Обманутый
Шрифт:
Незавершенный остался наедине с Существом, Не Имеющим Пола.
– Да, это я, – произнес юноша в ответ на его мысли. – Я дало тебе возможность спрятаться от Семидесяти Семи и завладеть Зеркальным Амулетом. Добро пожаловать в мои владения! Они так далеки от любых обитаемых мест, что здесь никогда никого не бывает. Из этих территорий легко проникнуть в любое место Хаоса, но зато сюда почти невозможно попасть. Еще бы, – ведь это ландшафты Отшельника... Допускаю, что они покажутся тебе немного однообразными, но согласись – это небольшая плата за все, что ты приобрел. Ничто не должно отвлекать Отшельника от медитаций...
– И как долго мне придется скрываться
– Ты сможешь вернуться обратно, когда захочешь, – сказало Суо и в его голосе звучали нотки презрения. – Тебе больше не угрожают Сущности. Если тебе взбредет в голову отомстить, Зеркальный Амулет сделает это.
Некоторое время Человек Безымянного Пальца ошеломленно молчал, опасаясь какого-нибудь нового подвоха. Мерцающие камни непрерывно двигались в ладонях Существа из Мертвых Времен и мешали Сенору сосредоточиться.
– Ты тоже скрывалось здесь от Семидесяти Семи? – осторожно спросил он, наконец.
– Ты ничего не понимаешь, Глупец, – с тихим смешком сказало Существо Суо. – Они принимают меня за Утраченную Сущность. Когда-то их было Семьдесят Восемь, но одна из Сущностей была потеряна. Они называют ее Отшельником и полагают, что я и есть этот самый Отшельник. Ведь я умею все, что умеют они, по крайней мере, не составляет большого труда убедить их в этом.
– Но зачем? – странное поведение Суо не вызывало у Сенора ничего, кроме дурных предчувствий.
– Затем, что мне нравится здесь. Пока. Я сильнее их всех, вместе взятых. И кроме того, для них почему-то очень важно найти Утраченную Сущность. Я хочу знать – почему. Когда Сущности соединятся, должно произойти что-то значительное, и может быть, я приобрету кое-что для себя...
– Но ты ведь и так имело почти все в Мертвых Временах!
Лицо Суо вдруг изменилось и стало на мгновение лицом женщины с драгоценными камнями вместо глаз. В самом этом превращении не было ни малейшего намека на угрозу, но придворный Башни чувствовал себя так, словно кто-то держал в равнодушных пальцах его трепещущую жизнь, раздумывая, что делать с нею...
– Я надеюсь приобрести гораздо больше, – проговорило, наконец, Суо. Ледяные пальцы разжались, оставив Сенора в живых. – Разве не за этим ты привел меня сюда?
Холодный Затылок был уверен в том, что Существо, Не Имеющее Пола, говорит меньше, чем знает, но то, что Суо до сих пор оставалось здесь, свидетельствовало о многом. В любой момент оно могло превратиться из союзника в страшного противника и, откровенно говоря, Сенор боялся этого больше, чем всех демонов Тени, вместе взятых.
– Пойдем со мной и ты получишь все, что хочешь, – сказал он, теряя всякую надежду.
Суо засмеялось холодным безжизненным смехом.
– Глупец, ты забыл, кто ты и кто я! – сказало оно, отсмеявшись. – Я отпускаю тебя с Зеркальным Амулетом, разве тебе этого мало? От тебя требуется всего лишь воспользоваться амулетом, а я доиграю свою игру... Я – Отшельник, Семьдесят Восьмая Сущность, и не советую тебе кого-либо разубеждать в этом!
То, что Сенор услышал, противоречило всему, что он знал о Существе из Мертвых Времен, но спорить было бессмысленно и опасно. С самого начала никто никому не был должен. Никто никого не предал. Суо и так сделало для Незавершенного слишком много, даже не желая этого. Сейчас он лишился своего неуязвимого спутника и может быть, приобрел смертельного врага. Все зависело от того, чего ожидало достичь Суо, когда Семьдесят Восемь Сущностей воссоединятся. Возможно, произойдет катаклизм, который перевернет
– Тогда я возвращаюсь, – сказал Незавершенный, чтобы не оставлять между собой и Суо мучительную недосказанность. Он слишком очеловечил Существо, Не Имеющее Пола, и до сих пор не представлял себе глубину пропасти, которая разделяла их на самом деле. К тому же, один край этой пропасти был неизмеримо ниже противоположного...
На бездумном и вечно юном лице Суо не отразилось ничего, как будто он разговаривал с изображением на гобелене. Больше говорить было не о чем. Сенор повернулся и пошел прочь. На его шее болтался и отбрасывал отражения тяжелый предмет из металлических нитей и обломков зеркал. Амулет всегда оставался холодным и его было невозможно согреть.
Никем не преследуемый, герцог долго шел во мраке, где не было ни единого проблеска света, пытаясь вызвать изменение ландшафта и каждое мгновение ожидая того, что неведомая твердь под ногами перестанет существовать. Ему было страшно, но еще страшнее было оставаться возле Существа из Мертвых Времен.
...Через много тысяч шагов темнота впереди подернулась рябью, а за нею обнаружился уже совсем другой мир. Ландшафты, сквозь которые он двигался, сменились несколько десятков раз, прежде чем Сенор увидел вдали неясную колеблющуюся тень.
Тень превратилась в стебель, торчавший из бездонной черной воронки, а на его вершине тяжелой бесформенной каплей висел Замок Крика.
Итак, он вернулся в свои владения и пережил ужасное время, ожидая мести Семидесяти Семи и того мгновения, когда Валет Пантаклей, Красный Вдовец и Араван придут за Зеркалами Короля Жезлов. Но мести не последовало и никто не побеспокоил герцога в его замке у самых границ исчезнувшего королевства.
Постепенно он снова был втянут в бесконечные войны и интриги, стал свидетелем чужих смертей, которые не были смертями, и рождений, которые не были рождениями. Воплощения извращенных замыслов Сущностей шли на приступ в изменяющихся ландшафтах Тени, создавали и разрушали города и империи, но между герцогом Йердом и Богами Земли Мокриш возникла и больше уже не исчезала стеклянная стена, отделившая его как от страха, так и от удовольствий. Теперь ничто не затрагивало его слишком сильно и он оказался в довольно странном положении, – посреди мира, которого он не понимал, и без всякой надежды на окончание собственных повторений.
Потом эти игры наскучили ему. Длинная череда событий, протянувшаяся сквозь вечность, в которой не было места даже покою небытия, бег по кругу, погоня за новыми наслаждениями или безнадежное бегство от скуки, стремительно пожирающей душу...
Ничего не давалось даром. Он вдруг ощутил себя марионеткой, ускользнувшей от жизни. Так ли уж отличались друг от друга те, кого он любил? Таким ли уж важным было все, чего он добивался и все, что он терял? Не осталось ничего, что он не мог бы утратить без сожалений... Желания и муки, длившиеся вечно... Безграничная свалка ощущений... Никчемность того, что он имел, и бесцельность любого из путей... Бесконечное и, в конце концов, безрадостное колебание между полюсами ненависти и любви, нищеты и богатства, ничтожества и власти...