Обман
Шрифт:
Я повернулся, чтобы поговорить с Ленноксом, напомнить ему, как себя вести, но он уже ушел. Он убежал во двор, где играли другие дети. Он был с Лукой, сыном Винсента, который был того же возраста, что и Леннокс. То, как Лука вел себя среди своих братьев и сестер, больше напоминало мне его деда, чем отца.
— Орен, — сказал Винни, похлопав меня по плечу. — Хорошо, что ты здесь. Я слышал, как Энджел говорила с Роуз. Подарок, чувак, тебе не нужно было этого делать.
Подарок — серебряная шкатулка с выгравированным именем Луизы и ожерелье из
— Ты знаешь, как это бывает, — сказал я, наблюдая за непринужденностью, с которой Анджелина общалась с другими женами. — Твой кузен выбрал его.
Винни рассмеялся.
— Рад слышать, что покупка шкатулок для драгоценностей — не твое дело.
— Нет, но драгоценности… — я оставил намек в воздухе, когда молодая девушка принесла нам по пиву.
Недавно я навел справки о нескольких элитных ювелирных магазинах. Они созрели для выбора. Недавний жилищный бум забрал львиную долю располагаемого дохода, оставив элитный ювелирный рынок в богатых пригородах без денег. Это были большие инвестиции, которые, я был уверен, окупятся товарами, доходами и недвижимостью. Сами здания находились в отличном месте. «Деметрий Энтерпрайзис» расширит свой круг ведения, включив в него более солидные предприятия.
У меня были инвесторы и поддержка, и я разобрался с большинством проблем.
Проблема в том, что только одно из зданий находилось в районе семьи Костелло. Я не мог купить только одно. Сделка состояла из трех, а два остальных находились в районе, за которым присматривала другая семья. Лично у меня не было проблем. Я знал правила. Я буду платить либо семье за удовольствие заниматься бизнесом, либо кому — то еще.
Это сработало бы, если бы я не был женат на Костелло, но я был. Сделка не могла быть завершена без одобрения Кармайна.
— Не сегодня, — сказал Винни, кивнув на отца. — Он знает. Обдумывает. Это все, что у меня сейчас есть.
Я кивнул, поднес бутылку к губам и сделал глоток.
— Эта законная штука, — спросил он, — ты действительно хочешь, чтобы она заработала?
— Да, насколько это возможно. — Я понизил голос. — Знаю, что это никогда не стопроцентная гарантия. Я возьму все, что смогу… для нее.
Я поднял глаза и увидел, что Анджелина смотрит в мою сторону, ее голубые глаза улыбались, когда наши взгляды встретились.
— Да, я понимаю. Все уже не так, как раньше, но мы — семья. Мы присматриваем друг за другом. И есть правила, — добавил он, как будто я нуждалась в напоминании.
Моя грудь расширилась от вдоха, хотя тот внезапно стал ощущаться напряженным. Хотя Винни только что сказал мне, что вечеринка его дочери не место для деловых разговоров, по сути, он поднял этот вопрос. Мои поиски законного бизнеса всегда будут зависеть от милости семьи. Они решат, что я могу, а что нет. Пока я в их милости, у меня есть выбор. Это означало не только искать одобрения, но и позволять всему, что находится под «Деметрий Энтерпрайзис», будет
— Орен, — громкий голос Кармайна прервал наш разговор.
— Сэр, прекрасная вечеринка.
— Да, Луиза — это мечта. Как ты знаешь, у меня никогда не было дочери. — Он похлопал Винни по плечу. — Сыновья… мужчине нужны сыновья. Но девочка, красивая девочка… мой Винсент благословлен и тем, и другим. Посмотри на Луизу. Мне жаль, что ты, Анджелина, и Леннокс не пришли на церковную службу. Ее белое платье… — Он покачал головой. — …принцесса. Она была похожа на принцессу.
— Сверкающая диадема добавила эффекта, — с усмешкой отметил Винни.
— Ничего, кроме самого лучшего, — сказал Кармайн, качнув головой в сторону сына, освобождая его от разговора.
Я обнаружил, что добился своего, задаваясь вопросом, была ли это моя тридцатисекундная презентация. Мне только что сказали не поднимать вопрос о магазинах здесь, на вечеринке. В конце концов, это был день Луизы, но как часто я встречался один на один с Кармайном Костелло?
— Дочери, ты понимаешь, что я имею в виду, — спросил Кармайн, — с единственным то сыном?
Я кивнул.
— Понимаю. Наш сын все для меня.
— Но Анжелина, она хотела бы иметь дочь?
Я пожал плечами.
— Мы оба решили, что хотим одного ребенка.
Сжав губы, он двигал головой — фактически всей верхней частью тела — вверх и вниз, то ли соглашаясь, то ли сосредотачиваясь, я не был уверен.
— Анджелина, она мне как дочь.
На этот раз я согласился. Я знал это еще до того, как набрался смелости пригласить ее на наше первое свидание.
— Вот почему она так много значит для меня. Она счастлива. Скажи мне, что она счастлива, — взмолился Кармайн.
— Сэр, я думаю, так оно и есть.
— Ты думаешь? Мужчина должен быть уверен. Эта женщина либо твой мир, либо нет. Третьего не дано.
— Она счастлива.
Я имел в виду каждое слово, когда следил за ней глазами. У нас была наша доля разногласий. У Анджелины был характер ее дяди, непредсказуемый, и все же она была также самой любящей матерью и женой.
Переезд был тяжелым для нашего брака. Она была счастлива в Бруклине, но заслуживала большего. Хотя она этого не видела, я хотел показать не только ей, но и Кармайну и остальным Костелло, что могу позаботиться об их гордости и радости. Я мог дать ей больше, чем она имела. Дом в Рае был всем, о чем она когда-либо мечтала.
От каникул, когда мы сидели у бассейна, и она рассказывала мне, как ей это нравится, до прогулок вдоль берега, где она восторгалась водой. Я помнил каждое слово, каждый раз, когда она улыбалась и говорила, что счастлива. Я попытался сложить все в один блок. Пристроенный гостевой дом был бы идеальным местом для того, кто мог бы помочь ей по хозяйству. Я построил ей роскошный дом не для того, чтобы она сама о нем заботилась.
Хотя она переехала в Рай, заставить ее принять помощь по дому еще не удалось.