Обокрасть императора
Шрифт:
— Согласиться с чем? — я со счастливой улыбкой смотрела в сияющие золотые глаза. Думать? Не-ет, сейчас я на такой подвиг не способна.
Вместо ответа мулиа протянул на ладони резной серебряный перстень. Большой черный камень в центре окружало кольцо из изумрудов.
— Это семейная реликвия. Я хочу, чтобы ты его носила. Что бы ни случилось, смотри на него и вспоминай меня. Как далеко бы ты ни была, я приду за тобой. Помни, как я люблю тебя.
— Но… — я переводила взгляд с украшения на капитана. Его речь слишком напоминала прощание, заставляя насторожиться.
— Только императорские семьи, — Шуаро встал одно на колено. — Я — Алерр Р'Гархата эр Раййа А-Шуро, наследник империи Мулиа в изгнании. Ли, ты станешь моей женой?
Замуж за… капитана? Императора? Нет, за Алька! Или все-таки Алерра… Крад, я запуталась! Во что я на этот раз влипла? Шуаро стоял передо мной на коленях и ждал ответа. Я еще раз взглянула на него. Хочу ли я быть с ним? Да, да и еще тысячу раз да! К крадам под хвост все сомнения! Тогда какого… я стою столбом и молчу? Сил хватило только на то, чтобы медленно кивнуть.
Капитан сам надел кольцо мне на палец и поднялся с колен. Перстень, казавшийся огромным, сжался и словно стал частью руки. От нежности, плескавшейся в глазах мулиа, замирало сердце. Неожиданно он лукаво прищурился. Что? Еще не все? Еще одного такого сюрприза я не выдержу!
— Теперь я с чистой совестью могу требовать исполнения супружеского долга, — Шуаро закинул меня на плечо и понес в каюту.
— Мы еще не женаты!
— А я авансом, — я полетела на ворох подушек, раскиданных по моей кровати. Альк, хищно улыбаясь, расстегивал рубашку. Крад! Как же я все-таки влипла!
Даген стоял на балконе своего дворца и наблюдал за многочисленными слугами, снующими по двору. С высоты суета придворных напоминала муравейник. Колонны военных готовились к погрузке, десятки флаеров летали над ардарскими садами, чудом не сталкиваясь. Император сжал медальон в кулаке.
— Волнуешься? — Нееруш, как всегда, подкрался незаметно.
— Что во фразе «Я хочу побыть один?» тебе не понятно? — беззлобно огрызнулся ардар.
— Мне понятно достаточно, чтобы ни в коем случае не оставлять тебя в одиночестве, — мулиа встал рядом с ним. — Интересный отсюда вид открывается. Зачем тебе столько охраны?
— Раккар настоял, — Даген усмехнулся. — Сам знаешь, с ним проще согласиться.
— Многовато, но нам всем так будет спокойнее. Тебя ведь сейчас не это волнует?
— Ты прав, сейчас меня волнует наглый мулиа, который, как всегда, появился не вовремя.
— Я надеюсь, ты говоришь про А-Шуро, потому что в противном случае мне придется обидеться, — с укором сказал Нееруш.
— Ты? Обидеться? — от удивления император обернулся. — Разве это возможно?
— Я качественно сыграю, чтобы ты поверил, — мулиа был доволен, что сумел привлечь внимание друга. — А теперь рассказывай, что случилось.
— Меня пугает эта поездка. Плевать на Космический Альянс и на Центавру, я прекрасно знаю, что ждет меня на заседании. Канцлер Лок опять будет
— Если ты так не уверен сейчас, что будет на приеме? Изгнанники не пойдут за слабым правителем. Ты должен будешь убедить их, что им действительно стоит вернуться.
— Я знаю, и боюсь, что с этой задачей мне не справиться.
— Страх тебе не поможет, — Нееруш погладил хатха, севшую на перила балкона. Ярко-красные птицы с золотыми глазами когда-то были верными спутниками императоров Мулиа. Наместник отказался их разводить, заявив, что не достоин такой чести. Только Даген продолжал выращивать хатха в надежде, что однажды их хозяин вновь взойдет на трон.
— Мне ничего не поможет, — ардар с грустью смотрел на яркую птицу, подставившую для ласки крылья. — Только чудо.
— А кто сказал, что чудес не бывает? Взять хотя бы этих птиц. Они никому в руки не даются! Совсем одичали. А тебе верят. Птицы все чувствуют, Даген. Значит, поверят и остальные.
— Все готово? — наместник сидел в своем кресле, закинув ноги на стол. Напротив него расположился ардар с гладко выбритыми висками. Короткая стрижка уже не помогала скрыть седеющие волосы.
— Давно. Даген предложил своим советникам самим выбрать, кто с ним полетит. Добровольцев оказалось немного. Завтра утром мы покинем туманность.
— А потом тебя ждут пятьдесят дней зигзагообразного полета до Центавры, посещение отсталых планет, скучное заседание Альянса и чуть менее долгая дорога домой, — мулиа с притворным сочувствием посмотрел на собеседника. — Почему ты не хочешь доверить наемникам их работу?
— Потому что твои наемники не справились. Дважды. И если сын А-Шуро все-таки доживет до приема, в чем я уже не сомневаюсь, я хочу быть уверенным, что он будет молчать. А тебе советую, пока император прохлаждается в другой галактике, приглядеться к оставшимся советникам. Среди них есть молодые и амбициозные. Даген всегда прислушивается к нашему мнению. Если завладеем большинством голосов, император сам не заметит, как станет марионеткой.
— Так и сделаю, — наместник приторно улыбнулся. — Рад был увидеть тебя перед отлетом.
Ардар молча кивнул и вышел. Никакой радости он уже не чувствовал. Давний заговор тенью висел над ним, не отпуская и не давая спокойно жить. Он мечтал об одном: расправиться с сыном Раййи и перестать, наконец, вздрагивать от каждого шороха.
В огромном зале библиотеки вокруг массивного овального стола расположились император и его советники. Нееруш, вопреки сложившейся традиции, не прятался за полками, а сидел вместе со всеми. Уже несколько часов знатные ардары и мулиа пытались убедить Раккара, что три корабля класса «уничтожитель планет» в эскорте — это все-таки слишком.