Оборотень
Шрифт:
Дарофеев не понимал тех своих коллег-экстрасенсов, которые заявляли, что не могут лечить сами себя. Ведь что может быть проще, если ты действительно можешь управлять собственной биоэнергией, как не самолечение. Ведь свой организм ближе и понятнее, чем организм пациента, которого видишь в первый раз в жизни.
Хотя Игорь Сергеевич уже купировал боль, пораженные места сильно отличались по повышенному энергетическому фону, и локализовать их не составляло труда. Пономарь обнаружил на себе несколько ушибов, ссадину на ребрах и отек левого уха. Кости оказались целы и на привычных местах. В общем, можно
Процесс самоисцеления занял даже меньше времени, чем рассчитывал целитель. Ему пришлось лишь нормализовать крове- и лимфообращение в ухе, сгладить энергетический фон в области ребер, откорректировать работу тромбоцитов в области ссадины и слегка понизить активность надпочечников, которые до сих пор вырабатывали избыток адреналина.
После того, как Пономарь почувствовал, что уже может и имеет право заниматься другими, он позвал Корня, который все это время провел в ванной. Николай Андреевич предстал перед Дарофеевым свежевымытым, но кроме расквашенного носа у мафиози оказалось еще и рассечена бровь.
В этом случае процесс лечения занял гораздо больше времени. Игорю Сергеевичу пришлось восстанавливать слизистую оболочку ротовой полости, укреплять несколько зубов, снимать отеки брови и носа, быстро соединять края ран, нормализовывать вообще почти всю работу репневского организма. Оказалось, что у того, кроме побоев, еще целая куча болячек, начиная от остеохондроза и кончая язвой желудка. Сейчас целителю нельзя было мешкать и он работал в полную силу.
Во время сеанса Николай Андреевич стонал, ерзал по кровати, на которую его положил Дарофеев. Когда же все кончилось и мафиози открыл глаза, его изумлению не было предела:
– Даты настоящий колдун!
– Мафиози вскочил на ноги и запрыгал по комнатушке, - Я себя чувствую так, словно лет двадцать сбросил!
Он высоко подскочил, выбросив вперед ногу, продемонстрировав какой-то каратистский удар:
– А я-то еще в тебе сомневался!..
– Признался вдруг Корень.
– Блин! Ничего не болит! Как новенький!
Восторгам Репнева, казалось, не будет конца, но Игорь Сергеевич прорвал излияние радостных эмоций:
– А сейчас я буду искать Сергея...
– тихо проговорил целитель и мафиози немедленно утих:
– Все. Я испарился...
– Ты мне не помешаешь.
– Сказал Дарофеев, видя, что Николай Андреевич собрался уходить.
– Главное - чтобы было тихо.
– Как скажешь, начальник...
– и Репнев устроился у окна.
За несколько дней знакомства Пономарь достаточно хорошо запомнил спектр излучений фээсбэшника и теперь локализовать его местонахождение оказалось весьма нехитрым делом. Незримым призраком целитель перенесся к Сергею Владимировичу. Тот лежал на койке, покрытой крахмальными простынями, белизну которых нарушал лишь прямоугольный черный штамп. Одет Изотов оказался как-то странно. На нем была серая хламида, необычно длинные рукава которой оказались завязаны сзади, на спине. "Смирительная рубашка!" - Понял Дарофеев. Через грудь майора пролегал широкий ремень, намертво привязывающий его тело к кровати. Два других ремня охватывали голые лодыжки Сергея Владимировича и были привязаны к металлическим ножкам. Сам Изотов был пока без
Пока на Сергее Владимировиче не было ничего лишнего, в энергоинформационном плане, но это не значило, что так все и останется.
Когда Игорь Сергеевич попытался подняться выше, чтобы сверху осмотреть это здание и выяснить его расположение в городе, случилась неприятность, Дарофеев внезапно потерял ориентацию. В следующее мгновение он понял, что стал жертвой мощного раппорта, внушения, которое заставило его воспринимать иллюзорный мир. Там, в этом внушенном мире, на него надвигалось динозавроподобное существо со множеством голов, когтистых лап, нервно бьющее шипастым хвостом.
Тварь разинула несколько пастей и оттуда вырвались языки пламени, которые едва не достали целителя. Теперь Дарофеев узнал это страшное создание. В сказках оно носило имя Змей-Горыныч. В своих руках Пономарь вдруг обнаружил длинный двуручный меч. Меч словно обладал собственной жизнью и рвался вперед, в бой.
"Ну уж нет, - подумал Игорь Сергеевич, - по вашим правилам я играть не буду..."
Он бросил железку и волевым усилием уменьшил себя до микроскопических размеров по отношению к чудовищу. Теперь Змей не видел противника и крутил во все стороны многочисленными головами. Дарофеев проник внутрь организма сказочной твари, добрался до точки, в которой соединялись девять пучков нервных волокон, идущих из голов монстра, превращаясь в спинной мозг, слегка увеличился и одним движением разорвал этот узел. Змея парализовало. .
Теперь следовало подумать, как выпутаться из этой ситуации. Нырять обратно в тело было делом опасным. Внушение могло пойти вслед и тогда бы Корень увидел, как Дарофеев борется с невидимыми существами.
Единственный способ, который пришел на ум Игорю Сергеевичу, был заимствован у Будды. Пономарь сел в позу падмасаны(1), сконцентрировался и создал в голове маленькое пятнышко абсолютной пустоты. Оно начало увеличиваться, захватило всю голову целителя, создало вокруг него сферу полного небытия.
1 Падмасана -Логический термин, поза "лотоса".
Дарофеев висел в бесконечном пустом пространстве, в котором не было ничего, даже его самого. После бесконечных лет там вдруг появилась искорка, которая стремительно: разрасталась, образовывая звезды и галактики.Прошли еще миллиарды лет, и среди сонма звезд Дарофеев выделил одну - Солнце. Нашел в ее системе третью планету, на ней город Хумск, в нем себя, сидящего в обшарпанной квартире.
Через мгновение Пономарь открыл глаза. Осмотрелся.
Корень все так же пялился в окно, ничего не изменилось. "Кажется, вырвался..."
– Коля...
– слабым голосом позвал целитель.
– Как? Уже?
– Удивился Репнев.
– И пяти минут не прошло... Как там майор? Где он?
– Воды...
– попросил Дарофеев.
Мафиози моментально сбегал на кухню и протянул Игорю Сергеевичу полный стакан. Целитель его жадно выпил и лишь после этого смог сказать:
– Я его нашел, но мне помешали...
По мере рассказа Пономаря, глаза Корня постепенно округлялись, а круглое лицо на глазах вытягивалось, но недоверия Репнев не высказывал никакого. Когда Игорь Сергеевич закончил, мафиози лишь покачал головой: