Обмани меня

Тимофеева Ольга Вячеславовна

– Не было бы важно, я бы не звонила. 

– Ладно, скидывай адрес на этот номер.

Я сама оказываюсь там только через сорок минут. Наверное, на свою свадьбу я бы выбрала что-то более пафосное и дорогое, но Алиса просила попроще, хотя за все мучения Никифорова над ней, я бы раскрутила его на более крупную сумму. 

Просторная площадка перед рестораном, на которой можно устроить выездную регистрацию. Расставить стулья и создать антураж. Достаю блокнот и помечаю найти фирму, которая займется украшением. Побольше цветов. Фотозона. 

Надо

еще позвонить Васильеву, чтобы он освободил в своем плотном графике место для фотосессии. И видеооператора не забыть. 

– Да, - отвечаю на входящий от Михаила и оборачиваюсь в сторону стоянки, разыскивая в тени деревьев Михаила.

– Я на месте, где ты?

– Я сейчас подойду к стоянке и встречу. 

Специально выхожу на улицу, чтобы посмотреть на его автомобиль. BMW. Неплохо. Я, конечно, как Алиса, в годах выпуска не разбираюсь, но, значит, зарплату менеджерам подняли, раз он гоняет на черном бумере, по крайней мере, по внешнему виду не убитом.

Парень поправляет солнечные очки и вертит головой, осматриваясь по сторонам. Как будто оценивает это место больше на безопасность, чем на удачное расположение и тишину. 

– Что скажешь?
– окликаю его. Тут без посторонних и наедине язык наотрез сопротивляется выкать ему и давать понять, что я ставлю его выше себя и, тем самым, руководить.

– Нормально, наверное, от меня что надо?
– Правой рукой берется за дужку очков и снимает их. 

– Пойдем, - киваю в сторону ресторана и параллельно делюсь своими мыслями.
– Тут надо устроить регистрацию. Тут расставить цветы. Можно розы, пионы, засыпать лепестками дорожку до ресторана. Побольше. Вон там хорошие фотографии выйдут.

– Как считаешь нужным. Это ведь не главное. 

– Главное, чтобы они ни о чем не волновались и не переживали. Мы должны все сделать идеальным. 

– Мы?
– Он произносит это слово так, как будто никак не хочет нас объединять.
– Алиса сказала, что я должен только постоять на месте свидетеля. 

– А я, по-твоему, должна все делать одна?

– У тебя есть парень, можете делать вместе. Не знаю, как в Китае, а в России совместный труд сближает.

– Слышь, Матроскин, Ваня у меня и так работает и очень занят. 

– А я по-твоему отдыхаю и деньги мне сами сыпятся? Или моя работа не такая важная, как твоего Шаолиня?

– Да какая у тебя там работа, - бросаю в ответ на его шуточки и в следующую секунду жалею об этом. Светло-зелёная радужка превращается в тонкий ободок вокруг расширенного зрачка. Если он сейчас примет решение уйти, то мне и вправду грозит делать все дальше одной.
– Извини.
– Иду на опережение. Я нечасто извиняюсь, но сейчас надо. Если он уйдет, вернуть его будет сложно или даже невозможно, а одна я не справлюсь.
– Ты свидетель, они твои друзья. Ты же хочешь, чтобы они были счастливы и запомнили этот день, как самый лучший?
– Я смягчаю тон и скромно улыбаюсь.

– Я хочу есть. 

На

первый раз повезло. Через десять минут мы занимаем столик на террасе в тени и ждем заказанный им обед.

– Думаешь, ей действительно понравится вся эта розовая мишура, о которой ты говорила?
– После нескольких минут раздумий делает заключение Миша. Я вижу, что у него есть какие-то идеи, но мне они уже кажутся провальными. Менеджер по продажам будет учить меня, как сделать вечер стильным?!

– Она же девочка.

– Пффф, - смеется в ответ.
– Ты плохо знаешь свою подругу.
– В диалоге он постоянно смотрит в глаза. Иногда мне даже хочется спрятаться от этого взгляда, так и норовящего залезть поглубже. 

– А ты, можно подумать, хорошо ее знаешь?

– Думаю, она изменилась за эти полгода, возобновив отношения с Марком. 

Я внимательно наблюдаю за тем, как он ест. Он не наклоняется низко, держит спину ровно. В нем, определенно, есть какие-то манеры. 

Он водит неплохую машину. При этом работает менеджером. Поев, промакивает рот салфеткой и убирает в сторону. 

Я пью только кофе без сахара и молока. Ване нравятся стройные девушки, а мне нужна истинная мотивация, чтобы держать себя в форме. 

– Ты не ешь?

– Нет, я не голодна.
– Открываю телефон, утыкаясь в инстаграмм, чтобы снова не попасть в этот зомби-взгляд. 

Он усмехается так, словно читает мои мысли о сочности этой котлеты и свежести салата. 

– Я так и подумал, худеешь? 

Надо было раньше залезть в телефон.

– Нет, я поела недавно. 

– Врешь?
– Усмехается и произносит это так, что не утверждает, а задает вопрос. То есть, я еще должна честно ответить, вру ли я.

– С чего мне врать?
– Я смотрю ему в глаза, не пряча взгляд. Знаю, что это первый признак правдивости.

– Ты и сама знаешь. 

– Ну и что, что я посмотрела на твою еду? Я хотела определить, вкусно ли тут кормят.
– Я неосознанно провожу кончиком пальца под веком, убирая возможную пыль. Надо было заказать хотя бы салат, чтобы не так бросалось в глаза.

– Опять врешь?
– Да что такое? Он что, ясновидящий и читает мои мысли?
– Можешь не отвечать.
– Я и не собираюсь отвечать, потому что мне надо разобраться, блеф это или он, действительно, так хорошо разбирается в людях.
– А сейчас ты волнуешься, что я читаю тебя и ты никак не можешь закрыться от меня.

– Прекрати это делать. 

– Хорошо, - поднимает руки ладонями ко мне, в проигрывающем жесте. Но я прекрасно понимаю, что сейчас он издевается надо мной. - Дочка владельца казино не знает, как управлять своими жестами и мимикой?
– Он откладывает вилку и смотрит на меня.
– У тебя должно быть это в крови или ты не умеешь блефовать?

Кожа покрывается мелкой дрожью и меня передергивает. Так вот в чем дело. 

– Думаешь, почитал какую-то брошюру и все про всех знаешь?