Обреченность

Картер И. С.

Его глаза светятся, и вспышка красного мерцает вокруг него, цвет очень похож на тот, который окружил его перед тем, как он ударил Билли Уильямса. Я возбуждаю его, и я не уверена, жаждет он меня или просто моего уничтожения.

— И мне намного больше понравиться, когда я возьму это, — он толкает свой большой палец дальше мне в рот, пока я не давлюсь. — Принуждать тебя к покорности — ощущается как нектар на моих губах.

Я приподнимаюсь, пока его палец мощно двигается на моём языке, ощущение сладкого греховного вкуса взрывается на моих вкусовых рецепторах.

Бассейн слюны в глубине моего горла угрожает задушить меня. Как быстро это началось, так быстро это и закончилось. Он резко отпускает моё лицо и вытаскивает свой большой палец из моего рта.

Я кашляю, моя грудь энергично поднимается попытке восстановить дыхание. Я потрясенно наблюдаю, как он подносит свой большой палец к полным губам и размазывает влажность по всей розовой пухлой губе, затем раскрывает их достаточно, чтобы пальцем проскользнуть между ними в свой дьявольский рот, где он начинает обсасывать его. Затем, не бросая на меня ни единого взгляда, он открывает автомобильную дверь и уходит в ночь.

Он не ждет и не зовет, чтобы я вышла из автомобиля, вместо этого я слышу, как он сказал кому-то, кого я не могу видеть.

— Вытащи мою возлюбленную жену из автомобиля и отведи её в мою комнату.

Затем он уходит. Его длинные ноги уносят его вверх по нескольким ступеням из песчаника за пределы моего поля зрения.

Дверь автомобиля с моей стороны распахивается без предупреждения, и рука в костюме протягивается, чтобы забрать меня.

— Миссис Хантер, пожалуйста, следуйте за мной.

Я пристально смотрю на чужую руку, думая, преподнести ли себя как жертвенного ягненка, кем, по сути, я и являюсь, или провести ещё один последний рубеж сопротивления.

— Миссис Хантер, я бы предпочел, чтобы Вы покинули транспортное средство добровольно, я, в отличие от вашего новоиспеченного мужа, не люблю давать волю рукам со слабым полом… — его рука вцепляется в мою руку и болезненно сжимается вокруг моего бицепса, — …но, если у меня для этого будет причина.

Я колеблюсь в течение нескольких секунд, пока смотрю на ноги по ту сторону открытой двери автомобиля, задаваясь вопросом: этот мужчина настолько же силен, как кажется, или я, предположительно, смогла бы броситься мимо него и уйти… куда? От этого никуда не убежать.

Как только я прихожу к этому заключению, он, очевидно, теряет своё терпение и без дальнейшего предупреждения вытаскивает меня из автомобиля, практически вывихнув мне плечо. Я приземляюсь на острый гравий лицом, и единственное, чем мне удается уберечь щёку от соприкосновения с землёй, — это моя свободная рука. Я выставила блок и смягчила удар. Руку мгновенно жалят тысячи порезов, а моё бедро буквально кричит от боли из-за моего неуклюжего приземления.

Пока я лежу, растянувшись на земле, другая пара дорогих блестящих ботинок, на этот раз коричневых, появляется в зоне моего периферийного зрения.

— А теперь, не будете ли Вы так любезны встать, я действительно не хочу волочь Вас и уничтожать Ваше красивое платье еще больше, чем сейчас.

Его

голос интеллигентен и звучит практически скучающе. Как будто я — неудобство, которое он не ценит, но за которое несет ответственность.

Он тянет меня за руку, максимально растягивая мои уже поврежденные мускулы в предупреждении.

— Последний шанс, Миссис Хантер.

Я содрогаюсь, пока успокаиваю пострадавшее бедро и неизящно встаю на колени, ткань моего платья спасает их от твердой поверхности гравийной дорожки. А вот с рукой все не так просто, кровь свободно вытекает из множества порезов на моей ладони, в то время как маленькие камни глубоко врезаются в мою плоть.

Мужчина отпускает меня, как только чувствует мою капитуляцию, и я использую свою непострадавшую руку, чтобы подняться на ноги.

— Хорошая девочка. Будет мудро воздержаться от колебаний в дальнейшем. У меня гораздо больше терпения, чем у вашего нового мужа, но я всё равно ожидаю незамедлительного повиновения.

«Терпение? Он едва дал мне несколько секунд, прежде чем бросил в грязь».

Я умеряю остаточный гнев, не желая больше злить этого незнакомца. Поднимая голову, я оглядываю его длинные ноги, одетые в дорогие брюки ручной работы, грудь в официальном смокинге, который сильно обтягивает широкие плечи.

Он, должно быть, был на моей свадьбе. И наблюдал вместе с голодной толпой, как меня дарили его боссу.

Мой взгляд скользит вверх по точеной челюсти, которая, в отличие от Коула, без щетины, дальше вверх до темных карих глаз под густыми бровями.

Этот человек мне знаком, но я не могу понять, откуда я его знаю. Он, вероятно, еще один приспешник моего отца, но он выглядит чересчур изыскано, чтобы быть прихвостнем. Он классически красив, с аристократическими чертами лица и темными, идеально ухоженными волосами.

Его ауру трудно прочесть. Прямо сейчас она бледная и спокойная, как воздух перед штормом, и я взволнована тем, что не могу получить полное понимание, насколько он может быть опасен для меня.

Да, там тоже есть тьма, но также есть что-то гораздо большее, и я прилагаю большие усилия обуздать свои способности, чтобы на моем лице не отразилось замешательство.

— Вы не знаете меня, Миссис Хантер. Нам никогда не доводилось быть представленными. Я — Люк, Люк Хантер — ваш новый шурин.

Мне удаётся скрыть своё удивление. Я гляжу на свою поврежденную ладонь и потихоньку вытаскиваю некоторые из застрявших песчинок.

Он ничем не похож на брата. Фактически, они настолько разные, как день и ночь.

Совладав с лицом, я оглядываюсь назад на него, и он улыбается.

— Я знаю, не нужно скрывать свой шок. Мы совсем не похожи. Ладно… у нас есть некоторые общие цели, и, очевидно, мы разделили одну ДНК. В действительности, есть несколько вещей, которые мы разделяем, и я уверен, что Вы уясните это в скором времени. А теперь пойдем. Я не хочу больше причинять Вам боль. Я бы лучше предпочёл, чтобы Вы пошли по собственной доброй воле. Это будет гораздо проще для нас обоих.