Обман

Вулф Джоан

— Мне очень жаль, Кейт, что я не был знаком с вашим отцом. Он не только научил вас великолепно ездить верхом, но и воспитал в вас честность. Должно быть, он был прекрасным человеком.

Глаза мои заволокло слезами, и лицо Адриана стало расплываться. Я изо всех сил сжала кулаки, стараясь удержать себя в руках.

— Да, это так, — горячо подтвердила я.

— Видите ли, Кейт, вполне возможно, что все, что вы мне только что рассказали, правда, — продолжил Адриан, и голос его зазвучал еще мягче, — но вы забываете об одном.

— О чем же? — мрачно спросила я, боясь моргнуть,

так как в этом случае слезы, выступившие у меня на глазах, могли посыпаться градом по щекам.

— Вы можете научиться тому, чего не умеете.

Я моргнула, но слезы, к счастью, так и не пролились.

— Вы сказали, что овладели навыками экономки, — заметил Адриан. — Вы что же, солгали мне?

— Разумеется, нет! Я действительно могла бы быть экономкой.

— Так вот, графиней быть гораздо легче, чем экономкой.

Я неуверенно взглянула на Адриана. Он отошел от камина и протянул ко мне руку.

— Подойдите сюда, — мягко попросил он.

Сердце заколотилось у меня в груди, словно испуганный зверек. Я сделала в направлении Адриана небольшой шажок и остановилась. Он молча ждал. Я шагнула еще раз, потом еще, пока наконец не приблизилась настолько, что могла вложить свою руку в его раскрытую ладонь. Его пальцы — я не переставала удивляться тому, что на них были жесткие мозоли — сомкнулись вокруг моих, и он потянул меня к себе все ближе и ближе, пока моя грудь не приблизилась вплотную к его груди. Я осторожно набрала в легкие воздух и почувствовала, что от Адриана пахнет солнцем.

— Посмотрите на меня, — сказал он.

Я подняла на него глаза, и в этот момент его губы прильнули к моим.

В этом поцелуе не было страсти. Губы Адриана были тверды, но в то же время нежны, в их прикосновении не было ни гнева, ни злости, и это произвело на меня потрясающее впечатление. Голова моя запрокинулась назад. Проходили секунды, но я находилась словно в трансе. При этом я чувствовала на своих ногах волны тепла из камина и ощущала, как руки Адриана с длинными сильными пальцами обхватили мою талию, а потом перекочевали к пояснице, чтобы сделать объятия еще крепче. Я со всей страстью, на которую была способна, ответила на поцелуй Адриана, и мне показалось, что я очутилась в раю.

Когда он оторвался от моих губ и опустил руки, я испытала приступ отчаяния. Потом ко мне медленно вернулась способность соображать и воспринимать окружающее, и я вспомнила, что нахожусь в поместье Лэмбурн, в библиотеке, что камин в комнате зажжен, что в кухне занимаются своими обычными делами мистер и миссис Ноукс и что человек, которого я только что поцеловала с таким пылом, женился на мне против собственной воли. Осознав все это, я ужасно испугалась.

Попятившись от Адриана, я прикрыла ладонью рот, словно хотела его спрятать, заметив при этом безо всякого удивления, что рука моя дрожит мелкой дрожью. Мне было страшно взглянуть на лорда Грейстоуна. Я боялась, что увижу в его глазах презрение, боялась, что он решит, что я просто потаскуха.

— Кейт, — сказал он, — вам нечего опасаться.

Голос его звучал чуть хрипло, но я не почувствовала в нем и тени презрения. Медленно, осторожно я подняла глаза.

Прядь

светлых волос упала Адриану на лоб, глаза его, полуприкрытые прищуренными веками, сверкали.

— Милая, не смотрите на меня так, — проговорил он. — Я не буду больше этого делать, обещаю вам.

Тут я почувствовала, что душа моя словно раздвоилась. Одна ее половина страстно желала, чтобы Адриан снова заключил меня в объятия, другая же испытала облегчение. Мне всегда нравилось держать себя под контролем, и я знала, что в тот момент, когда Адриан целовал меня, я в какой-то мере изменила самой себе.

— Сядьте, Кейт, — попросил Адриан. — Нам надо поговорить.

Я кивнула и, пятясь, двинулась к своему креслу. Почувствовав ногами его обивку, опустилась на него и приготовилась слушать. Граф расположился в кресле напротив. Должна заметить, что кресло, когда в нем сидел Адриан, казалось более тесным, чем тогда, когда в нем располагался Гарри. Лорд Грейстоун провел пальцами по волосам, вернув на место непокорную прядь, и сказал:

— Через два дня вы переедете в Грейстоун-Эбби. Мы пробудем там столько, сколько вам будет нужно для того, чтобы научиться всему, что должна знать и уметь графиня, моя супруга. Не думаю, что это займет у вас много времени. После этого мы отправимся в Лондон — как раз к началу светского сезона. Это раз и навсегда положит конец всяким сплетням.

— Я думала, мы собираемся поговорить, но то, что я слышу, — это не разговор. Вы просто огласили приказ — вот и все, — заметила я.

Глаза Адриана сузились.

— Вы не согласны с чем-то из того, что я только что сказал? — осведомился он вежливо. Пожалуй, слишком вежливо.

— Мне нравится, когда меня просят, и не нравится, когда мне приказывают, — ответила я.

Ну что ж, я могла гордиться собой: голос звучал ровно и спокойно. По моему виду Адриан ни за что бы не догадался, насколько напуганной я чувствую себя в душе. Но я хотела с самого начала ясно дать понять, что не намерена выполнять любую его прихоть. Для этого у меня был слишком независимый характер.

Пауза, наступившая после этих слов, явно затягивалась, но я не собиралась нарушать ее первой.

— Удобно ли вам будет отправиться в Грейстоун-Эбби послезавтра? — произнес наконец Адриан, на этот раз действительно с безукоризненной вежливостью и с соответствующим интонации почтительным выражением лица.

— Неудивительно, что вы добились таких успехов в Париже, милорд, — сказала я с неподдельным восхищением. — По вашему лицу никто бы не догадался, что у вас, по-видимому, руки так и чешутся меня прикончить.

В ответ он рассмеялся.

— Я в самом деле испытываю очень сильное желание кое-что с вами проделать, — признался он, — но я имею в виду вовсе не убийство.

— Вы хотите сказать, что наш брак будет настоящим браком?

— Именно. По-моему, я достаточно ясно выразился.

Я снова принялась разглядывать ковер. Вопрос, который я собиралась задать Адриану, страшно меня смущал, но я должна была знать ответ.

— Вы имеете в виду, что мы в самом деле будем мужем и женой? — Адриан молчал, и я решила внести полную ясность: