Обманутый
Шрифт:
— Хорошо, — кивнул Квин. — И не закрывай форум, чтобы мы сразу увидели ее сообщение. Завтра я устрою ее в безопасном месте.
— А почему не здесь? — спросил Нейт.
— Здесь слишком много людей, — ответила Орландо.
— Похоже, завтра у нас очень много дел, — заметил Нейт. — Пожалуй, я пойду спать. Встретимся утром.
— Не уходи, — остановил его Квин. — Нужно еще кое-что сделать.
— Уже первый час ночи, — напомнил Нейт. — Нельзя подождать до утра?
Квин лишь молча посмотрел на него.
— Я знаю, о чем
Квин повернулся к ней.
— У нас нет выбора. Маркофф умирал, но постарался сообщить нам об этом.
— Возможно, это ловушка. Тебе такая мысль не приходила в голову? — спросила Орландо. — Может быть, буквы и цифры на стене контейнера написал вовсе не Маркофф.
— Но если это сделал он, я не могу их проигнорировать.
— Извините, — вмешался Нейт, — но что мы собираемся делать?
— Надень что-нибудь темное, — коротко сказал Квин ученику. — Встречаемся в вестибюле через десять минут.
Квин оделся и вернулся в гостиную с рюкзаком, набитым разными полезными вещами. Он с удовлетворением отметил, что за столом сидит только Орландо. Однако у нее было встревоженное лицо.
— Нам потребуются средства связи, — сказал Квин.
Орландо указала на свой рюкзак, что лежал рядом на полу. Там Квин нашел три коробочки, напоминавшие MP3-плееры. Любопытному таможеннику всегда можно объяснить, что это подарки, хотя на самом деле это рации. Квин взял две, для себя и для Нейта.
— Что-то еще? — спросил Квин, глядя через плечо Орландо на экран компьютера.
— Нет. Телефон Дженни выключен. — Она посмотрела на Квина. — Возможно, мне лучше пойти с вами.
— Нужно, чтобы ты оставалась здесь. Вдруг Дженни выйдет на связь.
— Неужели ты думаешь, что это вероятно? — проворчала Орландо.
Он посмотрел на компьютер.
— Пока нас не будет, ты можешь выяснить, где остановится конгрессмен. И LP — кто-то должен знать, что это значит?
— О Гуэрреро я уже все выяснила.
Квин улыбнулся, совсем не удивившись.
— Он зарезервировал номера в двух разных отелях, — сказала Орландо.
— У кого-то началась легкая паранойя. И где же?
— В «Шератоне» и, естественно, в «Раффлз».
«Раффлз» был самым известным отелем Сингапура и одним из самых знаменитых в мире. Огромный и роскошный, он оставался лучшим более столетия. Именно в одном из его баров — «Лонг баре» — придумали сингапурский слинг. [16]
16
Смесь джина или другого спиртного напитка с водой и сахаром.
— Он остановится в «Раффлз», — сказал Квин.
— Пожалуй, я согласна. — Орландо нажала еще на несколько кнопок, а потом подняла взгляд на Квина. — Ты и в самом деле думаешь, что разумно идти туда ночью?
—
— Ты не знаешь, что найдешь там. Возможно, не сможешь даже приблизиться к источнику сигнала.
— Маркофф не просто так указал на это здание. Мне нужно хорошенько изучить подходы к нему.
Орландо повернулась к монитору.
— Тебе не стоит туда ходить.
— А тебе стоит отдохнуть, — сказал Квин. — Ты стала слишком легко раздражаться.
Она нахмурилась, но ничего не ответила.
— Будет очень мило, если ты скажешь, что подождешь меня. Но это не обязательно, — сказал он.
— Только не делай ничего сверхглупого, ладно?
Три часа утра.
Улицы вокруг «Прибрежных вилл» были почти пусты. Квин не видел никого, кроме охранника, сидевшего в стеклянной загородке перед монитором. Впрочем, из этого вовсе не следовало, что он один. Квин решил, что еще один охранник наверняка обходит здание. На всякий случай следовало предположить, что где-то находятся еще два — по одному в каждой башне.
Передняя часть здания была освещена очень грамотно. Огни заливали фасад, оставляя теневые участки, где можно было спрятаться. Как и рассчитывал Квин, входная дверь освещалась особенно хорошо.
— У нас должно получиться, — сказал он.
— Хорошо, — ответил Нейт.
Квин вытащил из рюкзака небольшой предмет, напоминавший складной театральный бинокль. Это действительно был бинокль, обладавший уникальным свойством — он обеспечивал ночное видение. Не слишком нужное в театре, но необходимое в иных местах. Квин протянул бинокль Нейту.
— Если охранник зашевелится, сразу давай мне знать.
— Всякий раз? — уточнил Нейт.
— Да, всякий раз.
Квин спрятал провод передатчика под рубашку, чтобы он за что-нибудь не зацепился. Затем вставил наушник в левое ухо.
— Проверка, проверка, — сказал он, испытывая маленький микрофон, прикрепленный к наушнику.
— Я вас слышу. — Голос Нейта донесся с двух сторон — рядом с Квином и из наушника. — Что мне говорить, если нужно будет срочно уносить ноги?
Квин посмотрел на ученика.
— «Проваливай к дьяволу» вполне годится.
— Хорошо, — согласился Нейт. — Удачи!
Квин улыбнулся и двинулся вперед.
Он обошел здание сбоку и вновь оказался на променаде, идущем вдоль реки. Как и фасад, задняя часть «Прибрежных вилл» была хорошо освещена. Однако свет здесь был не таким ярким, как у главного входа, а что еще важнее, отсутствовал пост охраны. Тем не менее Квин заметил две камеры наблюдения.
Справа и слева от входа шел ряд колонн диаметром в два фута. Они образовывали узкий портик, который украшал здание, но не имел никакой практической пользы. Над колоннами, вдоль второго этажа, располагались фальшивые окна, утопленные в стену и забранные подобием решетки. Выше начиналась плоская крыша патио. Она и помогла решить задачу.