Обратимость
Шрифт:
Он замолчал, посвятив мне многозначительный взгляд, мне ничего не оставалось как ответить ему скромной улыбкой.
– Вы дома работаете?
– Да. Я частник. Принимаю заказы и состою членом во многих организациях или просто имею доступ туда, куда мне надо. Мои услуги ценят, и это позволяет мне неплохо жить, работая на себя.
– Баррон говорил мне, что вы мистик.
– Не совсем так. Я ученый и специализируюсь на всяких исторических древних вещицах, как эти. Еще я увлекаюсь мистикой и некоторыми тайными науками, без вреда для себя и окружающих, так что не беспокойтесь. Так же я владею тремя мертвыми языками, что позволяет мне присутствовать при всяких исследованиях и научных работах. Ну
Я стояла и не могла скрыть своего восхищения этим человеком. Его таланты не вызывали у меня сомнения. Они все явно читались в его манере держать себя, внешности, лице и глазах. К тому же Баррон постоянно пользовался его услугами.
Мы уселись друг против друга, на массивные кожаные кресла. Он спросил у меня как я себя чувствую и задал несколько других общих вопросов. Как раз в это время явилась Анна, жена Леграна, и принесла нам горячий шоколад с мороженным.
– Обожаю сладкое, – глаза ученого загорелись словно детские. Я все никак не могла привыкнуть к смене его образа.
– Итак, как вы видите, я работаю дома. Это очень удобно и безопасно. Нам никто не помешает и здесь есть все необходимое для работы.
– Вам разве угрожает опасность?
– Есть такое, – лукаво ответил он, явно не желая забегать вперед, – во-первых, мне часто передают на изучение какие-нибудь ценные вещицы. Кроме того, здесь личные мои труды, которые можно было бы продать за хорошую сумму ну и еще одно обстоятельство, о нем позже.
– Вчера я не случайно задал вам вопрос о себе, – сменил тему Легран, – я хотел узнать насколько глубоко вы умеете чувствовать, чтобы затем понять для себя, как хорошо вы поймете меня. Видите – ли, есть такие люди, как я уже упоминал, которые могут чувствовать другого человека. Есть такие, которые, не ограничиваясь только лишь чувствованием, могут видеть глубже: его ауру, болезни и проблемы и много чего другого, всего и не перечислишь. Есть такие, которые могут лечить своими силами, а есть и такие, которым надо лишь прикоснуться к тебе и ты здоров. У всех возможности разные, кто на что даровит и кто как их в себе развил. Понимаете ли вы о чем я?
Я кивнула.
– В человеке заключена огромная сила. Это не бред ученых и философов, это правда. Только вот проблема в том, что большинство это не понимает и большинству это не надо. Ну что ж, в мире все подвержено отбору. Не все названные – избранные. Я долго исследовал этот интересный факт, проделал огромную духовную работу, общался с большим количеством определенных людей и теперь имею возможность понимать все так, чтобы компетентно говорить это вам. Когда я начинал, у меня было лишь желание. Не буду говорить чего добился, так как словами этого не передашь. Но теперь я стою гораздо выше. Мы сейчас общаемся с вами на таком языке, который тоже мало кто поймет. Криса бы посчитала, что я не в своем уме и посмеялась бы надо мной. Для нее бы я звучал наивно и глупо. Почему нет? С ее деловой хваткой и аналитическим умом. Есть такие вещи, которые словами объяснить либо не возможно, либо очень трудно, как девяносто девятое имя бога – которое непроизносимо. Поэтому все тайные учения, тайные не потому, что в них есть тайна, а потому, что их не каждый поймет. К этому надо быть готовым во всех смыслах этого слова. Я не ошибусь, если предположу, что вы окунались во что-нибудь подобное, и не ошибусь, если предположу, что в вас всегда была благоприятная основа, которую надо было развить.
