Обречённая
Шрифт:
«А где твои подруги? На вечеринке?» – вновь спросил он.
Мария кивнула.
«Да, все, кроме… В общем-то мы с ней больше не подруги, так что, да, здесь все мои подруги».
«Кроме кого?» – заинтриговано спросил Лор.
Мария покраснела.
«Моей бывшей лучшей подруги. Её здесь нет. Как я уже сказала, наша дружба в прошлом».
На этот раз Лор выдержал паузу, обдумывая свои следующие слова.
«Что между вами произошло?» – осторожно спросил он.
Мария лишь пожала плечами, и они продолжили путь в тишине, слушая, как под ботинками скрепит
«Ты не обязана мне рассказывать, – наконец произнёс Лор. – Я знаю, что ты чувствуешь. Я тоже потерял друга. Моего кузена. Когда-то мы были близки, как родные братья, а сейчас даже не разговариваем».
Мария взглянула на него с пониманием.
«Это ужасно, – сказал она. – Что случилось?»
Лор пожал плечами.
«Долгая история». Он хотел добавить, что истории этой уже несколько веков, но вовремя остановился.
Мария кивнула, явно испытывая к нему сострадание.
«Раз ты понимаешь, – сказала она, – тогда я тебе расскажу, хотя я не знаю, почему я тебе всё это говорю, ведь я тебя даже не знаю, но мне кажется, что ты поймёшь».
Лор ободряюще взглянул на девушку.
«Да, мне такое часто говорят», – ответил он.
«Итак, – продолжила Мария, – моя подруга Скарлет вроде как увела у меня парня, хотя сейчас он мне безразличен».
Мария замолчала, но Лор знал, что она сказала не всё. Он прочёл её мысли:
Теперь, когда я встретила тебя, он мне безразличен.
Лор улыбнулся.
«Увела парня, – сказал он, качая головой, – хуже этого и не придумаешь».
Он крепче сжал руку Марии, и она слегка улыбнулась.
«Значит, вы больше не подруги?» – выпытывающе продолжил Лор.
Мария отрицательно покачала головой.
«Нет. Я полностью вычеркнула её из своей жизни. Конечно, она ещё числится в избранных контактах, и мы по-прежнему друзья на Facebook. Я решила не доводить всё до крайностей, но мы больше не общаемся и не переписываемся, а раньше слали друг другу сотню СМС в день».
«Получается, что ты вообще ей не пишешь?»
Мария покачала головой.
«Не хочу об этом говорить», – пояснила она.
Лор почувствовал, что наседает на неё слишком сильно со всеми этими вопросами. У него ещё много времени, чтобы её соблазнить и разузнать всё, что он хочет знать о Скарлет. Пока же ему нужно было укрепить её доверие – Мария должна доверять ему полностью.
Они дошли до центра лабиринта и остановились. Мария отвела взгляд, и Лор почувствовал её волнение.
«Ну, куда теперь? – спросила она. Руки её дрожали. – Может, вернёмся?»
Лор прочитал её мысли:
Надеюсь, он не хочет возвращаться. Надеюсь, он меня поцелует. Пожалуйста. Поцелуй меня.
Лор нагнулся, обхватил её лицо руками и поцеловал.
Поначалу Мария сопротивлялась, пытаясь вырваться, но потом сдалась. Лор чувствовал, что она была полностью в его власти, и знал, что теперь мог делать с ней всё, что захочет.
Глава седьмая
Скарлет летела в утреннем
Скарлет была одна, она была потеряна и не знала, куда пойти. Ей казалось, что домой она вернуться не могла, особенно после того, что случилось, после того, как она узнала, что мама хочет её смерти, и что все её ненавидят. К друзьям вернуться она тоже не могла, ведь теперь Мария её ненавидела и обратила всех подруг против Скарлет. Вернуться в школу также не было возможности, потому что Скарлет не могла просто жить, как будто ничего не случилось, и как будто не было той жуткой стычки с Вивиан на танцах.
Скарлет хотелось свернуться калачиком и умереть. Идти ей было некуда.
Пролетая над родным городом и своим домом, ей было странно смотреть на них с высоты. Скарлет летела достаточно высоко, чтобы быть незамеченной, и могла наслаждаться видом на город с воздуха – за всю жизнь она никогда не видела его с такого ракурса. Она видела идеальные по форме кварталы, образующие прямоугольную сетку, чистые улицы и высокий шпиль церкви. Повсюду виднелись провода, телефонные столбы, покатые крыши – старинные крыши, покрытые дранкой или шифером. На крышах гнездились птицы, а навстречу Скарлет летел одинокий фиолетовый воздушный шар.
Наверху ноябрьский ветер был особенно холоден, он бил ей в лицо, и Скарлет ощущала его прохладу. Ей хотелось спуститься вниз и где-нибудь согреться.
Она не переставала лететь, размышляя. Единственный, о ком она думала, чьё лицо видела перед глазами, был Сейдж. Он так и не появился на балу, хотя и обещал. Он подвёл её, и она всё ещё на него злилась. Скарлет решила, что он просто не хочет её больше видеть.
При этом она не была уверена, что знала наверняка, что же произошло. Возможно, может быть, у него была причина не прийти. Возможно, он по-прежнему её любил.
Чем больше Скарлет об этом думала, тем сильнее хотела увидеть Сейджа. Ей нужно было увидеть знакомое лицо, увидеть того, кому она была не безразлична, и кто её любил. Ну, или, по крайней мере, когда-то её любил.
Скарлет приняла решение. Она развернулась и направилась на запад, к реке, к дому Сейджа. Она вылетела за пределы города, глядя на главные трассы и используя их, как ориентир. Сердце забилось чаще, когда Скарлет поняла, что увидит Сейджа уже через несколько минут.
Оказавшись за городом, она заметила, как изменился пейзаж: идеальные кварталы и дома уступили место редким зданиям, большим фермам и лесам. Земельные участки становились всё больше: сначала они были около гектара по площади, потом около полутора гектар, потом около двух с половиной, затем около четырёх, восьми… Скарлет оказалась в районе больших имений.