Обманы

Майкл Джудит

Они пришли из десяти избранных мужских и женских школ, расположенных на берегу Женевского озера, и они знали друг друга многие годы по различным событиям светской жизни, поездкам в великие столицы Европы и на спортивные состязания. Только что, утром этого дня, они участвовали в соревнованиях ежегодного спортивного фестиваля Женевского озера, последний раз использовали шансы завоевать призы для своих школ. Их имена были выгравированы на бронзе и серебре за победы в стрельбе из лука, парусном спорте, хоккею на траве, плавании, верховой езде и футбольных состязаниях. С утра до полудня молодежь боролась, их кожа покрыта пылью и потом, мускулы охвачены жаждой победы. Теперь —

вылощенные и мудрые — они тоже участвовали в своего рода спортивном состязании. Предполагалось, что среди молодежи возможны брачные союзы.

Стефания в облаке лимонно-желтого шифона, с волосами, ниспадавшими тяжелыми волнами ей на спину, сидела в золоченом кресле за одним столом с Деной и Анни, ожидая, когда подойдет Сабрина. Она должна была поговорить с ней. Так много всего произошло, столько разных чувств плясало внутри нее, и ни с кем другим она не хотела делиться ими, даже со своими близкими подругами.

Не то, что она нуждалась в Сабрине так, как привыкла в прошлом. Теперь у них была разная жизнь, разные друзья. С самого начала, когда они только прибыли на холм с берега Женевского озера, они держались вместе, рассматривая дорогу, которая пробиралась среди виноградников. На вершине холма девочки прошли через железные ворота в парк, и подошли к квадратному каменному замку. Это и был «Институт Джульетт». Стефания была размещена в комнате на четвертом этаже вместе с Деной Кардозо, а Сабрина — на третьем, с Габриэль де Мартель. Там они жили и учились вместе со ста двадцатью другими юными леди целых три года. Они никогда не жили так долго на одном месте.

Раньше Сабрина и Стефания все время проводили вместе. В швейцарской же школе жизнь изменилась. Они вместе посещали занятия по изобразительному искусству, обе вошли в спортивную команду по хоккею на траве, но в первый же год пребывания в школе Сабрина предпочла заняться парусным спортом, стала капитаном команды, под ее руководством команда завоевала первые места в четырех гонках. Стефания же занималась бегом с препятствиями и вместе с Деной и Анни Макгрегор принесла школе четыре приза.

Сестры учились и занимались спортом в различных группах, но они всегда чувствовали присутствие друг друга. Они также обедали вместе или встречались по праздникам, гуляя отдельно от всех.

— Эй, — сказала Дена, после того как официант наполнил их бокалы шампанским. — Ты опять задремала. Очнись. Я хочу предложить тост. — Она подняла бокал. — За наш колледж, черт его подери.

— Не глупи, Дена, — прервала ее Стефания, перестав искать глазами Сабрину. — Ты же не хочешь оставаться в средней школе.

— Я хочу, чтобы вы были моими подругами по комнате.

— Тогда поехали с нами в Париж.

— Вы поступите в Брин-Мор вместе.

— Я хочу в Париж, Дена, в Сорбонну.

— Ваши родители решили отправить вас в Брин-Мор.

— А мы настроились учиться в Сорбонне. Должны же они понять, что мы все равно своего добьемся. Дена удивленно подняла брови:

— Круто сказано.

Стефания покачала головой. Сабрина решила все уладить сама. Она расскажет об их планах родителям и настоит на своем, даже если придется жить на свои собственные деньги, завещанные дедушкой. Лаура и Гордон хотели, чтобы девочки поехали в Брин-Мор, потому что Лаура когда-то училась там и к тому же для девочек настало время пожить в Америке. Но Сабрина и Стефания хотели в Париж. Все эти годы они мечтали об этом.

— Ты не видела Сабрину? — нетерпеливо спросила Стефания. Скоро начнутся танцы, и у них уже не будет возможности поговорить.

