Обманутые сердца
Шрифт:
– Пойду собирать вещи, – голос Трекстона звучал сердито и раздраженно.
– Трекстон, Трейсу она нужна больше, чем тебе, – тихо сказала Евгения.
Трекстон остановился.
– Знаю, мама. Знаю. Все в порядке. Трейс хочет жениться. Ему нужна жена. А мне – нет.
– Ошибаешься, – возразила Евгения и взяла сына за руку. – Тебе в жизни тоже нужна любовь, но ты сильнее Трейса. Ты встретишь другую женщину, – она посмотрела в сторону открытой двери, выходившей в сад. – После смерти Майры Трейс сторонился людей. Был таким холодным и бесчувственным. Замкнулся в себе и не хотел видеть никого постороннего. Белль все изменила, вернула
Глядя на мать, Трекстон вдруг понял, какой усталой она выглядела, какой хрупкой и постаревшей.
– Мама, – он сел рядом. – Ты себя хорошо чувствуешь?
Евгения улыбнулась, но в глазах светилась не радость, а печаль.
– Со мной все в порядке, сынок, – она похлопала его по руке. – Однако эта война беспокоит меня. Я не хочу терять ни одного из своих мальчиков.
– Мама, этого не произойдет, – заверил Трекстон и криво улыбнулся. – Мы пережили нашего отца, сможем пережить и войну. В любом случае, она долго не продлится. Сомневаюсь, что Линкольн считал нас способными на ответный удар, но теперь, когда мы это сделали… – Трекстон пожал плечами. – Черт, конечно, война может разразиться, или, по крайней мере, сражение. Англия с Францией, скорее всего, станут на сторону Юга – они слишком много имеют с нашего хлопка. Евгения снова взглянула на дверь в сад.
– Надеюсь, сынок, ты прав, – она тихо вздохнула. – Я искренне надеюсь, что ты прав.
Трекстон встал.
– Мама, мне нужно собирать вещи. Я скоро спущусь, – он взбежал по лестнице и направился в свою комнату. Если бы не мать, его не было бы здесь уже через несколько минут, но он не мог так с ней поступить. Теперь Белль получит, что хотела, – мужа. Богатого мужа. Только бы она оставалась верной Трейсу. Эта мысль возбудила и вызвала образ обнаженной Белль, лежавшей под ним, их тела двигались в едином ритме. Будь все проклято! Ему следовало держаться от нее подальше. Как можно дальше. Трекстон достал из комода свои рубашки и запихнул в седельную сумку. Может быть, когда он вернется домой, то съездит в город и навестит Рози. Она всегда была рада его видеть, пока у него в кармане имелась золотая монета в десять долларов.
Трекстон стукнул кулаком по комоду. Он не собирался дожидаться утра, чтобы уехать. Просто не мог. Придется уехать прямо сейчас, до того как эта проклятая страсть к Белль снова возьмет верх и он совершит что-нибудь, о чем потом пожалеет. Он и так уже сожалел о слишком многом. Мать не поймет. А может, поймет? Он попрощается со всеми, воспользуется предлогом, что ночью ехать прохладно, и уберется отсюда ко всем чертям. Закончив укладывать вещи, обвел взглядом комнату. Скорее всего, он сюда больше никогда не вернется. Не стоит возвращаться в «Шедоуз Нуар» после того, как здесь навсегда поселится Белль. Ничего хорошего из этого не выйдет. Трекстон закрепил кобуру, застегнул на бедре тонкий кожаный ремешок и вложил револьвер. Белль Сент-Круа оказалась самой упрямой, самой самодовольной и дерзкой женщиной из всех, с кем он имел несчастье столкнуться. У нее сильный характер, она упряма и – Трекстон перекинул седельную сумку через плечо – страстна, как сама дьяволица.
За последние восемь лет Белль оказалась единственной женщиной, благодаря которой Трекстон испытал чувство, умершее в нем, как он считал, навсегда, чувство, которое убила Джульетта. И теперь эта женщина собирается выйти
В его теле вновь вспыхнуло желание, Трекстон выругался про себя и рывком распахнул дверь. Та с грохотом ударилась о стену. Спотыкаясь, он заковылял по коридору к лестнице.
Пропади все пропадом. Ни к чему такие мучения. Не нужно ему это, он этого не хочет, и, черт возьми, не собирается терпеть. Мать, при желании, может приехать к нему в Техас, или он сам приедет, остановится в «Сент-Луи», но сюда не вернется никогда. Трекстон никогда больше не вернется в Шедоуз Нуар. Не сможет сделать этого из-за Трейса.
Глава 27
Наконец страх за сестру побудил Белль к действию. Она сняла с крючка у двери плащ, набросила его на плечи и вышла из номера. И зачем только ждала так долго?
Белль торопливо спустилась по широкой лестнице отеля. Вестибюль наводнили толпы мужчин, громко и горячо обсуждая войну, которая, они не сомневались, вот-вот должна начаться. Под высоким куполообразным из разноцветного стекла потолком витали облака сигаретного дыма, а в воздухе повис тяжелый запах алкоголя. Белль пробила себе путь сквозь толпу и с облегчением вздохнула, обнаружив швейцара на своем посту у двери.
– Мне нужна карета, – задыхаясь, проговорила она.
Тот кивнул и посмотрел по сторонам, но кареты нигде не было видно. Швейцар снова взглянул на Белль.
– Я пошлю одного из посыльных приготовить для вас экипаж отеля, мисс. Вы можете подождать?
– Да, я подожду, – Белль начала расхаживать по тротуару.
Спустя десять минут подкатил экипаж и остановился перед входом, из него выпрыгнул посыльный. Белль с надеждой взглянула на швейцара, и тот жестом указал ей на экипаж.
– У меня нет никого, кто бы мог отвезти вас, мисс, – извиняющимся тоном произнес он.
Белль кивнула.
– Я справлюсь сама, – она оперлась на руку швейцара, и тот помог ей сесть в экипаж. – Благодарю вас, – девушка взяла вожжи и стегнула по крупу лошади. Та побежала рысью. Улицы были практически пустынны, через несколько минут она выехала за пределы города и быстро покатила по Ривер-роуд, которая освещалась только бледным светом луны.
Куда ушел отец? Белль задавала себе этот вопрос с того момента, как пришла в тюрьму, но так до сих пор и не нашла ответа. Она не сомневалась, что в Натчез он не вернется. Если власти решат, что его необходимо вернуть в тюрьму, то прежде всего будут искать в Натчезе и на плантации Сорбонтэ, и отцу это отлично известно. Куда же он мог пойти?
Вдруг Белль подумала, что знает ответ. «Рыцари». Могут ли они его прятать? Не они ли помогли ему бежать? У «Рыцарей» отец занимал пост генерала, это она выяснила из дневника Браггетта. Очевидно, он приехал в Новый Орлеан по делам организации, но Белль никогда не поверит, что он приехал убить Томаса Браггетта. Показались въездные ворота в поместье «Шедоуз Нуар». Белль натянула вожжи, поворачивая лошадь. Часть пути она проедет по подъездной дороге, затем оставит экипаж под одним из раскидистых дубов и пойдет до дома пешком. Если повезет, то проберется в комнату Линн незамеченной, хотя теперь это не имело значения.