встречались, но когда? И когда я стала невестой?
Подняв к глазам ладонь, присмотрелась к колечку. Красивое. Ажурная белая вязь и большой овальный камень по центру.
Поправив кольцо, задумалась.
Странно все это. Почти ничего не помню и не знаю, но вспомнила Арета. Неужели он так важен для меня? Наверное... И все же... Когда я очнулась в первый раз, хотелось лезть на стенку от беспомощности, хотелось плакать от боли и бессилия, сейчас же я спокойно лежала и даже рассуждала... Куда только подевалась истерика?
Тихонько хохотнув, огляделась. Небольшая уютная золотистая комната, широкое окно во всю стену, минимум мебели. Моя кровать, столик рядом, заставленный флакончиками, кресло и множество цветов. Большие и маленькие, в корзинах и вазах, всех цветов радуги... Цветы буквально заполонили собой помещение, источая слабый, приглушенный аромат.
Послышался перестук каблуков, и в комнату влетела девушка в голубеньком халатике. Широко распахнув и без того большие глаза, она осмотрела помещение, остановила взор на мне и принялась восторженно щебетать, охая
– Мисти! Вы только посмотрите!
– девушка от переизбытка чувств заломила руки, мне же хотелось заткнуть уши и выставить говорунью вон.
– Только посмотрите!
Тонкие руки с ярко-алыми ногтями коснулись больших черных, с алыми и фиолетовыми прожилками цветов.
– Это же королевские рионы!
Запищав, девчушка уткнулась носом в цветочное великолепие, замолчав на пару благословенных минут. Зыркнув поверх цветов на меня завистливыми, чуть прищуренными глазами, поймала мой недоумевающий взгляд, наконец оторвалась от цветов и кашлянула.
– Как вы себя чувствуете, мисти?
– взяв себя в руки и стараясь больше не смотреть ни в мою сторону, ни в сторону цветов, она прошла к окну и шире раздвинула желто-оранжевые шторы.
– Скоро подойдет доктор, а я пока принесу вам завтрак!
– профессионально улыбнувшись, она строевым шагом дошла до двери, но, не удержавшись, вновь наклонилась к цветам и, втянув в себя их запах, тихонечко прошептала, - Обалдеть....
Проводив взглядом девушку за дверь, вернулась к цветам. Цветы как цветы. Красивые конечно и необычные, да и запах приятный... И что?
– А вот и завтрак!
– вновь профессиональная улыбка на чуть перекошенном лице, и передо мной на столик устанавливают поднос, - Кушайте хорошо, мисти. Вам нужно поправляться после аварии.
Растянув губы в неестественной улыбке, девушка упорхнула, заставляя задуматься, а не подсыпала ли она мне чего в еду? Откуда то я помнила, что неугодных в стародавние времена травили, а может эти времена не такие уж и стародавние? Судя по непонятным ревнивым взглядам девушки, мы недалеко от них ушли, и будь ее воля, она ратовала бы за скорейшее возвращение практики отравления.
Пододвинув тарелки ближе, нашла за одной из них тонко свернутые листы. Газетные. Неторопливо разворачивая найденное, поглядывала на дверь, пока взгляд не зацепился за большую яркую фотографию. Две улыбающиеся друг другу девушки. Неуловимо похожие друг на друга. Обе черноволосые, только у одной глаза темные, скорее всего фиолетовые, у другой же голубые. Рассмотрев подружек и их довольные лица, подняла глаза выше, на заголовок: 'Трагедия в королевской семье'.
Надо же, трагедия у кого-то. Тоже не повезло. Бедняжки.
Не глядя в тарелку, отломила кусочек и положила себе в рот.
Вкусненько.
Кивнув, начала чтение. Все таки хороший сервис в больнице. Или это не больница?
Быстро оглянувшись, пожала плечами. Какая разница. Я болею, пусть буде больница, если что меня поправят.
Новый кусочек.
Глаза вернулись к статье.
Хорошо, что не забыла, как нужно читать. Мда...
Неожиданно поперхнувшись, уставилась в расплывающиеся строчки. Сглотнув, прочитала их еще раз. И еще.