Оборотень

Хайтманн Таня

Конечно! — раздался внутри Давида насмешливый голос. Принцесса, лежащая на твоем ложе, наверняка придет в восторг, когда ты пригласишь ее в кино, а потом к азиату на углу, дешевую жратву которого даже Янник не в состоянии проглотить без содрогания.

Погруженный в свои мысли, Давид занялся приготовлением кофе, а заодно, пока закипала вода, обшарил холодильник. Нашел кусок старой пиццы, покрывшийся коричневыми пятнами банан и пакет рубленого мяса, неизвестно каким образом попавшего сюда. Обыскав все шкафы, он отыскал еще пакетик собачьего печенья и плитку шоколада, которую когда-то купил

для Янника и уже успел об этом забыть.

Держа в руках две чашечки кофе и шоколад, Давид вернулся в спальню, где на постели, прислонившись к стене, сидела Мета. Она пригладила растрепанные волосы и тщательно обернула одеяло вокруг груди, так что Давид тут же осознал свою наготу. Взгляд, которым она его одарила, не упростил ситуацию. Но, похоже, то, что она видела, ей нравилось. Давид вызывающе посмотрел на нее, и она ответила улыбкой, от которой по спине у него побежали мурашки.

Он присел на край матраса и поставил обе чашки на пол. Потом протянул ей плитку шоколада.

— Порция сахара наверняка будет нелишней, — сказал он, когда Мета скептично поджала губы. Поколебавшись, она сказала:

— Может быть, ты и прав.

Пока она медленно разворачивала фольгу, Давид отпил кофе и спросил себя, что делать дальше. Мета занялась шоколадом и, казалось, совершенно забыла об обнаженном мужчине, сидевшем рядом. Давид украдкой разглядывал округлую линию ее плеч, светлую кожу, благодаря которой она выглядела такой ранимой, и легкое покраснение на груди. Ощутив желание, он отвернулся и принялся за кофе.

— Давид?

Голос Меты звучал, пожалуй, несколько отстраненно для женщины, которая еще так недавно была преисполнена страсти. На какой-то страшный миг ему показалось, что она заметила его возбуждение и теперь скажет, что ей пора. Он невольно напрягся.

— Я хотела поблагодарить тебя за картину… Это было действительно… Я очень обрадовалась.

Давид поставил чашку и скрыл в ладонях улыбку облегчения. Мета прижалась к нему и принялась покрывать его спину поцелуями. При этом ее губы избегали кровоподтеков, оставленных жесткой хваткой Матоля, равно как и шрамов на его плечах. Похоже, она даже не осознавала этого, но ее руки уже скользнули по его телу.

— Может быть, тебе тоже нужно немножко сахара? — мягко спросила она.

И нашла ответ, прежде чем Давид успел что-то произнести.

Глава 13

Очертить границы

— Совершенно дерьмовая идея! — заявил Янник, проводя рукой по каменному фасаду гигантского комплекса зданий.

Давид только криво улыбнулся.

Они пересекали одну из тех местностей, где каждое здание нашпиговано офисами. Удивительно серый мир, который, тем не менее, мог позволить себе роскошь площадей, на которых могли бы разместиться самые разные объекты и банки. Однако никто не откликнулся на приглашение, и площади пустовали. Те, кто торопился, — а здесь торопились все, потому что в голове у каждого тикали контрольные часы, — избегали этой местности и не пользовался ею даже чтобы сократить путь. Но сегодня Давиду, похоже, было не до таких тонкостей, потому что он, недолго думая, направился по забетонированной площади. Он был в настолько приподнятом настроении,

что прошелся даже по краю фонтана, вместо того чтобы обойти его. Янник, напротив, старался держаться подальше и только косо смотрел на воду. На выкрашенном в голубой цвет дне лежала банка из-под напитка.

— Послушай-ка, супермен! — снова начал Янник, хватая Давида за рукав. Но тот отказался останавливаться. — Ты, похоже, развеселился после того, как смог еще раз полакомиться этой телочкой. О'кей, рад за тебя. Теперь ты нашпигован телесным наркотиком, но стоит ли так хвастаться? Натанель хочет, чтобы сегодня вечером мы нанесли визит на территорию Мэгги. Это и так довольно тяжело, а выяснять у нее что-то — вообще полнейшая чушь. Не говоря уже о том, что это не было запланировано. Ты даже знать Мэгги не должен — как и положено по твоему статусу. И тебе уж вовсе не должно быть известно, как с ней связаться. Если Хаген об этом узнает…

— Но Хаген об этом не узнает, — перебил его Давид и потянул за пучок волос, торчавший у Янника на затылке. — Здесь ничейная территория, так что мы вне его радара. Но если ты считаешь, что не сможешь сдержаться и все выболтаешь, то лучше не бегай за мной.

— Я не бегаю за тобой, — обиженно ответил Янник, но все-таки отвел взгляд в сторону, когда Давид насмешливо посмотрел на него. Бурек, вывалив язык, остановился, и Янник едва об него не споткнулся. — Великолепно, Буреку здесь тоже нравится. Если посмотреть на вас двоих, то можно подумать, что эта независимая территория вам по вкусу. Оба господина стали вдруг такими свободными, прямо жизнь бьет ключом.

— В отличие от тебя, тряпка.

Янник показал другу средний палец, но Давид только засмеялся в ответ.

— Здорово, что у тебя такое хорошее настроение. Но все изменится, как только Хаген из-за этой самодеятельности возьмет тебя за яйца. Одно могу сказать наверняка: Натанель будет молча стоять рядом, когда Хаген станет тебя натягивать. Такая вот дерьмовая идея.

— По меньшей мере, мне не придется страдать в одиночестве. Ты же знаешь: грех пополам и беду пополам.

Хаген будет в восторге от возможности вызвериться на нас обоих. Так что соберись, потому что все пройдет без сучка без задоринки.

Янник недовольно заворчал.

— Нейтральная территория, повадки вожака… — шептал он в поднятый воротник, хорошо понимая, что продолжать отговаривать приятеля бесполезно.

Вчера вечером состоялось совещание в узком кругу по поводу запланированного перехода границы на территорию соседней стаи.

— Чтобы проверить возможности, — так сформулировал задачу Натанель.

Строго говоря, это означало, что кое-кому из них придется пройти на территорию Мэгги и оставить свой след. В принципе, задача неприятная, потому что это противоречило их инстинктам. Тем не менее на лицах некоторых Янник видел радость предвкушения, что очень его обеспокоило. Очевидно, они придерживались мнения, что это будет правильно, как будто территория Мэгги должна принадлежать им. Или словно они радовались предстоящей стычке с соседями.

Запыхавшийся Давид едва успел на это совещание. Натанель отвел его в сторону, чтобы прошипеть несколько слов, — на большее времени не оставалось.