Оборотень
Шрифт:
Найти маленькую входную дырочку под рубашкой и шерстью было непросто. Тем более, она почти заросла. Даже перевязка не нужна.
— Свинцом стреляли, — речь Валеры была ещё не совсем внятной, челюсти ещё не приняли прежний вид. — Попугать хотели, сволочи.
— Валерчик, кто они? — отняв руку, Таня увидела на пальцах шерсть — Валера начал стремительно линять.
— Упыри. Вампиры. Танюха, нам сматываться из города надо.
— Конечно, конечно, — она снова погладила мужа по лицу. Снова между пальцев осталась шерсть.
— Сейчас один мужик
Таня кивнула. Семеновская трасса проходила по набережной, только балку пересечь. И эта дорога между гаражами была самой короткой, напрямик. Однако ей мгновенно пришло в голову — и, поглядев Валере в лицо, она поняла, что он о том же думает, — что эта же дорога и является самой пустынной, пролегает через заросли незастроенной и ничьей земли под ЛЭП.
— Солнце уже низко, — сказал Валера. До полного заката осталось ещё много времени, но в балке между холмами уже залегла плотная тень.
Но, с другой стороны, босая женщина и заросший, залитый кровью мужчина — тоже, кстати, босой — неизбежно привлекут к себе внимание на людных улицах, а обход балки займет не меньше получаса.
— Все равно лучше напрямик, — сказала Таня. — Побежали!
Они бросились вниз под гору — с той скоростью, на какую только были способны раненый и беременная, босые, по выщербленной бетонке. Потом бетон кончился, бежать по утоптанной земле стало легче. Таня, правда, наступила на бутылочный осколок, но обошлось, кожу он не пробил.
Внизу балки протекал загаженный ручей. Валера перенес Таню через него на руках. Дальше дорога пошла в гору, и довольно круто. Таня запыхалась, матка превратилась в какой-то напряженный шар, словно туго надутый мяч запихали в живот. Что-то толкалось внутри, но были это первые толчки ребёнка или кишечник шалил с перепугу — она не могла понять.
Потерпи немного, маленький, тихо просила она. Потерпи, солнышко, бедный мой щеночек. Ты ещё и родиться не успел, а тебя уже так ненавидят…
Когда грунтовка сменилась асфальтом, а вдоль дороги появились фонарные столбы, Таня решила, что они уже спасены.
И тут им заступили дорогу…
— Далеко ещё? — спросила Жанна в мобильник. Он что-то прошелестел в ответ, и Жанна передала Лидии:
— Тут на кольце свернем, нужно Генриха подобрать.
Лидия повела плечом. Генриха так Генриха. Подобрать так подобрать. Она, что называется, спала в оглоблях, куталась в глухую черную шаль и никакого энтузиазма насчет травли оборотней не испытывала.
Генрих, к её удивлению, оказался человеком. Хотя чему тут удивляться, как бы вампир выслеживал оборотня днем?
— Объезжай по второй Колхозной, — сказал он Жанне. — Эти красавцы рванули напрямик через балку, Грета жмет их сзади, а мы выйдем наперерез.
В руках у Генриха был пистолет с глушителем. Лидия отметила также некоторый непорядок в одежде — куртка надорвана и запылена.
Жанна засмеялась и, не щадя поворотного механизма
Свернув на Семеновское шоссе, Жанна вырулила на еле заметный поворот: пешеходная дорожка в балку. Это, конечно, запрещалось правилами, но когда вампиры считали, что правила писаны для них?
Узкую дорожку машина закупорила почти полностью. У Лидии это даже пожатия плечами не вызвало: какой смысл, вервольфа ведь хлебом не корми, дай побегать по пустоши. Но когда жертвы показались в конце тропы, задумка стала понятна: женщина хромала и вдобавок была беременна.
— Повеселимся! — Жанна вышла из машины и захлопнула дверь. Лидия нехотя последовала её примеру.
Из кустов появились ещё вампиры — одетые в темные глухие «дневные» костюмы, на ком — понтовые мотоциклетные кожанки с закрытым шлемом, на ком — нелепые треники и худи с большими капюшонами… Они окружили пару вервольфов со всех сторон.
— Ну что, — снизу по тропинке неспешно поднималась кудрявая блондинка в готическом платье, — возобновим беседу об аборте?
За спиной блондинки двигались ещё трое. Вервольф пригнулся и глухо зарычал. Он не собирался сдаваться без боя, но Лидия оценила его шансы как нулевые. Вампиры ненавидят оборотней, не в последнюю очередь потому, что оборотни лучшие бойцы. Но против восьмерых вампиров и вооруженного человека (себя Лидия не посчитала, потому что драться не собиралась) вервольф никогда бы не выстоял.
Двое вампиров бросились к женщине и схватили её за руки. Вервольф рывком повернулся к ним — но когти вампира сжались на горле его жены, и он умудрился остановиться посреди прыжка. Женщина попыталась кричать, ей зажали рот.
— Это будет не больно, — продолжала блондинка. — Нет, я соврала, больно. Но быстро. Один пинок — и все, — она засмеялась, ещё несколько вампиров с ней.
Лидия не разделяла пристрастия к тупым шуткам. Ей не нравилась эта девица. Но вервольф оказался тоже не особенно умен.
Он полностью трансформировался, одним прыжком достал до вампирки и зубами вырвал ей горло.
Вампиры тут же оставили Таню и кинулись на помощь компаньонке. Таня, упав на задницу, быстро отползла к краю дорожки, попыталась встать, но ноги не слушались.
Вампиры набросились на волка, размахивая цепями и дубинками. Таня закричала, вторя вою Валерия.
Драка кончилась быстро: вампиры просто задавили числом, а Валера не успел выпутаться из обрывков рубашки. На него с гадким гоготом надели строгий ошейник, а конец поводка привязали к фонарному столбу. Он пытался вырваться, но шипы впивались в шею. Таня бросилась к нему, обхватила его за лохматое туловище и попробовала держать так, чтоб он не рвался и не причинял себе боли, но он был слишком силен. Вампиры сгрудились кругом, свистя и улюлюкая, тыкали палками в его морду и туловище. Таня попыталась закрыть собой Валеру, но он извернулся и подмял её под себя, припал на окровавленные лапы и утробно зарычал.