Я не стала перечить Леграну, потому что он был прав. Сообщив ему, затем, многие другие детали моего восприятия мира, подтверждая его заинтересованность
– Если бы я был вампиром, я бы мог сказать гораздо больше относительно вас. От их глаз ничего не укроется. Поэтому меня и интересовал рассказ из ваших уст о том, как вы с ними уживаетесь и что планируете делать. Или даже, если быть точным, как они реагируют на вас
– Увы, вы, наверное, рано призвали меня. Я могу похвастаться только одной неудачной попыткой… или даже двумя. Кроме того, к своему стыду тогда я испугалась и ничего не могла поделать с собой.
– Ничего страшного, для вас это начало. Все мы начинаем с ошибок, это нормально. Самое главное учесть их на будущее и больше не совершать. По моим представлениям я могу сказать вам, что они не оттолкнут вас. Обнадежит ли вас мое заявление?
– Если оно основано на здравых рассуждениях, то да. Хотя, наверно, пока Керран лично не посмотрит на меня благосклонным взглядом, мне кажется, я так и буду сомневаться
Легран засмеялся, хлопнув себя по колену.
– А ведь вы правы! Что там у них в головах знают только они. Мы слишком примитивны, чтобы читать в их сложных мыслях. Храбрые суждения людей лишь мышиная возня для них. Они смеются над нами. Это как слон и муха, знаете ли. Бренность – раб вечности. Однако я все равно дерзну подтвердить свои слова и очень надеюсь, что они вам помогут.
– Значит, вы думаете, во мне есть то, что позволит их заинтересоваться мной?
– Если бы они хотели вас оттолкнуть они бы сделали это уже давно. Видимо в вас есть задатки, лично я вижу большой духовный потенциал, который пока пребывает в беспорядке. Научитесь контролировать его и вам откроются высокие горизонты.
– Я не знаю как мне это сделать.
– А я тем более не знаю. Слушайте ваше сердце и берите от советов и помощи других людей только то, что посчитаете полезным для себя. А если посчастливиться встретиться с Учителем, то тут уж старайтесь извлечь для себя максимальную выгоду.
Он замолчал, решив передохнуть ли или обдумывая что-то.
– Сейчас я занимаюсь кое-каким вопросом, который никак не желает мне поддаваться. Об этом я и хотел с вами поговорить. Мне придется сказать вам, для нормального хода понимания, что я состою в некоем тайном обществе, вроде масонства, посему имею доступ к той информации, которой мало кто обладает и могу узнавать то сокровенное, что слышат лишь немногие уши. Это часть моей работы. Однако прошу вас, хранить мое признание в секрете. Оно может повредить и вам, и мне.
Я давно интересуюсь вампирами, к сожалению у меня нет к ним доступа, кроме того они слишком далеко от меня…
– А здесь разве их нет? – наивно осведомилась я, – мне кажется, их клан разбросан по всему миру. Во всяком случае, они знамениты.
Легран посмотрел на меня недоумевающим взором:
– Неужели вы до сих пор считаете так?
Я пожала плечами и кивнула, с глупым выражением лица. Он неожиданно засмеялся.
– И как же вы об этом узнали? – спросил он сквозь смех.
– Ну, много людей преклоняются перед ними и работая в информационном отделе… к тому же я много изучала…
– А вот оно что! Ну, тогда все понятно – перебил меня Легран и, успокоившись, добавил:
– Вам известно, например, что такое «магнетизм»?
– Нет – сконфужено ответила я.
– А мне вот известно и очень хорошо. И многим другим людям известно. Более того, большое количество их посвятило этому жизнь и понятие магнетизм для них как молитва, конечно, я утрирую, но все же. С чего вы взяли, что о вампирах знает весь мир? Если о них знаете вы, то это не значит, что о них знают все. Просто вы слишком плотно изучали это дело. Нашлись такие же, как вы, и вы о них узнали. Поверьте мне, их не много. Так же как и тех, кто знает, что такое «магнетизм».