— Не видела с хоккейного матча, — ответила Анни. — Но там был твой Чарльз. —

Она сделала паузу. — У него очень приятное лицо. — Она замолчала в надежде, что Стефания доверит ей свои тайны. Но поскольку она продолжала молчать, Анни спросила напрямик: — Куда ты отправилась днем после матча?

— На прогулку, — сказала Стефания, глядя на Чарльза, сидевшего вместе с ребятами из своего класса. Она чувствовала, как его тонкое, красивое лицо улыбается друзьям, точно так же, как оно улыбалось ей, когда он провожал ее после проигранного матча.

Они с Чарльзом отправились обедать в Лозанну. В маленьком кафе с красными столиками и белыми занавесками они были совсем одни, без учителей-соглядатаев. Стефания поплакала немного о проигрыше.

— Я слишком робкая, — сказала она сквозь слезы. — Бросаю все силы на одну атаку, чтобы заработать очко. Не знаю почему. Сабрина смогла бы…

Но Чарльз заверил ее, что она замечательная, грациозная и прекрасная.

— Всем известно, что техника и мастерство важнее, чем сила, — заявил он. — Тебе и не нужно быть агрессивной. Вспомни, как тебя приветствовали. — Он говорил еще и еще, пока всхлипывания Стефании не прекратились и она стала чувствовать себя не так уж безнадежно. Она склонилась к нему, счастливая и доверчивая, думая, что влюбилась. Его голос изменился. Стефания понимала, что Чарльз попытается предложить ей дойти в маленькую гостиницу, но для него это было впервые, и он никак не мог решиться. А Стефания, такая же неопытная, как он, не знала, как ему помочь. Во время своих разговоров о сексе с подругами они целыми часами обсуждали, как сказать «да» или «нет», но никто не заикался о том, как самой проявить инициативу.

Теперь, глядя на него сквозь толпу выпускников в бальном зале, Стефания вспомнила его руку, обнимающую ее за талию, когда они часами разговаривали и втайне думали о гостинице по соседству. «Я люблю Чарльза», — подумала она и улыбнулась своим мыслям.

— Ах, — продолжала Анни, — хорошая была прогулочка. — Но Стефания молчала. Единственной, с кем она могла поговорить о Чарльзе, была Сабрина. Но Сабрины нигде не было видно.

Под музыку вышли директора Объединенных школ, которых встретили аплодисментами. Оркестр сыграл традиционные школьные гимны и наконец-то первый вальс. Огни медленно погасли, и синяя вечерняя мгла осветилась сотнями свечей, мерцавшими как маленькие звездочки. Бальный зал пришел в движение, и молодые люди толпились возле Стефании, приглашая ее то на один танец, то на другой. Она задумчиво скользила глазами по залу, мечтая о Чарльзе.

— Жаль, что так прошел матч, — сказал один из молодых людей, вернув ее из мира грез на землю. Она слегка кивнула. — Однако на тебя было очень приятно смотреть, — добавил он ласково. — Девушки на поле обычно неинтересны, но ты была так красива, что я действительно наслаждался матчем.

Стефания посмотрела на него:

— До чего же глупое замечание.

— Эй, — сказал он, оправдываясь, — я только имел в виду…

— Знаю я, что ты имел в виду. — Он ее не интересовал. Ей нужен был Чарльз. Где он? Почему он не приглашает ее на танец?

— Извини меня, — сказала она и пошла прочь, двигаясь как тень среди танцующих пар. Затем она увидела Чарльза. Он стоял в укромном уголке, доверительно разговаривая с какой-то девушкой в голубом платье. Ее тяжелые волосы были заколоты на затылке. «Сабрина!» — подумала Стефания и решительно шагнула вперед. Как интересно обнаружить их здесь обоих…

Стефания остановилась, увидев лицо Чарльза: страстное, нежное, обожающее. Они провели целый день вместе, и он не однажды так смотрел на нее…