Обреченные
Шрифт:
Я испытываю смешанные чувства. Принять подобное предложение от Сатаны я не могла, но в мамином изложении оно казалось привлекательнее. Она не слишком-то лестна, эта идея, что меня родили, вырастили и раскормили, как теленка для ритуального заклания. Родители держались на расстоянии, поскольку знали, что моя жизнь завершится так трагично; даже выбрали убийцу и бросили меня ему на растерзание.
Вероятно, это объясняет мое плотское влечение к пышущему здоровьем Горану. Разве всех нас не зачаровывает орудие нашей будущей гибели?
Есть своя прелесть в том, что я родилась уже обреченной и что все, кого я любила, знали обо мне больше,
Что меня раздражает, так это образ Леонарда-кукловода, ботаника-отщепенца, который названивает моей маме и дергает за веревочки; Леонарда, сидящего в аду с гарнитурой на голове за пультом телефонного опросчика и навязывающего свою философию одиннадцатилетней маме. Этот образ заставляет меня сказать:
– Я его знаю, Леонарда. Он начитанный, – говорю я, – но не знает всего.
Мамин призрак Ctrl+Alt+Ошарашен.
– Он обманул тебя, – продолжаю я. – Леонард купил твое доверие выигрышным лотерейным билетом и инсайдами с фондовых рынков, чтобы ты позволила меня убить. – Слова хлынули, их не остановить: – Мама, Леонард лжет! Скотинизм – большая ошибка! – Я придвигаюсь к ней, хочу успокоить. Мои руки раскинуты для утешающих объятий. – Все будет нормально. Ты была глупенькой одиннадцатилетней девочкой. Мне это так знакомо…
На мою призрачную щеку обрушивается оплеуха. Да, СПИДЭмили-Канадка, привидение может вмазать привидению. И очевидно, привидение-мать может влепить пощечину своей пухлой дочери-привидению. А главное – это больно.
Между тем мама тает. Ее тело раскинулось на диване, грудь вздымается, на лице проступает румянец. Ударившая меня призрачная рука почти исчезла.
– Ты врешь! – кричит растворяющаяся синяя мать. – Ты – галлюцинация!
Это не самый деликатный ответ, однако я говорю:
– Не глупи. Ты ведешь весь мир в ад.
Остатки ее призрака уже не видны. Только еле различимые слова повисают в воздухе салона:
– Не знаю, кто ты, но ты не мой ребенок. Ты – гадкий, жирный кошмар. Моя настоящая дочь прекрасна и безупречна, и сегодня – в этот самый день – она вернулась и принесла человечеству вечный свет.
21 декабря, 12:41 по гавайско-алеутскому времени
Еще одно любимое существо в опасности!
Отправила Мэдисон Спенсер (Madisonspencer@aftrlife.hell)
Милый твиттерянин!
– Так почему Иисус? – спрашивает светящийся синим призрак мистера К. – Почему ты запала на Иисуса?
Пробегая пальцами по кнопкам смартфона, я пожимаю плечами. В то время я переживала самый пик полового созревания. Мне было одиннадцать, и менархе неслось на меня, как передвижная установка для сбора крови. То есть моя первая менструация. То есть менархе – это не имя кого-то там из Ветхого Завета. Я готовилась к тому, что со дня на день проснусь с огромной ношей в виде грудных желез. Заросли распустятся во всех моих потайных местах, и от гормонов я превращусь в зомби. Сколько раз я видела такое в своем швейцарском интернате. Сегодня девочка – бойкий, сообразительный плоскогрудый супергерой, а завтра – жеманная мисс Сексбомба.
– Так почему Иисус? – повторяет мистер Кетамин. Мы, два духа, сидим в главном салоне суперъяхты и присматриваем за отрубившейся матерью. Призрак мистера
Продолжая печатать, я поясняю: мои родители – это чуть больше, чем их физические потребности, рекреационные наркотики и случайный секс. Они – голодные плотские желудки, которые беспрестанно что-то поглощают. Закрутив с Иисусом, я хотела уклониться от всей той крови, слюны и спермы, которые грозили мне в ближайшем будущем.
СПИДЭмили-Канадка, спасибо, что вовремя предупредила. Читая твое последнее сообщение, я восклицаю:
– Ого! Фигасе!
– В чем дело? – спрашивает синий призрак мистера К.
– Мой котенок. Тиграстик.
СПИДЭмили-Канадка пишет, что Сатана рыщет по аду и выспрашивает, не видел ли кто рыжего полосатого котенка, и предлагает за Тиграстика награду в тысячу батончиков «Марс». Сатана определенно хочет использовать его как заложника.
Да, милый твиттерянин, когда-то в «Беверли Уилшире» я пыталась смыть Тигра в унитаз, но уже после того, как он умер. А это совсем другое дело, поскольку я его любила.
Мистер Сити смотрит на свое материальное тело, лежащее на полу. На лицо в коростах и оспинах. На искалеченные уши и нос.
– Хорошо быть мертвым.
– Ничего хорошего.
– Мертвым и богатым.
Даже у его привидения кривые зубы: где-то они налезают один на другой, где-то отсутствуют; эти зубы – как руины Стоунхенджа и того же цвета камня лишайники.
Я набираю сообщения, спрашиваю, не видел ли кто Тиграстика, не прячет ли его кто. Возможно, это как раз случай неверной расстановки приоритетов, однако то, что Сатана наложит лапы на моих родителей, беспокоит меня не так сильно, как то, что он сдерет шкуру с моего котеночка. От одной мысли об этом я впадаю в Ctrl+Alt+Ярость.
– Хочу умереть, попасть в рай, – говорит дух мистера К., – и заняться любовью с Сахарой. Я рассказывал тебе о Сахаре? – Видимо, действие кетамина заканчивается – бледно-голубой призрак мистера К. тает.
По словам СПИДЭмили-Канадки, Сатана выпустил моих узников из Болота Выкидышей на поздних сроках. Гитлер, Иди Амин [35] , Елизавета Батори [36] – всех их освободили, чтобы они снова терроризировали обитателей ада. Калигуле, Владу Сажателю-на-кол [37] и Рин Тин Тину [38] было дано особое указание искать определенного рыжего котенка.
35
Иди Амин – диктатор, президент Уганды (1971–1979), известный чрезвычайной жестокостью.
36
Елизавета Батори (1560–1614) – венгерская графиня, которая, согласно легендам, массово убивала девушек.
37
Влад Сажатель-на-кол (1431–1476) – князь Валахии, прототип литературного вампира Дракулы.
38
Рин Тин Тин – немецкая овчарка, звезда Голливуда 20–30-х годов XX века.