Обмани меня

Тимофеева Ольга Вячеславовна

Выпиваю стакан прохладный воды, чтобы остыть и, приняв душ, направляюсь к себе в спальню. У меня есть дикое желание подшутить над ней следующим утром. Отомстить за этот торт и пренебрежительное отношение. 

Я раздеваюсь полностью, хотя в последний момент оставляю на себе труселя и ложусь к ней в кровать, накрывшись одним одеялом. Пусть теперь утром вспоминает, что она творила и почему ее трусики висят на углу телевизора. 

Я сладко потягиваюсь и зеваю. В голове моей как будто опилки. Винни-Пух ведь точно не просто медом баловался… Надо будет выпить пару таблеток аспирина. 

Делаю

носом глубокий вдох через подушку, в которую утыкаюсь, лежа на животе, и понимаю, что подушка пахнет мужской туалетной водой. И я знаю этот запах. И это не Ванин. Я замираю и тут же в дело включаются остальные органы чувств. Рядом с собой я слышу еще чье-то равномерное дыхание, а кожей осязаю, что вокруг меня мягкое хлопковое постельное белье и ничего из одежды. 

Я, не шевелясь, как разведчик, приоткрываю глаза и вижу рядом спящего Мишу. Его грудь равномерно поднимается и опускается. Это все, что я вижу до края одеяла. А что у мужчин бывает с утра, я и так представляю. 

Мысли, как в мясорубке, начинают откручиваться назад, поднимая ворох событий. 

Он приехал разобраться с теми мужиками, забрал нас с Алисой, Алису на такси домой. Меня сам. Получается, мы поехали к нему? Почему не ко мне? Помню, как приставала к нему и просила поцеловать еще раз. Лять. А дальше ничего не помню. Видимо, он все-таки меня поцеловал, раз на мне сейчас нет одежды. 

Неужели я бы не запомнила, если б что-то было? Или он даже меня не будил?! Пора завязывать с этими загрузочными днями. А сегодня еще свадьба. 

Кажется, я даже тихо постанываю, потому что чувствую проминание матраса справа, и зажмуриваюсь, делая вид, что сплю. Я отправила Ваню, а сама уже два раза ночевала в постели с посторонним мужчиной. Изменить осознанно, когда ты понимаешь, зачем это, и хотя бы получаешь от этого кайф - это одно, но изменить просто так, что даже не знаешь, зачем тебе это надо, и не помнишь ничего из этого, - это ужасно. Я подтягиваю одеяло повыше к шее и смотрю украдкой на Мишу. Он хорош, зараза, но какого черта он так сделал. Воспользовался грязно ситуацией и почему-то я ничего не помню. Я прислушиваюсь к ощущениям в себе. О проведенной с кем-то ночи нет и следа. Или он так плох, или я была очень пьяна. Скорее, конечно, второе. Если он так целуется, то вряд ли в постели он лузер. И вряд ли его комбинации положения тел ограничиваются только двумя. 

Это же надо было так лопухнуться. А что теперь с Ваней и папой делать. Врать? Соврать-то легко. Как жить с этим потом. Как в глаза ему смотреть. С Мишей проще - уехала и все. Вряд ли он будет искать меня в Китае, чтобы напомнить о совершенном грехе.

Бред какой-то. Я переворачиваюсь на спину и вздыхаю. И только сейчас замечаю свои трусики на углу телевизора, висящего на стене. Осматриваю дальше его комнату. Мои вещи тоже сложены аккуратно на комоде, как и его. Только трусиками я видно решила продемонстрировать стриптиз, а остальное раздевание происходило исключительно в спокойной обстановке. Если бы я снимала с него одежду, то у него точно не было бы времени сложить все так аккуратно. 

Облегченно выдыхаю и понимаю, почему он так сделал. Хотел немного внести диссонанс в мой образ жизни и на эти пятнадцать минут, пока

я сомневалась,колесо жизни крутанулась перед глазами несколько раз, пытаясь выстроить новые варианты.

Я переворачиваюсь на бок и решаю сделать свой ход, раз уж он начал эту игру. Он теперь неделю будет ходить и неваляшку свою пытаться уложить. 

Придвигаясь к нему и закидываю ногу на бедро. Рукой скольжу по груди, но стараюсь не думать о его теле. В голове у меня сейчас только одна мысль - соблазнить и бросить. Один раз уже хотела это провернуть, теперь обману его еще раз. Приближаюсь вплотную, чтобы касаться грудью его бока. 

Хоть он и не подает вида, что проснулся, но дыхание учащается. Я впиваюсь ногтями в его кожу и и веду вверх. Он не сможет не реагировать на это. Упираюсь в ткань боксёров, но на эту территорию я не полезу. И вокруг хватает места, чтобы свести его с ума. Пусть думает, что я думаю, что что-то было. 

Я делаю так какое-то время. И следом повышаю ставки. Оказываюсь сверху на нем и прикусываю кожу на шее. 

Он рычит мне в волосы и обхватывает руками. От неожиданности я теряю контроль на несколько мгновений и наслаждаюсь чувством, когда ты маленькая и хрупкая, а обнимает тебя кто-то сильный и уверенный. С Ваней нет такого, потому что он приблизительно такой же как и я, худой и невысокий. 

Не успеваю завершить мысль, как он одним движением переворачивает меня и снова этот поцелуй в губы. Его рука без разрешения шарит на моем теле. Кажется, что-то начинает выходить из-под контроля, потому что я не хочу это останавливать. 

Но неваляшка упирается мне в бедро и приводит в чувства, отчего я больно прикусываю ему губу и останавливаю. 

– Ау, - сразу отстраняется и проводит пальцами по губе, стирая выступившую кровь. 

– За дуру меня держишь?
– Смотрю в зеленые глаза, которые наливаются до цвета ночи в лесу, и следом толкаю его, чтобы скинуть с себя. Но пока не могу.
– Я знаю, что ничего не было. 

– Сейчас может быть, - ухмыляется в ответ и ведет своим взглядом вниз от подбородка, по шее, к груди, продолжая прижимать меня к матрасу. А я даже не стесняюсь его. Мне нравится, как он рассматривает меня. - Ты ведь тоже хочешь. Спорим, твой Шаолинь не умеет так?
– Он наклоняется к моему уху и перечисляет все, что он может сделать со мной.
– И это только за утро.

– Найдешь кого-нибудь другого для демонстрации своих навыков. 

Подталкиваю его в грудь, скидывая с себя и встаю. Теперь он отпускает. Знаю, что я без одежды. Знаю, он сейчас следит за мной. И знаю, что хочет. Пусть теперь целый день эта картинка стоит у него перед глазами. Как и неваляшка. 

Разворачиваюсь к нему, когда уже полностью одета. Он лежит, откинувшись на подушке. Все это время, заложив одну руку за голову и наблюдая за мной. 

– Благодарности за вчерашнее, я так понимаю, ждать не стоит - Кивает мне с ухмылкой.

Кривлю лицо от того, какой он мелочный. 

– Ваня бы никогда так не спросил. Сделал бы как мужчина и не выставлял поступок геройским. 

– Ваня может и не спросил бы, но что-то позвонила ты мне, а не ему. Пусть бы разрулил со своего Китая все и сидел бы там героем дальше один.