Обман
Шрифт:
От сильного толчка я упала в овраг, спугнув лисицу, которая мирно спала на его дне, свернувшись калачиком. Лисица пустилась наутек, а я, полежав несколько секунд, чтобы восстановить сбившееся дыхание, медленно поднялась на ноги. Мне много раз доводилось вылетать из седла, и я умела правильно падать. По этой причине я, к счастью, осталась совершенно целой и невредимой, если не считать нескольких синяков. Стряхивая грязь со своей мантильи, я услышала, как лорд Грейстоун тревожно окликает меня.
— Со мной все в порядке! — крикнула я в ответ.
Мой
— Вы уверены, что с вами все в порядке, мисс Фитцджеральд? — озабоченно осведомился он, окинув взглядом мою порванную и испачканную одежду.
— Да, уверена, — ответила я, отбрасывая с лица пряди растрепавшихся волос. — Что произошло?
— У нас отвалилось колесо. Если вы в самом деле чувствуете себя хорошо, я, пожалуй, выпрягу лошадей. Они перепутали всю упряжь.
Лорду Грейстоуну удалось удержать лошадей от бегства, но они вели себя беспокойно: храпели, нервно озирались и топтались на месте. Я решила помочь и предложила подержать животных под уздцы, пока он будет пытаться починить фавтон.
Он бросил на меня обеспокоенный взгляд:
— А вы сможете управиться сразу с двумя?
— Да.
Не дожидаясь дальнейших вопросов или комментариев, я подвела лошадей к поросшей зеленью обочине. Как только животные увидели траву, они тут же опустили головы и принялись ее щипать.
С левой стороны дороги простиралось пшеничное поле, а справа было пастбище, на котором расположилось стадо коров. Там и сям в воздухе порхали бабочки, над цветами с жужжанием вились пчелы. Вокруг до самого горизонта не было видно никаких признаков человеческого жилья.
Через десять минут Грейстоун, огромный, широкоплечий, с мрачным лицом снова подошел ко мне. Он снял сюртук и закатал рукава своей белой рубашки. На его обнаженном правом предплечье я заметила длинный белый шрам. Лоб его покрылся мелкими бисеринками пота, а губы беззвучно бормотали проклятия.
— Сломана ось, — коротко сказал он.
— О Боже! — воскликнула я и в очередной раз окинула взглядом окружающий нас мирный, но совершенно безлюдный пейзаж. Неподалеку в зарослях травы мелькнул белый хвост дикого кролика. Было ясно, что по этой дороге до нас скорее всего уже очень давно никто не ездил. — Вы можете исправить поломку?
— Это невозможно. Нам нужна новая ось.
Вид у лорда Грейстоуна был чрезвычайно мрачный.
— Ну что ж, — сказала я нарочито бодрым тоном, — в таком случае нам следует дойти пешком до ближайшего селения и найти кузнеца, чтобы он заменил нам эту ось.
— Согласно моей карте, ближайшее селение находится в восьми милях от нас.
Я посмотрела на лошадей, которые поедали траву с таким усердием, словно до этого их не кормили по меньшей
— А мы не можем продолжить путь верхом, милорд?
— Насколько мне известно, на этих лошадях никто никогда не ездил верхом. Учитывая, что у нас нет ни седел, ни уздечек, я не думаю, что было бы разумно с нашей стороны предпринять такую попытку.
— Пожалуй, вы правы, — сказала я и от досады прикусила губу.
— Я не могу оставить вас здесь одну, мисс Фитцджеральд, — сказал лорд Грейстоун, окинув взглядом местность.
Его мрачный вид уже начинал меня раздражать.
— У меня здоровые ноги, милорд, — довольно резко сказала я. — Мы вполне можем отправиться пешком, а лошадей повести в поводу.
Мой спутник пригладил рукой растрепавшиеся волосы и посмотрел на небо. Не говоря больше ни слова, я протянула ему повод лошади. Приняв его, он постоял немного, а потом мы оба зашагали по дороге.
Прошло около двух часов, прежде чем мы заметили первые признаки приближения человеческого жилья. По правую сторону от нас вдруг обнаружилась маленькая приземистая церквушка без шпиля с небольшим огороженным клочком земли вокруг, а рядом с ней две печные трубы: вокруг одной рос фруктовый сад, другая выглядывала из буйных зарослей кустарника.
— Церковь и дом приходского священника, — пробормотал Грейстоун. — Где-то впереди должно быть селение.
Я от души надеялась, что это в самом деле так. Башмаки я выбирала исходя из внешнего вида, а отнюдь не из соображений удобства. Если бы знать, что предстоит пешком пройти восемь миль, я подобрала бы другую обувь.
Через несколько минут мы вошли в небольшую деревеньку под названием Ластер. Нам потребовалось совсем немного времени, чтобы выяснить, что единственным местом в Ластере, где можно остановиться, являлся постоялый двор Ластер-Армз, в котором только и было, что пивной бар да одна гостевая комната, расположенная над ним. Когда мы, прихрамывая, появились на Ластер-Армз, его хозяйка стояла неподалеку от входа и внимательно разглядывала растущий на постоялом дворе скудный розовый куст. Увидев нас, она кликнула своего мужа, который сообщил нам, что единственный в деревеньке кузнец уехал ковать лошадей к некоему фермеру Блэкуэллу.
— Первое, что мы должны сделать, — это найти место, где можно было бы разместить лошадей, — сказала я, обращаясь к лорду Грейстоуну.
В ответ на это он впервые после постигшей нас неприятности бросил на меня одобрительный взгляд. Хозяин постоялого двора тут же предложил оставить лошадей на вечер в его собственной конюшне. После этого он довел до нашего сведения, что нам крупно повезло, поскольку единственная гостиничная комната оказалась свободной.
— Вы можете там переночевать, — сказал он. — Моя жена застелит кровать свежим бельем, мы приготовим для вас славный ужин. Уж в этом не сомневайтесь. А утром кузнец заменит сломанную ось.