Обречённые
Шрифт:
В отличие от неё я уже не держался за своё существование. Мне казалось, что я всё успел увидеть за свою бесконечно длинную жизнь. Год за годом, испытывая лишь пустоту, я осознавал, что не могу так больше бесцельно бродить по земле в поисках того, чего не существует. Я не знал, что ещё хотел увидеть, вкусить, осязать. Я был пуст, пуст до чёрного дна, самого глубокого колодца земных забвений. Я был уже никем, лишь тенью, которую отбрасывала моя сестра. Тем, кто навсегда останется в аду и неважно, жив я ещё или меня уже нет.
Вампиры. Люди не верят в наше существование. Возможно, отчасти они правы.
Нам не всегда удаётся сохранять человечность. Лишь благодаря мне, сестра смогла остановиться, и попробовать начать всё с чистого листа, не пытаясь кому-нибудь причинить боль. Снова и снова один и тот же сюжет продолжается вот уже вечность. У неё с трудом получается держаться. Она срывается раз за разом, вымаливая у меня прощение. После она просит остаться с ней. И ещё ни разу… не было сил сказать ей, прощай.
Привязанные друг к другу сделкой, мы, словно два крыла, которые по отдельности не могут летать. Это моё проклятие. Я верю, что однажды кто-нибудь отнимет мою жизнь, освободив моё тело от оков вечности, ведь она без остатка принадлежит лишь ей.
Не люблю вспоминать прошлое. Я не горжусь тем, каким был многие годы. Мне хочется однажды очнуться от долгого сна и не иметь прошлого, настоящего и будущего. Если бы не сестра, я бы давно так и сделал… и лишь она останавливает меня проститься с бренностью моего тела. Но делает это она из-за своего эгоизма.
Я обязательно попаду в ад. Я знаю это. Моему поведению нет оправдания, и мне никогда не искупить свои грехи, даже пройдя сквозь вечность.
За окном автомобиля проносятся мелкие точки горящих огней вдоль трассы. Ночь спускается на землю, окутывая её своими загадками. Я всегда любил наслаждаться луной в ночном небе, которая напоминала мне нас с сестрой. Не прекращая день за днем, я фотографировал небо, пытаясь ощутить его присутствие рядом с собой. Прошло много десятков лет, а я, как и прежде, продолжаю неустанно восхищаться красотой ночных пейзажей. Пожалуй, это единственное, что ещё могло радовать меня.
— Приехали! — Ребекка толкнула меня под бок, пытаясь привлечь к себе моё внимание. — Надеюсь, здесь будет веселее, чем в прежнем месте? Там было как в морге. — На её лице появилась чертовски-обаятельная улыбка.
Мы решили попробовать вновь всё начать сначала в небольшом городе, которого даже нет на карте. Да, это и неважно, вряд ли мы задержимся здесь надолго, был убеждён я. Раньше мы никогда не жили в таких маленьких городах, но почему бы не попытаться. Обычно наша служба у Ричарда не позволяла нам обрести свой собственный постоянный дом. Но я не думаю, что даже теперь, отдав долг, нам удастся это сделать. Ведь по-прежнему придётся бегать от каждого шороха и звука заведомого нашей предосторожностью.
Сестра радовалась переменам, как ребёнок. Мне же не было хорошо от того, что мы вновь бежим от прошлой жизни, меняя место жительства и свои личности в целом. Я устал от перемен, которые не способствовали мне во
— Послушай, как здесь тихо, — радовалась сестра. Ребекка вышла из машины. — Мне здесь уже нравится, — громко произнесла она, подставляя лицо ветру. — Чувствуешь? — Она подскочила и повисла на моей руке. — Чувствуешь? — вновь переспросила она.
— Что? — сухо поинтересовался я.
— Какой воздух?
— И что?
— Не можешь порадоваться со мной? Какой же ты скучный, — обиделась она.
Вернее сказать сделала вид. Её трудно было вывести из равновесия. Просто её манипуляции и игра эмоциями уже не действовали на меня. Я знал сестру лучше, чем самого себя. Она только делала вид, что рада видеть и знакомиться с человеком. На время он становился её другом. Но это только лишь его иллюзия. Потом если что-то происходило не по желанию или планам Ребекки, она просто избавлялась от всех, кто вставал у неё на пути. Жестокостью пропитана каждая клеточка её тела. Отчасти, это была вина Ричарда, предполагал я.
— Смирись. Даже если не в восторге. Это наш новый дом, — предупредила Ребекка.
Мы припарковались у какого-то мотеля. Решив остановиться здесь на недельку другую, чтобы не привлекать к себе внимание и присмотреть себе жилище за это время, мы не догадывались, что ещё больше вызовем интерес к нашим персонам. Деньги у нас были всегда, так как за долгую жизнь мы смогли многое накопить и будем откровенны, позаимствовать у других.
— Вы к нам надолго? — спросил мужчина за стойкой.
— Ещё не решили, — улыбнулась сестра.
— А вы брат и сестра? — мужчина пытался вести себя приветливо, но это было лишь притворство, чтобы выведать что-нибудь интересное о приезжих, а потом разболтать всем остальным своим знакомым.
— Да. А как вы догадались? Ещё никто не был таким наблюдательным. Какой вы проницательный, — разыгрывала комедию Ребекка. Ей никогда не надоедало играть роль глупой. Иногда мне казалась, что она вовсе не притворяется.
Можно ли не искать иного выхода из безвыходной ситуации? Бесконечные драмы глупого мира, в котором я чувствовал себя вырванными страницами книги. Как можно найти суть вопроса, если не знаешь на него ответа.
Устроившись в номере, мы смогли немного расслабиться. Правда, хозяин отеля ещё несколько раз за вечер наведывался к нам, якобы по причине своего гостеприимства.
— Вот вздор! — возмутился я, в очередной раз, услышав стук.
— Не будь так агрессивно настроен. — Ребекка подошла и отворила двери. На этот раз на пороге стояла молодая девушка. Она держала в руках несколько полотенец. Столкнувшись взглядами с Ребеккой, она быстро опустила голову.
— Отец попросил занести вам в номер. — Сестра, не прекращая, продолжала улыбаться. Не надоело ли ей притворяться? — думал я.