Оборот

Мак Виктор

Что они так очкуют? Может тут незаконно мусор выкидывать? Вот они и смываются чтобы не попасться.

Или они местных обитателей боятся? Мысль о том, что я тоже местный обитатель и меня тоже бояться, немножко подняла настроение.

После себя очкуны оставили кучу деревянных обломков, которую подожгли. Немного поковыряв ногой в куче деревянных обломков, нашёл подходящую доску. Вот и огонь есть.

Мелькнула мысль о найденной в такой же куче монетке. Ладно оставим на потом. На палке, которую держал в руке были вроде какие-то

письмена. Приблизил чтобы получше рассмотреть.

Палка тут же вспыхнула ярким сиреневым цветом, ослепив глаза. Ругнувшись откинул её в сторону и закрыл глаза, пытаясь проморгаться. Это их и спасло. Потому что в следующий миг на том месте куда я её кинул, вспух красный шар, видимый даже моими ослепшими глазами. Раздался звук взрыва и меня откинуло назад взрывной волной.

Да что за херня? Эти придурки что, просроченные боеприпасы на свалку выкинули что ли? Теперь понятно почему они так быстро смывались.

– Это людская магия,– раздался глубокомысленный голос тёмной.

– Это людской идиотизм, гранаты бл*ть в костёр бросать.

– Что в костёр?

– Гранаты. Оружие, которое взрывается. Ааа, долго объяснять, забей.

Пока я лежал и вёл бессмысленный диалог, огонь подобрался к остальным "дровам". Вспыхнуло сразу несколько досок. Я резко перевернулся на живот и закрыл голову руками. Раздавшийся взрыв толкнул в спину и сверху посыпались обломки.

Бегом на хрен отсюда!

Отбежав за холм, стал чтобы отдышаться. Ярость против малолетних засранцев снова поднялась и требовала выхода. В лагерь смысла возвращаться нет. Пора на восточную дорогу за мстей. По пути заглянул на речку. Тут тоже похозяйничали. Уже спокойно посмотрел на разрушенный загон. Меня конкретно выживали. Ну, ещё посмотрим кто кого.

Вот и знакомый мостик. Так, дальше повнимательнее. С обеих сторон вдоль речки трава была вытоптана. Здесь часто ходят люди. Сначала решил пройтись по течению.

Спустился и пошёл по тропинке, петляющей за изгибами речки. Деревья, красивыми колеблющимися в такт с ветерком тенями, ложились передо мной.

Вслед за секундным расслабляющим порывом пришла тревога. Я на вражеской земле, расслабляться нельзя. Деревья расступились и показались деревянные строения. Осторожно приблизился. Было тихо. Но хрен его знает.

– Тут нет никого, - заявила тёмная.

– И ничего?
– спросил я, вспомнив костяную хрень.

– Я не чувствую опасности.

Ладно, поверим. Вблизи строения оказались деревянными сараями без окон и не заперты. Один был пустым, в другом стояла лодка. Интересно. Не уверен, но вроде бы эта речушка впадает в ту, что течёт через город.

Кто-то регулярно плавает отсюда в город. Вопрос зачем? И не мои ли это "друзья"?

Вернулся обратно к мосту. Теперь пойдём в

другую сторону. Идти, однако, пришлось недолго. Едва я углубился в густые заросли тёмная предупредила об прячущихся людях. Непонятно было или это на меня устроили засаду, или они там что-то стерегут.

В любом случае решил повернуть, и подобраться к этому месту с другой стороны. Пройдя по дороге с полкилометра свернул в лесную чащу. Пришлось продираться через густые заросли кустарника.

Местность немного поднималась и вскоре я оказался на вершине полого холма. Кусты закончились. Впереди простиралось поле, разделённое на аккуратные полосы. Оно было заполнено высокими растениями с большими жёлтыми цветами. Вроде подсолнухов, только на одном стебле росло по пять, шесть бутонов. Огород чей-то?

Я присел у крайних кустов, оставаясь под их прикрытием. А вот и те, кто его возделывал. Прямо напротив меня двигалась странная парочка. Одетый в одни штаны, босоногий парнишка с торбой в одной руке и небольшой палкой в другой.

Парнишка подходил к растению и подносил торбу к цветку. Затем осторожно бил палкой по бутону. От удара с него сыпалась какая-то блестящая пыль, которая падала прямо в торбу.

Не знаю почему, но у меня закрадывались смутные подозрения. Что-то было не так.

Второй человек шёл на некотором расстоянии от первого. Несмотря на жару он был одет в плащ. Руки и ноги тоже закрыты одеждой. На лице повязка. Больной что ли?

Они подошли ближе, и я смог разглядеть лицо парнишки. Оно прям светилось спокойствием и умиротворением. Как будто он занимался самым хорошим на свете занятием. Слишком уж хорошим.

Подозрения в неправильности происходящего усилились. Сбоку от меня послышался какой-то шум. Переместился туда. Там была такая же тропинка и такая же странная парочка. Только пыль собирала девушка.

Шум произошёл от того что, запнувшись об корень она упала, но продолжала лежать. Всё с той же счастливой улыбкой. Неестественно счастливой.

Да что тут происходит? Её сопровождающий подошёл и размахнувшись ударил девушку сапогом в бок. От удара её протащило по песку и камням тропинки, сдирая руки в кровь. Но она не перестала улыбаться.

Да они обдолбанные в конец, дошло до меня. Это не огород, нахрен, это наркополе. А эти херовы наркоманы собирают с цветков дурь, под присмотром тех, кто в плащах.

– Про что ты сейчас говоришь? Я не вижу смысла в твоих словах,– вмешалась тёмная.

– Про один из самых страшных человеческих пороков. Даёт всепоглощающее чувство блаженства, взамен забирает жизнь. Там, откуда я родом, за распространения этой заразы самой справедливой мерой наказания считалась смертная казнь.

– Не понимаю, что может быть ценнее жизни. Если не хочешь жить не надо было рождаться.

– Не пори чушь, мы не выбираем рождаться нам или нет.