Обмануть смерть
Шрифт:
«Опять у него начинаются головные боли», — отметил для себя Приск.
— Простите? — вежливо переспросил он, уж очень неожиданно сменилась тема.
— Пусть отдадут, если хотят соглашения!
«Господин наш Солнце! — мысленно вскричал «верный» секретарь. — Что ж его заклинило на этой идее! Империя рушится, важнейшие вещи решаются. На носу очередная Война богов снемалой кровью и без гарантии победы, если Джад Годрас, ведомый честью фема, упрется и не сдаст союзников, а этот маразматик все о своем».
— Не думаю, — сказал он вслух с доброжелательным выражением лица, — что с этим ожидаются какие-то сложности.
— Что?
— На подобного уровня переговорах такой пункт невольно насторожит. Будут искать подвох или требовать нечто взамен, пусть даже ремесленник три раза не сдался Годрасам. Раз просим — значит нужен и ценен. Может быть, слегка подождать и…
— У меня нет времени!
«А чтоб ты сдох! — подумал Приск с неподвижным лицом. — Столько столетий обходились, и вдруг приспичило прямо завтра».
— Мне надоело ждать! Я хочу до смерти увидеть результат!
«Надеюсь не успеешь. Вот же козел, всю комбинацию своими выходками ломает. Чтоб ты не дождался никакого заметного результата! Хотя… Если просто попросить об услуге, хотя бы для лечения маразматика… Это уж точно обойдется дешевле прямого условия, выставленного для достижения соглашения. А услуги… Пусть Ошидар считает, что я у него в долгу. Или первосвященник. Это уже мелочи. Жизнь не заканчивается завтра, пусть надеется на ответную услугу. Должника нередко берегут много трепетнееродича.
— Как прикажете, — низко кланяясь, произнес вслух.
А лекарь… В конце концов, он секретарь, а не высший жрец, и сроду не лез в теологические дебри, предоставив заниматься этим всем, кому положено. Пусть проверяют свои дикие теории. В экспедицию надо сунуть подходящего человека, и пускай хоть подземный ход через море роют. Для его целей происходящее не важно и не интересно. Боги, люди, души… Вот из кого бы собственноручно с большим удовольствием вынул душу, так это из сходящего с ума начальника. Нельзя пока. Прежде требуется наладить отношения с новым императором. Выборы — выборами, но утверждает первосвященника сидящий на троне. Как и егокоронует высший жрец Солнца. Друг без друга никуда. А вот в такой ситуации как сегодня можно слегка перетянуть одеяло на себя. И здесь уверенность Годрасов, что Храм —должник, даже полезна.
— И не задерживайте, — с угрозой приказал старик, — если Марван просто сбежит, бросив Легион, уже и наши предложения не станут котироваться. Победа и так окажется у них в кармане. Действуйте, время пошло!
Глава 3
ПРОРОЧЕСТВО
Легионеры
Они миновали кучу отрезанных рук и ног, над которыми, громко жужжа, вились довольные мухи; не сговариваясь, обошли по широкой дуге палатку, в которой продолжали трудиться военные лекари. Раздающиеся оттуда дикие крики боли и недовольный приказ: «Держите его, скоты!» — на приятный лад не настраивали.
Все вкруг было занято лежащими и сидящими людьми, нуждающимися в помощи. Кого-то приносили, кто-то добрался самостоятельно. Все с жуткими ранами. Слегка пострадавшие не станут заявляться
После расспросов они вышли, куда требовалось. Легионеров оказалось немного, вторую «баталию» кавалерия мятежников размазала целиком. Они взяли серьезную цену за свои шкуры, но живых там почти не осталось. Зато и обнаружился Навсар достаточно просто. Правда, сразу опознать оказалось сложно. Вся голова замотана окровавленными бинтами, одни глаза видны. Не мудрено, если словил саблей по башке. Еще счастливо отделался, мозги остались на месте. Поверхностное ранение. Крови много, а в целом ничего ужасного. Шрам через все лицо? Так солдат. Пусть найдут хоть одного бойца без шрамов. Моргалки на месте, руки-ноги тоже. Повезло. Да и неизвестно, как это будет смотреться, когда заживет. Может и ничего ужасного.
Навсар сам их окликнул, а то бы долго еще разглядывали лежащих в несколько рядов легионеров. Нижняя часть лица оставалась открытой, и он слабо улыбнулся, приветствуя. Ничего так, определил Феликс. Крови наверняка потерял много, однако бодренький. Бледность — ерунда. Хорошее питание все решает. В последние дни они насмотрелись на умирающих. Иногда будто печать в глазах. Глянешь, и ясно — не жилец. Объяснить это невозможно. Смерть пришла, и человек будто не хочет с ней бороться. А Навсар не таков. Он будет жить.
— Болит? — спросил Тор сочувственно и получил согласный кивок, сопровождаемый шипением. Движение явно отозвалось на раненом не лучшим образом.
— Зато живой, — жизнерадостно воскликнул Куш. — А Баграй с Ахмадом того, в поле остались.
Феликс резко пихнул его в бок.
— А что? — возмутился Куш, — ну не повезло, я тут при чем?
— Я видел, — сказал Навсар. — Они рядом были. Свой долг выполнили честно. Мы дрались до конца.
Опираясь на костыль (одна нога в гипсе), невнятно ругающийся коренастый тип в драной, заляпанной грязью и кровью одежде пробрался между лежащими и, осторожно вытянув больную ногу, присел рядом. Поставил рядом с Навсаром котелок. Физиономия у него с левой стороны была расцвечена всеми цветами радуги, но преимущественно черно-фиолетовым. Жизнерадостно улыбнувшись побитой усатой рожей, тип доложил:
— Каша пшенная с мясом. Неплохо вас кормят.
Тор уставился на когда-то красиво выглядевший простой черный мундир с явными следами от ремней и черно-серебряный шарф, на конце которого отчетливо просматривалась монограмма «Г», и с подозрением спросил:
— Что здесь делает этот кирасир?
— Не видишь, — недовольно сказал Навсар, — меня кормит.
— Пленный что ли?
— Я не сдавался! — возмутился тот.
— Я помог ему выбраться из-под убитого коня, и мы, цепляясь друг за друга, добрались до лекаря, — пояснил Навсар. — Честным солдатам незачем рвать глотки противнику после боя. Он стоял за своих, согласно присяге, я за своих.